Сегодня я хотел бы эти рассмотрения педагогики и дидактики, основанной на антропософии, или лучше сказать - на антропософском человекопознании - завершить тем, что я выскажу нечто афористичное о моральном, а также о религиозном воспитании, которые именно внутри школы и воспитательной сферы вообще - составляют единое целое. Но нигде столь сильно, как при обсуждении этой области, не ощущается настоятельная необходимость подчеркнуть исходящий из действительного человекопознания единый дух, который должен проходить через всё дело воспитания. Вчера я говорил о физическом воспитании, сегодня - говорю о той сфере воспитания, которая в примечательнейшем смысле, также из духа нашей цивилизации - должна именоваться духовной областью. Но я хотел бы вводным образом подчеркнуть, что обе эти области, которые в нашей современной жизни цивилизации трактуются еще в значительной мере раздельно, в рассматриваемой педагогике и дидактике - внутренне вытекают друг из друга.

1

Конечно, к этому внутреннему взаимовытеканию друг из друга понадобится ещё много времени; но к малому этого взаимовытекания мы стремимся уже сегодня, введя в качестве обязательного предмета в Вальдорфской школе эвритмию, как род духовно-душевной гимнастики. Эта эвритмия всё, что она исполняет - исполняет в физически-телесном; но она, вплоть до мельчайшего во всём том, что она исполняет - осознанно пронизана духовно-душевным, так что при ней действительно происходит то, что имеется в человеческой звуковой речи, при которой мы пользуемся физическим органом и где от этого физического органа зависит всё, что может высказываться в физическом мире этой звуковой речью, при которой, однако, в то же время - всё это пронизано душой и духом.

2

И как духовное в речи можно рассматривать так, что мы также непосредственно приходим, если тонко нюансировать - к моральному и даже к религиозному, ибо не лишено основания то, что евангелие от Иоанна начинается: "В начале было Слово" -, так же можно сказать: почему бы в менее броской области, в более инстинктивной мере - не ввести слияние духа, души и тела в дело воспитания путём проработки эвритмии на протяжении всех классов школы? Так что эвритмия является одним из элементов, конечно - элементом, направленным на телесное, который наверно сегодня уже больше всего указывает на то, как, также и в практическом смысле, достигается мыслимое здесь приведение к единству дела воспитания и преподавания. И в будущем многое другое должно стать на сторону эвритмии. Ей должны будут способствовать вещи, которые в известных направлениях стремятся ещё ближе подойти к духовно-душевному в эвритмии, о которых человечество сегодня еще и не мечтает, но которые лежат именно на продолжении указанного пути. Этот путь - здесь. Если благодаря тому, что мы можем предложить в эвритмии - пусть еще столь несовершенным образом, как это сейчас возможно - вступить на этот путь, то все те односторонности, которым сегодня подвержены материалистические течения в области гимнастики, благодаря эвритмическому принципу - если и не в самом начале, то в развитии имеющейся сегодня эвритмии - будут преодолены.

3

Если говорить сегодня, хотя бы лишь только афористично - об этическом, о морально-религиозном искусстве воспитания, мы чувствуем себя именно тогда вынужденными, с одной стороны - апеллировать к общечеловеческому, которое, как общечеловеческое, распространено по всей земле и не знает различия народов и рас. Но мы знаем также, с другой стороны, что это - совершенно невозможно, именно в этих областях, которые в столь значительной мере связаны с внутренним человека, уже сегодня высказываться с общечеловеческой точки зрения таким образом, чтобы быть понятым без остатка представителями всех наций. Ибо достаточно хотя бы на одном примере наглядно показать, насколько различны люди по всей Земле в отношении их моральных ощущений и религиозных жизненных воззрений, чтобы видеть, насколько мы стеснены, когда в какой-либо точке Земли мы хотим говорить об этически-религиозной сфере, поскольку именно эту, столь тесно связанную с внутреннейшим человека область можно понять правильно лишь тогда, когда мы понимаем её из народности и из вероисповедания.

4

В отношении всего того, что я здесь до сих пор высказывал, я мог бы сказать нечто значительно более общечеловеческое, чем я смогу Вам сегодня сказать. Таково уж антропософское мировоззрение, чтобы перебрасывать различнейшие мосты через то, что разъединяет людей в нациях и расах. В силу своей глубочайшей предрасположенности оно чувствует себя принуждённым говорить совершенно интернационально. И поэтому оно также совершенно особо ощущает, насколько это тяжело - говорить об интимнейшей области человеческой жизни именно в смысле сегодняшней земной цивилизации, и это, ведь, в конце концов - действительность, с которой мы имеем дело в современности. Поэтому я буду Вас просить - то, о чем я говорю сегодня - рассматривать именно с указанной точки зрения. Ибо, как сказано, требуется лишь пояснить на примере, как дифференцированы люди в отношении характеризуемого.

5