Далее был вопрос:

70

Не является ли принцип уголовного права пережитком?
И:
Оправдана ли идея наказания в сравнении с идеей педагогического улучшения?

71

Действительно, идея наказания является одной из самых трудных и на этот вопрос в ходе истории давались всевозможные ответы. На почве, на которой стоит идея трехчленности социального организма, также возникают определенные следствия, которые на другой почве не возникают. Все единичное, происходящее внутри социального организма, является, в основном, все же следствием социального порядка в целом: как каждый кусок хлеба, который я могу заработать, со своей ценой есть следствие социального порядка, так и побуждения при наказании обоснованы всей структурой социального организма. И в том обстоятельстве, что наказания необходимы, как раз обнаруживается, что во всем социальном организме есть нечто такое, чего, собственно, в нем не должно быть. Если не то что стоят на точке зрения трехчленного социального организма как такового, а вообще развивают практическое мировоззрение из таких импульсов, из которых возникает идея о трехчленном социальном организме, тогда получается, собственно, воззрение, относительно наказания и его приведения в исполнение приходящее к иному пониманию, необходимость наказания будет возникать значительно реже, если такие вещи, какие требовались в сегодняшнем докладе, социально действительны. Уголовное право, которое, собственно, как тень, сопровождает антисоциальные состояния, сможет быть редуцировано к минимуму. Поэтому, когда такой переворот действительно произойдет, вопросы, которые сегодня всплывают относительно уголовного права, является ли оно пережитком, и тому подобное, будут поставлены на совершенно новую почву. Я хотел бы сказать: если человек нездоров, то он делает одно, если здоров, то другое. Так же и здесь. Необходимость наказывать свидетельствует об известных болезненных симптомах во всем социальном организме. Если стремятся сделать социальный организм здоровым, то понятия о наказании, уголовном праве, приведении наказания в исполнение смогут быть поставлены на совершенно иную почву. Следовательно, ответ на то, каковы будут тогда частности, как, например, уголовное право, или осуществление наказания, нужно искать в социальном преобразовании в целом. [Б.В. - вышесказанное не следует понимать в смысле попыток снять с человека индивидуальную ответственность за преступление, представляя это преступление результатом временного помешательства или негативного внешнего окружения; в другом месте Р. Штайнер высказывался против этого совершенно отчетливо. Поскольку речь идет о наказании, возможно уместным будет также привести слова Л. Толстого: "Когда наступит новый, разумный, более разумный склад общественной жизни, люди будут удивляться тому, что принуждение работать считалось злом, а праздность - благом. Тогда, если бы тогда было наказание, лишение работы было бы наказанием."]

72

Способен ли каждый человек, определять продолжительность рабочего дня для определенной отрасли производства?

73

Да, быть способным решать такие вопросы вместе с другими людьми, это нечто иное, нежели следовать произволу отдельного человека. Если вы прочтете мои "Основные пункты социального вопроса" — а к трудовому праву я еще вернусь в этих докладах, — то вы увидите, что в трехчленном социальном организме регулирование рода работы, времени работы должно стать делом общественного права, что, следовательно, то, о чем здесь спрашивается, должно регулироваться как раз на демократической почве. Следовательно, здесь речь идет о том, чтобы такой вопрос был урегулирован каждым человеком вместе со всеми другими людьми социального организма. Человек способен к тому, чтобы вместе с другими взяться за урегулирование такого вопроса. Следовательно, неправомерно спрашивать, способен ли каждый человек определять продолжительность рабочего дня для определенной отрасли производства? — Это совершенно определенно не принадлежит каждому человеку, его произволу; но это находится в пределах возможностей общественного суждения путем демократического регулирования и демократического большинства на такой правовой почве, как я сегодня описал. [Б.В. - насколько я понимаю, здесь речь идет именно о праве, а не об обязанности работника; т.е., если взять другой пример, работник имеет право на ежегодный отпуск, но он не обязан его брать каждый год.]

74

Не должны ли мы сначала очистить душевное в человеке, прежде чем идти на серьезное выступление в этом государстве?

