Что же, собственно, предлагает воззрение, приводящее на путь психоанализа? Поскольку сегодняшний неестественный образ жизни не дает возможности человеку, насколько это необходимо, приспособиться к внешнему миру, многое из того, что произвело впечатление на человека в раннем детстве, остается неосмысленным, непереваренным. Просто некоторые вещи, вчлененные в душевную жизнь, не вчленяются соответствующим образом в организм; ибо все, что действует в душевной жизни, хоть бы это действие было едва заметным, продолжается, или, по крайней мере, должно продолжаться в своем действии на организм. Но у наших детей так много впечатлений, которые настолько неморальны, что остаются просто душевными впечатлениями. Они не могут тотчас перейти в органические впечатления. Тогда они, как душевные впечатления, продолжают действовать дальше, и вместо того чтобы участвовать в общем развитии человека, остаются изолированными душевными импульсами. Если бы они участвовали в общем развитии, они не оставались бы изолированными душевными импульсами, они не стали бы в последующей человеческой жизни задействовать органы, которые, в сущности, зарезервированы для старости, которые не предназначены для использования их в юности. Тогда во всем, человеке появляется очень значительное несоответствие. Он вынужден допустить воздействие своей душевной изоляции на не подходящие больше для этого органы. Здесь возникают явления, которые действительно можно констатировать посредством правильно применяемых психоаналитических методов. Если проэкзаменовать человека, то можно действительно найти определенные вещи, которые он имеет в своей душевной жизни, которые просто не переварены и действуют опустошающе в органах, ставших для этой обработки слишком старыми. Но самое важное состоит в том, что на этом пути никогда не приходят к терапии, только лишь к диагнозу. Если придерживаться того, чтобы использовать психоанализ только в качестве диагноза, и делать это с известным тактом, то это будет нечто вполне обоснованное. А то ведь из многочисленных писем, полученных мной, складывается впечатление, что психоаналитики даже используют обслуживающий персонал в качестве шпионов, и через этот обслуживающий персонал пытаются получить всевозможные сведения, которые потом хотят извлекать из обследования больного. Все эти вещи так многообразно представлены, что здесь открывается поле для самых отвратительных безобразий. Но отвлекаясь от этого – действительно, в этих вещах очень многое зависит от морального состояния тех лиц, которые этим занимаются – можно сказать: в диагностической стороне психоанализа лежит нечто истинное; но никогда не следует, как этого хотят психоаналитики, действовать на этом пути терапевтически. Это не соответствует духу времени.

12

Видите ли, трагедия материализма состоит в том, что этот материализм уводит от познания материи, что он пренебрегает познанием материи. Материализм вредит не столько собственно познанию духовного, сколько познанию духовного в материальном. Поскольку это мировоззрение препятствует тому, чтобы повсюду с материальным связывать духовное, чтобы в материальном искать духовные влияния, оно подавляет многое, что для здорового воззрения на человеческую жизнь не должно быть подавляемо. Будучи материалистом, я бы не смог указать на все те свойства материи, которые мы обсуждаем в этих рассмотрениях. Считают вздором приписывать материи те или иные свойства, которые она тем не менее имеет. Тем самым как раз удаляются от познания материи. Больше уже не говорят о фосфорных явлениях, о солевых явлениях и тому подобном, поскольку считают все это чепухой. И тем самым отклоняются от познания духовного в материальном, уклоняются от изучения формирующих влияний, и прежде всего пренебрегают познанием того, что каждый орган человека имеет двойное назначение: одно направлено в сторону сознания, другое в противоположную сторону, на чисто органический процесс.

13

Это воззрение особенно было утрачено в той области, которую мы еще будем обсуждать, в области зубов. Зубы рассматриваются с материалистической точки зрения не иначе, как аппарат для пережевывания пищи. Но им свойственно не только это. То, что они имеют двойную природу, очевидно уже из того, что если их исследовать химически, они представляются как нечто, имеющее отношение к костной системе. Но с точки зрения онтогенеза они происходят из системы кожи. Именно зубы имеют двойную природу, только эта вторая природа зубов глубоко скрыта. Сравните челюсть животного с челюстью человека. Тогда вы увидите, что то, что я говорил в самых первых лекциях, как раз очень сильно выражено в челюсти животного, это тянущее вниз, обременяющее, что я хотел представить на примере скелета обезьяны. В человеческой челюсти, я бы сказал, в самом ее строении видно действие вертикальной линии. Это связано с тем, что зубы в действительности являются не только приспособлением для пережевывания, но они, в сущности, являются инструментом для всасывания: во-первых, внешне они действуют механически, во-вторых, внутренне они обладают очень тонким всасывающим действием. Здесь мы должны спросить: что же, собственно, всасывают зубы?

14

Они, в силу своих возможностей, всасывают фтор. Зубы всасывают фтор. Это аппарат для всасывания фтора. Человек нуждается в очень малом количестве фтора в своем организме, и если бы он его не имел – я должен сказать нечто, что может произвести на вас шокирующее впечатление – он стал бы слишком умным. Он стал бы до такой степени умным, что это его почти бы уничтожило. Благодаря этому действию фтора он получает необходимую долю тупости, которая нам нужна, чтобы мы оставались людьми. Нам нужен фтор в малых количествах как постоянно действующее средство, защищающее нас от чрезмерной разумности. И раннее повреждение зубов, что свидетельствует о снижении действия фтора, указывает на слишком сильное задействование способности зубов всасывать фтор. Это указывает на то, что человек по какой-либо причине, – мы еще будем говорить об этих вещах, хотя у нас и не слишком много осталось времени, но мы еще обсудим эти вопросы – нуждается в помощи в отношении тупости. То есть он как бы уничтожает свои зубы, чтобы действие фтора не сделало его слишком глупым. Отсюда вы видите внутренние связи между тем, что человек использует для своих надобностей, с одной стороны, и тем, что приносит ему вред, с другой стороны. При определенных обстоятельствах мы нуждаемся в действии фтора, чтобы не повредить себе. Но мы можем повредить себе, если это действие станет слишком сильным; тогда своей органической деятельностью мы уничтожаем зубы. Я прошу вас обдумать все это, поскольку все это связано с чрезвычайно важными вещами в человеческом организме.

15