И здесь нужно сказать: ребёнок, когда он только что закончил смену зубов, ощущал бы это как нечто вроде копья, вонзенного в его организацию, если бы его хотели привести к понятийному мышлению именно о том, что восходит из безжизненного, из неорганического. Уже в силу этого ребёнок чувствует со прикасание с чужеродным, взятым из неодушевленного. Поэтому, если браться воспитывать ребёнка в этом возрасте, необходимо иметь в себе художественное чувство, действительно всё оживлять. Учитель - должен оживлять; учитель должен предоставлять растениям - говорить, животным - действовать морально, учитель должен быть в состоянии всё превратить в сказки, басни, легенды. И здесь обнаруживается нечто, что особенно важно принять во внимание.

15

Что будут делать ленивые учителя и воспитатели, поставив перед собой эти педагогические требования? Они идут в библиотеки, собирают книги, в которых содержатся легенды, саги, истории о животных, выучивают это и потом преподносят это в классе. В жизни везде могут иметь место суррогаты, но это - не идеал. Идеал, это - если учитель так хорошо подготовлен (ибо он должен быть к этому особенно хорошо подготовленным), чтобы из него самого, как его индивидуальнейшее оформление, возникало то, что является беседой одного растения с другим, чтобы сказка между лилией и розой была придумана самим учителем, и чтобы детям преподносилось то, что как беседа солнца с луной было совершенно индивидуально придумано учителем и развертывалось перед детьми. Почему это так? Да, я хотел бы выразиться при этом в образе. Говоря ребёнку то, что выучено из книг, говорят это, как черствый иссушенный человек, даже если ещё обычно весьма оживлены - импондерабельным образом это всё же говорят, как чёрствый человек; приблизительно так, как если бы были покрыты не живой кожей, а пергаментом, ибо при этом всегда несут в себе нечто от остатков выученного чисто историческим способом. И наоборот - то, что придумали сами, ещё содержит в себе силы роста, свежую жизнь; это действует на ребёнка.

16

Отсюда - в самом учителе, если он хочет быть воспитателем этого детского возраста, должно быть стремление - живо истолковать в сказках весь растительный мир, мир животных, мир солнца и звёзд. И он будет благоприятно воздействовать на ребёнка, если он уже утром с тем, что он только что впервые придумал в своей работе, которая всё же утомительна, так идёт в школу, что уже по его походке видно, как он спешит развернуть это перед стайкой своих ребятишек. Дело в том, что придуманная им история - ещё совсем не готова, прежде чем она достигнет своего завершения в том, что он увидит сияющие ему навстречу удовлетворенные и радостные лица детей.

17

Всё, чему ребёнок учится о растениях, животных, минералах, о Солнце, Луне, о горах, реках - должно вплоть до завершения девятого года жизни быть влитым в эту форму; ибо ребёнок соединяется с миром. Мир и ребёнок, ребёнок и мир ­ в этом возрасте едины.

18

Но, вместе с упомянутым крутым поворотом - тотчас вступает и другое. Ребёнок становится теперь собственным существом для себя самого. Он учится отличать себя от мира, и благодаря этому возникает возможность, а также и необходимость - приобщать ребёнка к природе, к окружающему миру. Здесь выступает то, что нужно охарактеризовать, как радикальное различие между приобщением к растительному миру и приобщением к миру животных. Человек хочет приобщаться к этим обоим царствам природы совершенно различным образом. Конечно, как к растительному миру, так и к миру животных ребёнка приблизительно с десятого до двенадцатого года приобщать можно; но в том и в другом случае - различным образом.

19

Растение, преподносимое ребёнку в этом возрасте как обособленное, оторванное от Земли существо, является, собственно, чем-то ужасным. Ребёнок, например, должен пережить ощущение, что растение само себе, вырванное от почвы, совсем не является отдельным существом. Нужно так ощущать растительный мир в целом, как, к примеру, должны рассматриваться и ощущаться человеческие волосы - во взаимосвязи со всей человеческой организацией. Один человеческий волос, вырванный и лежащий отдельно - это, ведь, бессмыслица, нереальность; силами, в нём лежащими, он существовать не может. Так же и растение является чем-то, что не в состоянии существовать, если оно вырвано из почвы и пребывает здесь само по себе. Растение принадлежит лику Земли. Растение и Земля - прежде всего принадлежат друг другу. То, что происходит ещё нечто иное - мы сейчас увидим, но растение и Земля прежде всего связаны друг с другом. Поэтому также необходимо развернуть перед детьми, насколько это возможно - чувственное рассмотрение, которое трактует растение и Землю взаимосвязанными, так, чтобы пробудить при этом у детей ощущение того, что корневое принадлежит к почве и к её своеобразию. Ребёнок должен иметь представление, конечно, не абстрактно-рассудочное, но - чувственное представление о том, как корневое становится иным в сухой почве, во влажной почве, иным - если вблизи произрастания растения громоздятся скалы, или поблизости - море. Ребёнок должен прежде всего учиться рассматривать растительное полностью во взаимосвязи с земной почвой. И вся вегетация должна быть частью того, что здесь исходит из Земли.

