Материалы, положенные в основу текста

Аутентичного текста в качестве дословно записанной стенограммы, оставшейся от этих лекций, не существует, так как к этим лекциям не был привлечен стенографист.

5

Данное издание базируется на подборе записей участников, который был осуществлен следующим образом: после окончания курса были собраны записи, сделанные разными участниками, и переданы затем определенной группе для обработки и последующего издания. Об этом сообщил Вольфганг Шиклер в «Циркуляре для священников», №38 от 30 октября 1924 года. Хотя Шиклер главным образом пишет о технических трудностях, связанных с изданием, все же из его изложения следует, что по меньшей мере шесть человек принимали участие в том, чтобы расшифровать различные записи, сопоставить их, продиктовать и напечатать. Называются Кетэ Вольф-Гумпольд, Вальтер Граденвитц, Иоаннес Тилеманн, Арнольд Гёбель, Герман Бекх. Шиклер в шутку характеризует часть записей из-за их неразборчивости как «пали-тексты» ^*_.

^* Пали — один из среднеиндийских языков — пракритов. Пракриты употреблялись с конца I тысячелетия до н. э. В отличие от санскрита — искусственного литературного языка — пракриты являлись разговорными языками. — Прим. перев.

6

Возникший подобным образом необработанный текст был тотчас же размножен, без того чтобы прежде был осуществлен критический просмотр или редакция компетентной личностью из числа участников курса. О местонахождении самих отдельных записей ничего не известно.

7

Таким образом, при подборе и сопоставлении записей — а эти сопоставленные записи до сегодняшнего дня являются единственным основанием для издания данных лекций — использовались не точные записи лекций Рудольфа Штайнера, и даже не рефераты содержания этих лекций, сделанные определенной личностью, которая несла бы ответственность за содержание лекций. Эти записи могут быть охарактеризованы в лучшем случае как некий род запротоколированных воспоминаний (eine Art von Erinnerungsprotokoll) для участников курса. Ход лекций и основные направления мыслей были, по-видимому, хорошо схвачены, но все же в деталях обнаруживаются различные недостатки и неясности, в основном следующего характера:

— недостающие или неясные конструкции предложений;
— анаколуфы^*— неясные по содержанию предложения;
— очевидные пробелы в тексте, чаще всего заметные по тому, что прерывается ход мыслей;
— применение местоимений «он», «она», «оно», при котором неясно, к кому или чему они относятся;
— повторение предшествующего имени существительного в неверном контексте, вследствие чего полностью искажается смысл всего предложения;
— употребление неверных времен глаголов, например: настоящего времени вместо сослагательного наклонения или прошедшего времени вместо будущего, вследствие чего искажается смысл;
— повторение одинаковых высказываний с незначительно измененными словами, при котором неясно, повторил ли здесь Рудольф Штайнер ход мыслей или определенные отрывки, или же просто записи различных участников, сделанные по-разному об одинаковых высказываниях, были механически

^* Анаколуфы (гр. anakoluthos — непоследовательный, неправильный) — стилистические фигуры, состоящие в согласовании слов или соединении частей фразы по смыслу, образованные вопреки грамматическим нормам. — Прим. перев.

8

Из-за очевидных изъянов, имевшихся в записях, редакторы издания должны были решиться на обработку текстовых данных. Эта обработка была предпринята в следующих направлениях:

— создание четких конструкций предложений;
— внесение поправок в расстановку знаков препинания и правописание;
— уточнение и внесение поправок в цитаты;
— дополнение неполных предложений;
— в случае сомнений включение в ссылки вариантов текста и/или их комментарий;
— в случае неясностей в тексте поиск параллельных мест в других трудах Рудольфа Штайнера и выработка с их помощью осмысленного текста.

В связи с последним пунктом хотим привести один пример:

9

Неясные высказывания в текстовых данных (восьмая лекция):

«Nun habe ich im Laufe der Zeit hier und an verschiedenen Orten ausgeführt, wie dieses Michaeltum in geistiger Beziehung eingeleitet worden ist. Ein Stück davon habe ich neulich im Vortrage erwähnt, wo ich hingewiesen habe darauf, wie 869 unter der Regentschaft Michaels von den Individualitäten Alexander und Aristoteles eine wirklich christliche Impulsivität eingeleitet worden ist. Aber das ging ja weiter. Im Beginne des neuen
Zeitalters, wo die Bewusstseinsseele eingreift — das habe ich ja ausgeführt — haben wir einen grossartigen Einblick. Wenn wir hinaufschauen in das dem physischen Geschehen parallelgehende, zur Erdenmenschheit gehörende Geistgeschehen, haben wir eine übersinnliche Schule mit Michael als Lehrer».

10