Сегодня нельзя лишь только мыслить о мире. Сегодня нужно так мыслить о мире, чтобы мышление постепенно переходило во всё мироощущение. Ибо из ощущений возникают импульсы к реформам, к дальнейшей работе. Антропософия хочет быть таким миропознанием, которое не остаётся в абстракциях, которое вживается в ощущение и поэтому может становиться основанием педагогики и дидактики.

33

То, что мы на протяжении долгих времён заложили в основу жизни представлений, выступает нам навстречу во внешней жизни современности уже исторически. Благодаря идеям о мире, благодаря своему объяснению мира - человек выброшен из мира. Тому, что образовано как представление в высших слоях человеческой цивилизации, отвечает сегодня эхо импульсов миллионов и миллионов пролетарского народа. И цивилизованный мир не хочет видеть взаимосвязи между тем, что думает он, и тем, что сегодня отвечает на это из душ пролетариев. То, что в виде ощущения, как трагическое настроение может жить в отдельном человеке, когда он говорит: то, что вышло из человека в моральных идеалах, в религиозных импульсах - это, по существу - иллюзии, втиснутые между туманным началом Земли и её тепловой смертью - это сегодня выступает нам навстречу, как жизненная философия миллионов и миллионов пролетариев. В этой жизненной философии как единственно реальное рассматривается лишь то, что человек работает и испытывает в хозяйственной жизни.

34

Как на протяжении различных эпох развития человечества хозяйничалось, как работалось в хозяйственной жизни, как производилось, покупалось и продавалось, как благодаря этому производству, купле и продаже удовлетворялись жизненные потребности - это должно быть согласно этому пролетарскому мировоззрению, согласно этой пролетарской мировой философии - единственной реальностью. И напротив - всё то, что встаёт в хозяйствующем человеке, как моральные воззрения, религиозные идеалы, художественные импульсы, идеалы государства - всё это идеология, нечто, по существу - иллюзорное, это - недействительная надстройка над единственной действительностью производственных процессов. В этой форме то, что в высших кругах людей содержится больше как теоретическое, самое большее - религиозное убеждение, в пролетарских кругах стало не только практической жизненной мудростью, но - жизненной реальностью; стало тем, сообразно с чем действуют.

35

И человек вставлен в эту жизнь. Из этой жизни он хочет и должен воспитывать. Но если он хочет воспитывать, если он хочет обучать - он должен быть в состоянии эту жизнь непредвзято наблюдать.

36

И что примечательно, именно интеллектуализм с его вереницей натуралистических жизнепостижений не только не ввёл человека глубже в действительность, но - выбросил его из действительности. Исследуйте с этой точки зрения прежние жизненные философии. Везде Вы найдёте жизненные мысли, которые удобны для применения где-либо в жизни, по отношению к которым человеку никогда не придёт в голову - рассматривать их как голую идеологию. Люди основывались именно на жизни, и поэтому они не могли думать, что их мысли - лишь нечто вроде дыма, поднимающегося от жизни. Сегодня же это воззрение стало жизненным праксисом большей части образованного мира. И человечество вздыхает по поводу того, что так случилось. Но человечество не хочет видеть того, что то, что происходит в России и будет происходить в мире в дальнейшем - является результатом того, чему учат в наших университетах, что воспитывают в наших школах. Учат, воспитывают - в одном месте не имеют мужества сделать необходимые выводы, в другом - доходят до самых крайних выводов. Катящееся колесо не удержать, если не стремиться к полной ясности именно в этой области, если не усмотреть здесь истинных причин и следствий, если не увидеть, что человек помещён в такую действительность, внутри которой ему невозможно двигаться, если он постигает её чисто интеллектуалистически. Интеллектуализм как инструмент - не имеет сил для вмешательства в действительность.

37

Я знал одного поэта, который уже десятилетие назад создал себе горчайшие представления о том, что должно сделаться с человеком, если он всё больше и больше загоняет себя в интеллектуализм. В этой местности, где жил поэт, имели яркое представление об интеллигентных, интеллектуалистических людях. Их называли там "большеголовыми", что означало, что они имеют большую голову, в духовном смысле. Этот поэт выразил это в очень наглядном образе. Он говорил: развитие человечества протекает интелектуалистично; это должно привести к тому, что люди в конце концов будут получать всё большие и большие головы, и остальная телесность будет подвешиваться к ним как рудиментарные органы, рудиментарные руки - совсем маленькие ручки, рудиментарные ноги - совсем маленькие ножки, и так люди будут катиться дальше. Речь идёт о большом шаре, на котором придатки рук и ног будут как рудиментарные органы. - В совсем пессимистическое настроение пришёл этот поэт из-за этого: до чего это должно довести людей, если они, и дальше следуя по пути интеллектуализма, дойдут до полного качения.

