Другой случай — это тот, когда встречаются два человека и нет никакого взаимоотношения между волевыми импульса­ми обоих людей, но руководящим становится получаемое впе­чатление — эстетическое или мыслительное. Как часто случа­ется, что некий А знакомится с неким Б и затем говорит о нем не в тоне восхищения или отвращения, как говорят о человеке, с которым раньше были кармически связаны. Можно хвалить такого человека, с которым кармически не были связаны, на­ходить его славным парнем, но это входит не в волю, а только в рассудок, в эстетическое чувство.

14

Это — второй способ встречи людей. Если случается так, что два человека, встретившись, оказывают друг на друга воз­действие, проникающее вплоть до воли, до характера, тогда налицо кармическая взаимозависимость между ними: эти два человека были сведены вместе вследствие их общих пережи­ваний в прошлой земной жизни. Если же от человека исходит импульс, доходящий только до нашего рассудка, до эстетического чувства, так что нам этот человек только нравится или же не нравится, тогда тут нет ничего, содеянного Луной, но есть то, что теперь впервые творит Солнце и что найдет про­должение в будущем. Итак, через вдумчивое наблюдение лю­дей можно начать ощущать, где именно наличествуют карми­ческие связи.

15

Видите ли, то, что я вам рассказываю, в отношении познания мира может быть достигнуто именно через антропософию. И подобно тому, как вовсе не требуется самому быть художни­ком для того, чтобы найти некую картину прекрасной, так столь же мало требуется быть самому посвященным для того, чтобы понять описываемые мною вещи. Можно понять эти вещи, так как высказываемые идеи взаимно согласуются. Есть люди, которые говорят: зачем нам весь этот духовный мир; мы смо­жем понять его лишь тогда, когда окажемся в нем. — Люди говорят это по той причине, что сегодня они привыкли назы­вать доказательством только то, что можно обнаружить осяза­тельным образом посредством внешних чувств. Такие люди подобны тем глупцам, которые говорят: «Все, что есть в мире, должно поддерживаться какими-то опорами, иначе оно упадет на землю». Тогда можно было бы сказать: «Земля, Луна, Сол­нце находятся в мировом пространстве, но они все-таки долж­ны иметь некую опору, чтобы не упасть вниз». Говорят так, не зная того, что космические тела не нуждаются ни в каких опорах, ибо они взаимно поддерживают друг друга. В подоб­ном понимании нуждается и антропософия. У нее идеи не могут поддерживаться внешними осязательными «доказатель­ствами»: они взаимно поддерживают сами себя. Прочтите в первый раз какую-либо антропософскую книгу, и вам тогда покажется, — ибо вы привыкли доверять только осязатель­ным доказательствам, — что вам следует ее отбросить потому, что в ней ничего не доказано. Но если вы станете читать эту книгу все дольше и дольше, то вы найдете, что ее идеи взаимно опираются друг на друга и держатся подобно космическим телам. Эти вещи можно уже понять и не будучи посвящен­ным; но через науку посвящения эти вещи становятся суще­ственно плотнее и переживаются иным образом. Поэтому тот, кто продвинулся достаточно далеко, может выразиться еще и по-другому об этой сплетенности человеческой судьбы из про­шлого, настоящего и будущего. У того, кто достиг определен­ной ступени посвящения, переживания становятся намного кон­кретнее.

16

Вот перед вами стоит человек; он говорит с вами, он нечто рассказывает вам, вы выслушиваете это. Посвященный может слышать, как слышат внешнюю речь, и внутреннюю, духовную речь, которая является не менее отчетливой, чем внешняя че­ловеческая речь. Со всей отчетливостью, подобно словам че­ловека, говорящего с вами, звучит для посвященного речь че­ловека, с которым он был кармически связан в прошлом и которого он встречает в теперешней жизни. Он слышит внут­реннюю речь. Вы скажете, что ведь тогда посвященный имеет в себе целый набор людей, из которых один говорит ему с большей отчетливостью, а другой — с меньшей. Это также случается. Однако в то же время это есть наглядное свиде­тельство того, как человек провел предшествующую земную жизнь. Я говорил о том, что великие регистраторы — лунные существа — делают записи судьбы. И в тот момент, когда посвященный встречает человека, с которым он был кармичес­ки связан в прошлой земной жизни, он оказывается озаренным — словно светом полной Луны — такими записями о человеке, с которым он кармически связан. То, что мы в настоящее вре­мя думаем и делаем, ничего не говорит нам, но по прошествии некоторого не слишком долгого времени то, что мы некогда совершили и что зарегистрировано на Луне, становится гово­рящим и жизненным. Образы Акаши суть жизненные образы: встретившись с содержанием прошлой земной жизни, учишься познанию самого себя и познанию другого человека. Оживает совместно испытанное в прошлой земной жизни; поэтому вов­се не удивительно, что это снова ожившее слышишь также в другом человеке говорящим изнутри него. Внутренне сходишь­ся с тем человеком, с которым был вместе в прошлой земной жизни. Это станет путем человека в будущее: люди должны будут прежде всего усвоить себе некое тонкое чувствование в отношении того, что переживает их воля при встрече с другим человеком; таким образом они смогут почувствовать этого человека. За промежуток времени примерно от семи до девяти тысячелетий все люди на Земле станут слышать в своей душе то, что возвещают им люди, с которыми они были карми­чески связаны.