20

И нужно вызвать ощущение из созерцания противоположности корневого, принадлежащего Земле, и цветочного и плодового, взращенного Солнцем. Нужно вести ребёнка от Земли к Солнцу, ставя перед ребёнком цветочное. Ребёнок должен обрести чувство того, как цветочное распускается благодаря согревающему охватыванию солнечным, как в цветении и в плодоношении растение постепенно себя фактически эмансипирует от земной почвы. Земля, растительный рост, воздействие солнечного на Землю - составляют единое целое, и в рассмотрении они должны сливаться друг с другом. Хочется сказать, что ребёнок должен иметь такое чувственное представление о растительном, что если бы ему описывали растение без отношения к почве и к Солнцу, он испытывал бы внутреннее сожаление, приблизительно - как при вырывании растения.

21

Можно также и в этом отношении рассматривать дело воспитания не как нечто в себе абстрактное, но как вчленение в весь социальный организм. Пора уже иметь ощущение того, что значит для развития человечества то, что уже на протяжении долгого времени большое число людей направляются в город, что поколение за поколением молодёжи больших городов подрастает таким образом (в этом можно убедиться на примере горожан), что они не могут больше отличить рожь от пшеницы.

22

Это может быть воспринято, как гротеск, но нужно снова и снова настаивать на следующем: человек, который не научился отличать рожь от пшеницы - не является целостным человеком. И можно даже пойти ещё дальше: человек, который только в городе научился отличать по особенностям колоса рожь от пшеницы - также ещё не достиг идеала. Лишь тот, кто стоял на почве, где произрастает рожь и пшеница и научился на месте отличать рожь от пшеницы - лишь тот, собственно, имел верное переживание. Как учителя, мы должны избегать этого - идти собирать растения и затем идти с гербарием в класс и распространяться там о растениях. Скорее мы должны выводить детей на прогулки и по возможности, действительно в реальной взаимосвязи с Землёй, с солнечным светом и жизнью - приводить детей к пониманию растительного. Благодаря этому мы можем совершенно наивным образом найти переход к чему-то другому, что является чрезвычайно важным.

23

Когда ребёнок получает представление о том, что собственно является картофелем, это означает чрезвычайно многое. Ведь картофель - это, собственно, не корень, картофель - это запутавшийся в комок ствол, запутанный стебель. Сухая почва, которой вынужден обходиться картофель, то, что должно устремляться в ботву, вытягивает назад, в землю. Из ботвы нужно узнать, насколько родственным почве остаётся растение в своём произрастании, как долго почва сохраняет свои импульсы действенными в растении. Нужно быть в состоянии проследить это плебейское врастание картофеля в сухую почву. И опять-таки - нужно быть в состоянии проследить, как в действительности несколько влажная почва во взаимосвязи с уже погружающимися в них солнечными лучами образует безвременник осенний, colchicum autumnale.

24

Если таким образом рассматривать то, что произрастает здесь из Земли как из организма, дифференцируется естественным образом согласно различной дифференциации обликов Земли, то затем наивным образом находят переход к естественной географии. Она вырастает из себя самой. И другие вещи, которые затем ещё могут рассматриваться в географии, заключаются в том, что является растительной жизнью. Как говорит иногда о Земле современный человек? Современный человек говорит иногда о Земле так, как если бы она вообще не производила никаких растений. Он мыслит Землю как находящийся в мировом пространстве шар; силы тяжести действуют таким образом, что их интенсивность убывает пропорционально квадрату удаления, и так мировые тела действуют друг на друга. Это действует совсем математико-механически. Но кто имеет право абстрактно обособлять это математически-динамическое силы тяжести от того, что именно вчленено в Землю: это - расцветающий растительный мир! Говоря о бытии Земли внутри космоса, нужно то, что она в корневом даёт растению - так же довести до ощущения, как и чисто математико-механические отношения гравитации и т.д.

25

Живая наполненность занятий - зависит от этого совершенно особым образом. Как необходимо установить связь растительного мира с Землёй, так же нужно установить связь мира животных с человеком. Замечено, что если способствовать возникновению у детей представлений о растительном, как я их описал, дети именно на растительном развивают вопросы относительно "почему" и "как" мира. Это действительно намного здоровее для детской души, если она развивает вопросы относительно "почему" и "как" на растительном, а не на минеральном или машинообразном. Как причинное, каузальное чувство должно быть развито на основе связанного с Землёй растения, так же и сравнение, аналогия, которая должна всегда занимать соответствующее место в жизни - должна быть развита на основе мира животных.

26