38

Можно сказать, что то, что является перед нами, как интеллектуализм - удаляет человека от самого себя, устраняет человека из действительности. Поэтому единственной реальностью для него становится то, что признаёт таковым пролетарий, то, что не могут отрицать, так как либо наталкиваются на это и затем по нашей системе воспитания, даже если она хочет быть реформистской - в силу причинных взаимосвязей отвечают за последствия и набивают себе шишки, или голодают, т.е. опять-таки отвечают за последствия в силу причинных взаимосвязей. Здесь видят, отслеживают, ощущают реальное - вполне точно. Но в это реальное больше не проникают.

39

И человек примечательным образом - становится тем твёрже в себе, чем он всё больше отдаляет себя от реальности. Он становится уже, образно говоря, так как всё же это верно - этим катящимся шаром. Нужно видеть, как в университетах и школах выращивают то, перед чем отшатываются, когда это потом выступает как жизненная действительность, как жизненный праксис, как это сегодня уже имеет место в значительной мере. Люди критикуют то, что выступает перед ними, но они не знают, что они сами это посадили. Люди Запада смотрят на Россию и находят это ужасным. Но они не знают, что её учителя сначала взрастили это на Западе.

40

Интеллектуализм, я говорил, это - инструмент, которым можно охватить действительность. В воспитании необходимо охватить действительность человека. Если интеллектуализм не является инструментом, которым можно охватить действительность, возникает большой вопрос: можем ли мы вообще начинать что-либо в воспитании интеллектуалистическим образом?

41

Этот большой вопрос стоит перед нами в исходном пункте нашего курса докладов. Мы должны пользоваться иными средствами, нежели те, которые даёт нам интеллектуализм. Но мы можем всё же на это решиться, если мы, опять-таки, постигаем отдельную область из всей жизненной взаимосвязи.

42

В чём нынешнее человечество особенно велико и чем чаще всего восхищено? Ну, конечно же - конгрессами в общественной жизни, не тем, что спокойно знакомятся с существом дела, а тем, что идут на конгрессы и там дискутируют о всяких вещах. Ибо интеллектуализм принадлежит, в конце концов, к дискутированию. Только в существо дела при этом не входят. Существо дела уже имеют и дискутируют о нём. Собираются вместе и дискутируют, о чём только возможно. Обычаи конгрессов, необходимость дискуссий - это то, что следует из интеллектуализма и это же, с другой стороны, ведёт к отчуждению от мира. И это уже можно почувствовать, что, по существу, все наши конгрессы - парят над действительностью как нечто иллюзорное. Там внизу, в жизни - происходит всякое, и на конгрессах об этом будут прекрасно говорить, остроумно говорить. Я нахожу, что на конгрессах говорится очень много чрезвычайно остроумного. Это правильно, что с тем, кто сказал А - можно быть согласным, и с тем, кто сказал В - также можно быть согласным, также и в том случае, если это в противоречии с А - можно, с определённой точки зрения, также быть с этим согласным. А также с С. На конгрессах можно, собственно, всегда быть согласным со всем с определённой точки зрения. Почему? Потому что в интеллектуализме всё колеблется и интеллектуализм ничего не высказывает о действительности. И, собственно, наша сегодняшняя действительность могла бы протекать так же, как она протекает - и без конгрессов. Можно было бы совершенно обойтись без того, что произносится на конгрессах, несмотря на искреннюю, действительную радость от всего остроумия, которое там распускается, ибо всё, в сущности, хорошо.

43

В ходе последних пяти-шести десятилетий мы пережили в различнейших областях грандиознейшие теоретические построения и не раз имели возможность непредвзято взглянуть на жизнь и увидеть, как эта жизнь протекала в противоположном смысле. Например: в отдельных странах некоторое время тому назад был открытым вопрос о золотой валюте, и в связи с золотой валютой говорилось о всяких чудесах. Можно только сказать, я говорю без иронии, я думаю об этом вполне серьёзно, что в торговых палатах, в парламентах произносились умнейшие речи об оздоровляющих последствиях золотой валюты. Особенно настойчиво указывали умные, проницательные люди, а также практики: если придёт золотая валюта, должна прийти и свободная торговля; одно - является следствием другого. И - смотрите: в большинстве стран, где введена золотая валюта - несносные таможенные барьеры, то есть - несвободная торговля! Это сказала действительность, жизнь. Ум, выросший из интеллектуальности, но теперь умным образом, без иронии, говорил противоположное. Нужно уяснить себе, что интеллектуализм - вырастает из жизни, делает человека крупноголовым.

44

Это - то, что выводит нас из человекопознания, что отчуждает нас от человека, и поэтому - никогда не может дать оснований для педагогики и дидактики. Ибо педагогическое, дидактическое отношение - всё же человеческое отношение, отношение учителя, воспитателя к ребёнку, к ученику. Из этого человеческого отношения должны быть добыты педагогика и дидактика. Это может произойти лишь благодаря истинному человекопознанию, и такое истинное человекопознание хотела бы дать Антропософия.

45