Л. делает сообщение о том, как проявляется сангвинический темперамент и как с ним работать.                                   

Рудольф Штейнер. Здесь-то и начинается индивидуализация. Мы говорили, что можем подразделять по темпераментам. Ведь при массовом обучении мы должны занять ребенка в общих уроках рисования. И тут можем немного индивидуализировать по отдельным группам. Тогда речь пошла бы о том, в каком отношении вы хотите индивидуализировать уроки рисования. Подражание внешним формам мы будем в общем поощрять меньше. В рисовании мы будем стараться пробудить внутреннее чувство формы. И только в этом мы и сможем индивидуализировать. Мы сможем проводить различия, смотря по тому, какие формы мы берем: более прямолинейные или подвижные, более упрощенные и обозримые или более детализированные. Более сложные и детализированные формы следовало бы применять для ребенка с сангвиническим темпераментом. Мы будем определять по темпераментам то, как мы преподаем тому или иному ребенку.

1

Е. делает сообщение на ту же тему.

Рудольф Штейнер. Не правда ли, в таких вещах нужно всегда ясно сознавать, что именно способ действий-то и не может быть однозначным. Естественно, кто-то может сделать нечто, что является в подобном случае просто замечательным и что другой сделает нечто совсем другое, но тоже не менее удачное. Таким образом, нам не следует стремиться к педантичной однозначности. И все же некоторые основные направления следует соблюдать. Именно их нужно отчетливо уяснить себе.

2

Взять, к примеру, вопрос о том, трудно или легко работать с сангвиническим темпераментом. Об этом следовало бы составить себе ясное представление. Возьмем следующий пример: может случиться, что нам нужно нечто объяснить, нечто преподнести детям. И нельзя сказать, чтобы сангвинический ребенок не воспринял материал. Но через некоторое время мы замечаем, что он совсем отвлекся и занят другим. Это мешает продвижению ребенка вперед. Что бы вы стали делать, если бы заметили, что, в то время как вы на уроке рассказываете о лошади, сангвинический ребенок через некоторое время удалился от предмета и обратил свое внимание на совершенно другие вещи, так что все, о чем вы говорите, может пройти мимо его ушей? Что бы вы сделали с подобным ребенком?

3

Многое ведь будет зависеть от того, можно или нет в подобном случае индивидуализировать. Если у нас много детей, то многие приемы нелегко будет провести. Но ведь у нас сангвиничные дети объединены в одну группу. Так вот, нужно действовать на них примером, используя меланхоликов. Если в группе сангвиников что-то не так, следует обратиться к группе меланхоликов, дабы та сыграла уравновешивающую роль. Именно при массовом обучении это следует принять во внимание. Очень важно, что учитель не просто сам сохраняет  серьезность и уравновешенность (спокойствие), но что он уравновешенности и спокойствию меланхоличных детей дает взаимодействовать с сангвиничной группой.

4

Предположим, мы говорим о лошади, и вы видите, что один сангвиничный ребенок уже давно совсем отвлекся. Попытайтесь констатировать это. Вы можете что-то спросить у него, чтобы стало действительно ясно, что он отвлекся. Затем попытайтесь констатировать в меланхоличной группе тот факт, что, в то время как вы уже давно не говорите о платяном шкафе, но о лошади, какой-нибудь ребенок-меланхолик все еще думает о шкафе. Констатируйте это: «Посмотри, ты давно уже забыл о лошади, а твой друг все еще не может расстаться со шкафом!»

5

Подобные факты обладают сильным действием. Таким способом вы шлифуете детей друг об друга. Это видение детьми самих себя обладает сильным воздействием. Подсознательная душа сильно чувствует, что в таком несоответствии друг с другом социальная жизнь не может развиваться. Это бессознательное в душе может стать в высшей степени прекрасным средством продвижения вперед, если свойства детей шлифовать друг об друга. Чтобы показать контраст, нужно действительно иметь легкую руку и чувство юмора, так что дети видят: вы не сердитесь, у вас не возникает неприязни и злобы, но вы относитесь к вещам, как они являются сами по себе.

6