В отношении детей с богатой фантазией, которых обуревают их представления, мы должны стремиться к тому, чтобы все тело приводилось в движение — посредством бега, вышагивания, ходьбы. Так мы окажем им помощь, и было бы исключительно важным действительно проявлять заботу. Следует заметить, что для детей с флегматичным процессом поднятия представления в сознание очень благотворны упражнения с согласными звуками. А для тех, кого представление обуревает, полезно упражняться в эвритмии гласных. Нужно наблюдать, что при выполнении детьми жестов гласных звуков поднятие представлений из организма делается менее активным, а выполнение жестов согласных звуков способствует их поднятию. Итак, тем, у кого небогатое воображение, кого не обуревают представления, кто легко забывает, нужна эвритмия согласных, а другим, обуреваемым представлениями, — эвритмия гласных. Заботясь об этом, можно многое сделать для детей.

18

Также очень полезно разобраться и в том, что касается занятий музыкой: к какому типу относится ребенок, богатая или небогатая у него фантазия и каковы соответственно особенности его памяти? Для детей, у которых представления с трудом поднимаются в сознание, больше подходят занятия инструментальной музыкой, а для детей с богатой фантазией, которых обуревают представления, — занятия пением. Идеально для него — конечно, для этого нужно соответствующее помещение — устроить так, чтобы дети одновременно играли на музыкальных инструментах и пели. Такая одновременность, когда дети и слушают музыку, и исполняют ее, оказывает сильное гармонизующее воздействие. Здесь, по-видимому, возможно было бы достичь чередования. Очень плодотворным было бы делать так, чтобы одна половина пела, а другая слушала и затем они менялись бы ролями. Да, это было бы крайне желательно. Ибо слушание музыки действует оздоровляюще, гигиенически на функции головы по отношению к организму; а когда те же самые дети поют, это действует оздоровляюще на функции тела по отношению к голове. Если преподавание будет задано правильно, дети станут намного здоровее.

19

Мы не даем себе настоящего отчета в том, какой по отношению к развитию человечества мы совершили регресс; когда-то люди были уже на таком уровне, что предоставляли детям пребывать в более или менее дикорастущем состоянии. Тогда не делали особого упора на их обучение. В то время не вторгались в свободу человека, не вторгались так, как это делаем мы. Мы вторгаемся в свободу человека после того, как ему исполняется шесть лет, и то, что мы таким образом разрушаем, тот ущерб, который мы наносим свободе, нам приходится затем выправлять посредством правильного воспитания. Необходимо сознавать, что в преподавании мы должны улучшить “как”. Без этого мы будем продолжать двигаться в направлении совершенно ужасного положения вещей. Люди любят подчеркивать, что культура поднялась на чрезвычайно высокий уровень, что неграмотных осталось очень мало и тому подобные вещи; но они — просто матрицы, просто автоматы, выполняющие то, что было запрограммировано в школе.

20

Мы, однако, не должны делать в школе матрицы. Мы должны способствовать тому, чтобы человек становился индивидуальностью. Особого внимания требуют случаи, когда занятия носят более или менее искусственный характер, например при всех видах заучивания наизусть. Говорить что-нибудь наизусть — совсем не простое дело. Когда ребенок рассказывает наизусть, то это означает, что совершается путь, на котором усвоенное ребенком содержание из сферы духовно-душевного переходит в сферу телесно-физического. Содержание ребенок сначала воспринимает духовно-душевно. Он должен понимать то, что он рассказывает наизусть, ибо речь вообще не идет о таком заучивании, при котором ребенок не понимает смысла выученного. Поэтому сначала необходимо понимание. Но в процессе заучивания наизусть содержание постепенно переходит в область механического, телесно-физического. В какой-то момент — это активизация содержания — нужно остановить ребенка, для того чтобы он послушал самого себя. Пусть он немного прислушается к самому себе. Постепенно можно добиться того, чтобы ребенок научился слушать самою себя в той же мере, в какой он высказывает содержание. Таким образом возможно достичь того, чтобы он действительно сам различал звуки, которые произносит. Ребенку нужно сказать: “То, что ты произносишь, звучит как будто снаружи, и ты можешь сам это слышать”. Нужно постараться, чтобы он сам это слышал.
Однако только этого недостаточно. Нужно и нечто иное.

21