Moи милые друзья!

Для уяснения себе внутреннего строения произнесенной речи, мы должны расчленить ее на слова, так расчленить, как это следует из мышления — на подлежащее, дополнение и т.д., и таким же образом мы должны обращать на это внимание и при эвритмическом изображении. Само собой разумеется, что при этом надо избегать всякого рода педантизма, причем преподавание эврит­мии, которое мы должны развивать, не должно вырождаться так, как в насто­ящее время вырождается преподавание грамматики в школах. Эвритмист дол­жен, однако, относиться сознательно к тому, как он изображает каждое от­дельное слово, каждое отдельное существительное, поскольку они, данные в различных мыслительных аспектах, находятся в целостном контексте откро­вения человеческого существа в речи. Таким образом, мы при этом должны прежде всего делать различие между словами, выражающими качество какой-либо вещи, и теми словами, которые выражают действие. Слова, выражающие свойства вещей, мы эвритмически выражаем тем, что задерживаем свой ход в том месте, где необходимо раскрыть некое свойство, и делаем жест в спо­койном положении, то есть, делаем его, будучи в покое. Напротив, когда мы выражаем душевное состояние, которое в обычной речи передается «словом во времени» — глаголом, то должны делать жест в движении. То есть жест, сделанный человеком, находящимся в движении, изображает глагол, то есть слово, обозначающее движение.

1

Теперь, однако, также: то, что выражается «словом во времени» — глаго­лом, можно разделить на выражаемое в пассивной и в активной форме или выражающее продолжающуюся (длительную) деятельность. Мгновенная дея­тельность или мгновенное страдательное состояние, или длящаяся деятель­ность и длящееся страдательное состояние — соответственно этому могут различаться эвритмические движения при изображении глаголов... Пассивную деятельность, пассивное отношение мы выражаем тем, что, делая жест, мы выступаем вперед, но отнюдь не назад. Всякого рода активность мы выража­ем тем, что отступаем назад. Все то, что является продолжающейся деятельностью или продолжающейся длительной страдательностью, мы выражаем тем, что делаем его, идя направо или налево, как бы проходя мимо, на ходу.

2

Мы имеем возможность действительно придать глаголу этим способом такое выражение, которое фактически вызывает у зрителя переживание того, что в этом глаголе заключается.

3

Попробуем то, что я сказал, применить к изображению одного маленько­го стихотворения, в котором попытаемся выразить эти три формы внутренне­го отношения, показателем которого является глагол. Пройдем глаголы, за­ключающиеся в этом маленьком стихотворении:

Konnt' schlafen nicht.
Не мог спать.

4

Спать является действием, длительным, по крайней мере, у здоровых людей. Нам надо, таким образом, выразить внутреннее продолжающееся дей­ствие.

Konnt' traeumen nicht.
Не мог грезить.

5

При слове «traeumen (грезить)» можно задать себе вопрос — при эврит­мизировании стихотворения надо всегда производить подготовку — «грезить» указывает, конечно, тоже на что-то продолжающееся, но вместе с тем, и на легкое страдательное (Erleiden). Мы пытаемся, таким образом, прохождение мимо соединить с выступлением вперед. Это значит, что мы идем вперед не прямо, а проходим наискосок, то есть, некоторым образом идем по диагона­ли. Так вы выражаете слово «traeumen (грезить)». Затем дальше идет так:

Konnt' schlafen nicht,
Не мог спать.

Konnt' traeumen nicht,
Не мог грезить,

Da hoert' ich drauss'
Тогда я услышал снаружи

Wie das Eis zerbricht.
Как разбивается лед.

6

«Hoert (слышал)», является опять-таки глаголом. «Слышал» — это от­четливая страдательность, пассивное отношение —выступление вперед. «Как разбивается лед» — тут можно так размышлять: что тут сказано относитель­но льда? Можно задать себе вопрос: что это? Страдательность или длительное состояние? Если мы хорошенько прочувствуем это слово, то придем к тому, что имеем в данном случае дело с длительным состоянием, выражающим, однако, какую-то деятельность, нечто активное, потому что то обстоятельст­во, что разбивается лед, является поводом к тому, что мы слышим. Это, таким образом, противоположность простому пассивному отношению. Это даже нечто агрессивное по отношению к нам. Мы говорим "zerbricht (разбивается)», этот треск разбиваемого льда есть нечто продолжающееся. Мы выражаем это тем, что отступаем по диагонали назад.

7

Затем идет одна строчка без глагола. Б ней только вспомогательный гла­гол (war), на котором мы пока не будем останавливаться.

's war, als ob aus der Ferne,
Ob es sich nahete,
Wehete, lueftete,
Und in den Lueften es
Atmete, dueftete,

Это было, точно оно (что-то) издали
Приближалось,
Веяло, дуло,
И в дуновениях
Дышало, благоухало.

8

«Nahete, wehete, lueftete» — все это выражения продолжающегося отно­шения, в которых, однако, частично заключается и деятельность. Мы, таким образом, выражаем «wehete, lueftete» по диагонали отступая назад (см. схе­му), «und den Lueften es» — тут нет глагола, «atmete, dueftete» — так же. как и при «wehete, lufetete». Если при этом мы должны отступать назад, то от­ступаем все дальше и дальше (см. схему).

Ueber die Felder her
Talherab, berghinaf:
Wenn das der Fruehling waer
In vollem Lauf?!

Через поля,
Вниз по долине, вверх по горам.
А что, если это весна
Полным ходом?!

9

Теперь проделайте все стихотворение с теми обозначениями глаголов, которые я указал.

Konnt' schlafen nicht,
Konnt' traeumen nicht,
Da hoert' ich drauss
Wie das Eis zerbricht,
's war als ob aus der Ferne,
Ob es sich nahete,
Wehete, lueftete,
Und in den Lueften es
Almete, dueftete.
Ueber die Felder her,
Talherab, berghinauft
Wenn das der Fruehling waer
In vollem Lauf?!

Не мог спать
Не мог грезить (дремать),
Тогда я услышал,
Как снаружи разбивается лед.
Это было точно что-то издали
Как бы приближалось,
Веяло, дуло
И в дуновениях
Дышало, благоухало.
Через поля,
Вниз по долине, вверх по горам:
А что если это весна Полным ходом?!

10

11