17

Если встречаешься с человеком, с которым не был связан кармически, то есть с которым встречаешься впервые, то после получения посвящения также и эта ситуация оказывается иной. Конечно, и посвященный в течение своей жизни может встре­чать людей, с которыми он не был кармически связан. Однако его отношение к этому иное, чем отношение обыкновенного сознания. Посвященный тонко чувствует новые факты в кос­мическом человеке.

18

Через человека, которого впервые встречаешь в мире, глуб­же проникаешь взором в Космос. Это есть также и счастье — впервые встретить некоего человека; и тот факт, что через человека, которого встречаешь впервые, можно лучше познать мир, опять-таки требует развития некоего тонкого чувствова­ния. Посвященный сразу же, как только он встречает впервые человека, с которым он не был кармически связан, с которым он, так сказать, пересекается в Космосе в первый раз, имеет следующую задачу по отношению к этому человеку: он имеет задачу тотчас связаться с тем Духом-Хранителем из сферы Ангелов, который специально состоит Хранителем того чело­века. Ему надлежит узнать не только того человека, но также и Духа-Хранителя того человека. Ангел этого человека опять-таки с великой отчетливостью обращается к нему изнутри его собственного существа; и когда посвященный встречается с различными людьми, с которыми он не был связан кармически, то он воспринимает в своей душе слова Ангелов этих людей, слышит их внятно и отчетливо. Это придает посвященному некий особенный характер в его обращении с людьми. Он сам воспринимает в себя нечто из того, что Ангел хочет сказать человеку, с которым он впервые познакомился: он превраща­ется в его Ангела. Благодаря этому то, что он может сказать человеку, интимнее, так как проистекает из иной основы, чем это имеет место для обыкновенного сознания. Поэтому проис­ходит также то, что посвященный для каждого человека, с которым он впервые встречается в Космосе, предстает по су­ществу другим, так как у него тогда временно есть нечто от Ангела этого человека. На этом основана способность к пре­вращению в Ангела тех людей, которые, обладая силой посвя­щения, встречаются с другими людьми. Ныне люди ведь име­ют совсем незначительную способность к ощущению таких вещей. Однако прошло еще не так много столетий с тех вре­мен, когда человечество обладало гораздо большей способнос­тью ощущения таких явлений. Тогда могло случиться, что муд­рый человек встречался с целым рядом других людей и каж­дый из них описывал его по-иному. Подходя к этому филис­терски, говорят, что некая интересная личность была описана двадцатью людьми, причем каждым по-своему; значит, никто из них верно его не увидел. Однако, может быть, что все двад­цать увидели его. Для каждого из них он преображался, так как вступал в отношение с Ангелом каждого человека. Видите ли, в этом отношении действительно разверзлась пропасть между нравами и обычаями людей в настоящее время, и тем, что было их нравами и обычаями в сравнительно недавнем прошлом. Люди теперь учатся многому, но совсем не так, как это было раньше. Более высокая выучка, существовавшая еще в не слиш­ком отдаленные времена, давала указания как те лица, которые в качестве священников или учителей имели своей задачей вести за собой других людей и руководить ими, могли достиг­нуть способности вступать в связь с Ангелом того или иного человека. Теперь у людей исчезло даже воспоминание об этом. Учение об Ангелах было раньше одной из наук для тех, кто хотел стать руководителями человечества, и благодаря ей они достигали описанной способности превращения в Ангела.

19