Берн, 25 января 1924 г.

Своей нынешней земной жизнью человек (мы ведь знаем, что он проходит через повторные земные жизни) отчасти обя­зан внешнему миру, — внешнему миру в расширенном смысле слова: не только тому внешнему миру, который подступает к человеку непосредственно на Земле в различных царствах природы, но также и тому, который подступает к нему из далей Космоса как миры небесных светил. Но это всего лишь одна часть того мира, которому человек обязан своей нынешней земной жизнью: последствия воздействий другой части внеш­него мира он приносит с собой в земную жизнь только внут­ренне: он обязан этим своим собственным предшествовавшим земным жизням. Как вы знаете из антропософской литерату­ры, человек состоит прежде всего из четырех членов. От сво­его физического и эфирного тела, — от них обоих, — человек отделяется каждый раз, когда погружается в сон; тогда своим астральным телом и своим «я» человек отделяется от физи­ческого и эфирного тел. Лишь наши физическое и эфирное тела обязаны всем их существом тому внешнему миру, кото­рый видимо или невидимо, как эфирный мир, находятся теперь вокруг нас. Наоборот, тому, что человек несет в себе, в своем астральном теле и своем «я», он, собственно, обязан в своем нынешнем земном существовании давнему прошлому, — тому, что он в своих предыдущих земных жизнях проделал с миром.

1

Позвольте сегодня начать со следующего космического на­блюдения, чтобы затем закончить чисто человеческим. Так вот, также и во внешнем физическом мире существует двое врат, через которые, собственно, человеческая жизнь в ее целостно­сти простирается за пределы этого физического мира. И эти двое врат для нас, обитателей Земли, суть, с одной стороны, Луна, а с другой — Солнце.

2

Видите ли, мои дорогие друзья, ведь на самом деле нынеш­няя внешняя наука по-настоящему знает только самое незначительное о внеземных небесных телах. Она знает только ту физическую сторону, которую можно изучить путем вычисле­ний или наблюдений при помощи инструментов. Подумайте только о том, что знал бы какой-нибудь обитатель Марса о Земле, если бы он свои познания о ней приобрел тем же спосо­бом, каким обитатель Земли обретает их ныне о Марсе или о других небесных телах. Он тогда знал бы о Земле не слишком много: она есть некое светящееся тело, излучающее в мировое пространство отражаемый им солнечный свет. Он мог бы, ве­роятно, выдвигать всевозможные гипотезы насчет того, есть ли на Земле какие-либо существа или нет, как это и делает чело­век в отношении Марса. Обитатель Земли, естественно, знает о самой Земле, что он живет на ней вместе с другими подобными ему существами, а также вместе с существами других царств природы. Так вот, тот человек, который может обрести позна­ния о внутренних духовных судьбах земного человечества, приходит, исходя из познаний духовных подоснов бытия, к более глубокому постижению того, какое, собственно, значение имеют другие небесные тела, например, Луна и Солнце.

3

Пусть же выступит перед нашей душой физически-душевно-духовный смысл лунного бытия. Вспомните обо всем том, что вы могли прочитать в моем «Очерке тайноведения» и в различ­ных уже напечатанных циклах лекций. Оттуда вы должны знать, что прежде лунное бытие было связано с земным бытием. Сей­час это признает и внешняя наука хотя бы в лице своих наибо­лее значительных представителей, — а именно то, что все физи­ческое тело Луны некогда выделилось из Земли и избрало себе свое собственное место в космическом пространстве.

4

Но духовная наука утверждает, что от Земли отделилась не только физическая Луна: вместе с этой Луной покинули Зем­лю также и другие существа, некогда жившие на Земле вместе с человеком. Правда, они были гораздо духовнее, чем человек, воплощенный в своем физическом теле, и тем не менее они находились тогда в интенсивном общении с людьми, которое осуществлялось не тем способом, как нынешнее общение лю­дей между собой.