75

Что же, многое из того, что здесь имеют в виду, будет как раз предметом следующего доклада. Но, видите ли, идея трехчленности социального организма - это практическая идея. Поэтому она рассматривает все вещи с соответствующей действительности точки зрения. Сегодня многие говорят просто: вот у нас есть социальный вопрос, следовательно, он должен быть решен, следовательно, нужно поразмыслить о программе, посредством которой будет решен социальный вопрос; сегодня у нас есть нежелательные социальные условия; мы найдем решение социального вопроса, тогда завтра возникнут социальные условия, которые желательны. — Но дело обстоит не так. В том развитии человечества, которое я сегодня описал, социальный вопрос возникает из известных душевных настроений, телесных условий и их следствий для социальной жизни. Социальный вопрос существует, и его нельзя решить теоретически, нельзя дать законы, посредством которых он будет решен. Он есть и останется. Он будет всегда. Каждый день он будет возникать заново. Поэтому также всегда должны быть механизмы, посредством которых он каждый день будет решаться заново. Следовательно, дело не в том, чтобы так аккуратно разделить предмет: сначала сделаем человеческие души пригодными, затем введем социально желательные условия. - Нет, дело в том, чтобы признать социальный вопрос, чтобы попытаться в реальности осуществить нечто такое, как, например, самостоятельную правовую основу или самостоятельную духовную основу, посредством которых социальный вопрос постоянно может решаться.

76

В своей книге "Основные пункты социального вопроса" я предупреждал против того, чтобы рассматривать сходство между отдельным человеческим организмом и социальным организмом в отношении трехчленности как праздную игру в аналогии, наподобие Мерея или более старого Шэффле. Но, как я объяснил в своей книге "О загадках души", истинное рассмотрение природы приходит к тому, чтобы рассматривать человеческий организм как совместное действие трех самостоятельных членов. Этого требует мышление, и такой способ рассмотрения может быть благотворно применен также к социальному организму, но не путем переноса, а как раз путем непредвзятого рассмотрения как социального, так и природного организма. Есть многое, чему можно научиться на одном и на другом.

77

Не правда ли, люди хотели бы, чтобы в социальном организме содержались механизмы, которые поддерживали бы все в идеальном состоянии. Никогда не спрашивают, возможно ли это. Люди хотели бы основать хозяйственную жизнь, в которой были бы установления, благодаря которым никогда не могли бы возникнуть повреждения. Не думают о том, что так может быть только в абстракциях, а не в жизни! В человеке, в природном организме существует, например, такая организация, что мы вдыхаем кислород; он преобразуется в углекислый газ. Известные органы приводят кислород в связь с другими веществами, так что осуществляются определенные функции человеческого организма. В организме возникают нарушения. Им нужно позволить возникать, но их последствия нужно обезвредить. В этом сущность живого. Те, кто говорят: у нас есть хозяйственный организм, сформируем его так, чтобы он функционировал сам собой; затем наряду с ним нам нужен правовой или духовный организм — они говорят точно также, как те, кто заявляют: было бы все же гораздо лучше со стороны творца или природных сил, если бы в жизни нужно было бы есть только один раз, а затем человеческий организм не нуждался бы в новой пище. — Когда речь идет о живом, то все дело в нисхождении и восхождении процессов. Хозяйственная жизнь, которая устроена хозяйственно правильно, дает нарушениям возникать именно благодаря своей силе; и в возникновении, в стадии рождения, нужно одновременно снимать эти нарушения. Это можно сделать не посредством самого хозяйственного организма, а лишь посредством рядом стоящего духовного или правового организма. Они должны существовать, чтобы снимать нарушения хозяйственного организма в процессе возникновения. В том и состоит особенность живого, что в нем вещи находятся в подвижной взаимосвязи.

78

Такое рассмотрение, правда, гораздо менее удобно, но оно таково, что считается с действительностью, что не хочет реформировать хозяйственный организм так, чтобы он упразднял сам себя, сам себя разрушал. Легко говорить: вот эти и те нарушения возникают из-за современного способа производства, значит, ликвидируйте его, установите другой. — Дело не в том, чтобы просто требовать чего-нибудь, а чтобы изучить возможности жизненно сохраняющегося. И одна из возможностей заключается в том, чтобы в одном этом члене, с одной стороны, вызывать определенные вещи, которые, будучи односторонним процессом в этой системе органов, вели бы к смерти соответствующего организма. Другие члены организма противодействуют, и уже в стадии возникновения осуществляется корректировка. Так три члена должны взаимно исправлять друг друга. Так это мыслится в соответствии с действительностью. И кто сегодня хочет заниматься социальным вопросом, тот должен привыкнуть к соответствующему действительности мышлению. Мы попадаем в ужаснейшие условия, когда везде появляется вывихнутое, искаженное мышление, не имеющее ничего общего с действительностью, делающее программы из человеческих страстей и эмоций. Соответствующее действительности мышление, однако, будет создавать действительность. Поэтому дело прежде всего в том, чтобы достигнуть соответствующего действительности мышления.

79