5

Тот, кто изучает давнее прошлое Земли по произведениям духовной культуры, — пусть даже сперва он изучает только внешние свидетельства, — тот преисполняется благоговения перед тем, что некогда было достигнуто в различных цивили­зациях, бывших на Земле. Разумеется, смышлеными в совре­менном смысле, — какими почитают себя нынешние люди, — предки наши, то есть мы сами в своих прежних земных жиз­нях, не были. Но знали эти предки больше. Ведь знания до­бываются не только посредством смышлености. Смышленость принадлежит рассудку, а рассудок — это только одна из спо­собностей человека, — пусть даже такая, которая теперь це­нится наукой выше всех остальных способностей. Но, в кон­це концов, если мы ныне посмотрим на мир, каким он стал в моральном, в социальном отношении в «благословенном» XX веке, тогда, пожалуй, мы не будем особенно гордиться нашей культурой, созданной рассудком. Эта рассудочная культура возникла только в ходе времени. И если, как уже было сказа­но, мы обратимся хотя бы только к внешней истории и рас­смотрим то, что касается, например, Древнего Востока, тогда мы сможем преисполниться великим благоговением. Мы мог­ли бы здесь привести в качестве примера некоторые духов­ные достижения так называемых «диких» народов, но давай­те остановимся сегодня на достижениях индийского и пер­сидского Востока, бросим взгляд на то чудесное, что содер­жится в древней религиозной поэзии, в поэзии Вед^*, в философии Веданты^**, в философии Йоги. Если позволите этому оказать на вас не поверхностное, но глубинное воздей­ствие, тогда будете преисполняться все большего благогове­ния перед тем, что было достигнуто в древние времена не путем нынешней обыкновенной смышлености, а совсем дру­гим путем.

^* Поэзия Вед: древнейшие памятники древнеиндийской литературы.

^** Известна также под названием Упанишад (философские труды школ брахманов).

6

Так вот, духовная наука показывает нам, что сохранившие­ся во внешних документах, всего лишь остатки чудесной древ­ней премудрости человечества, которая, правда, выступала в гораздо более поэтической, художественной форме, чем наши нынешние знания, и тем не менее была чудесной древней премудростью человечества. Эту премудрость люди получали тогда через существ, которые сильно возвышались над соб­ственно человеческим развитием на Земле. Мышление, рассу­дочное мышление, совершается посредством нашего физичес­кого тела. Эти же существа не имели физического тела; по­этому свое изначальное знание они передавали людям преиму­щественно на поэтический, художественный лад.

7

Но эти существа не остались с Землей: сейчас большин­ство их обитает на Луне как космическом теле. Те сведения, которые сообщает современная наука, суть лишь внешние дан­ные о Луне. Луна есть носитель духовных существ более высоких, чем человек. Некогда они имели своей задачей инс­пирацию земных людей изначальной премудростью, а затем отошли и в некотором смысле создали себе во Вселенной колонию на Луне. Уже то, что я могу таким образом гово­рить об этих существах, которые теперь обитают на Луне, — показывает нам, что наше собственное человеческое прошлое было связано с этими существами. Мы были в прошлых земных жизнях земными спутниками этих существ. И это показывает связь с ними и нашего нынешнего бытия, если мы в своем рассмотрении выйдем за пределы того, что могут дать человеку внешние познания и внешняя жизнь. И если только мы узрим наше собственное существо, которое не за­висит от нашего рассудка и связано с нашим более глубоким человеческим существованием, то тогда мы найдем, что и те­перь эти лунные существа еще связаны с нашим внутренним бытием, хотя своим местом обитания они избрали теперь не Землю. Так как прежде, чем мы низошли на Землю, получив от родителей физическое тело, мы были в духовном мире, в своем предземном бытии. В этом предземном бытии также и поныне мы еще имеем дело с этими древними спутниками нашего земного бытия. Мы, так сказать, нисходим из духов­ных миров в земное бытие, проходя через сферу Луны, че­рез лунное бытие. И подобно тому, как некогда эти лунные существа здесь, на самой Земле, глубоко определяли развитие людей, так и теперь они еще оказывают определяющее влия­ние на земных людей, — оказывают таким образом, что запе­чатлевают в человеческом «я» и астральном теле именно то, что затем переносится в физическое тело, — когда человек становится физическим земным человеком.

8

Не правда ли, никто не может по собственному решению стать талантом или гением. Никто не может по собственному решению сразу стать хорошим человеком. Тем не менее, есть таланты, есть гении, есть просто от рождения хорошие люди. Рассудок не может сотворить то, что связано с внутренним глубоким существом человека, что он приносит, вступая пу­тем рождения из предземного бытия в земное. Задачей лун­ных существ как раз является запечатлеть в человеке, когда он в своем предземном бытии проходит через лунную сферу, запечатлеть в его «я» и астральном теле то, что потом вспы­хивает в его крови, в его нервах как талант, как одаренность, как воля к добру или ко злу. Луна оказывает свое влияние не только тогда, когда влюбленные, охваченные известным поэтическим настроением, гуляют при лунном свете. Луна оказывает свое влияние на то, что есть в глубине человека, что творит и живет больше в его подсознании: во всем том, что вздымается как раз из глубин человека, действует преж­де всего это лунное бытие, и это оно, действуя ниже челове­ческого рассудка, делает из человека то, что он, собственно, есть в своей земной жизни. И сейчас эти лунные существа связаны с нашим прошлым через то, что они, сообразно на­шим предыдущим земным жизням, запечатлевают в нас в на­шем предземном бытии, благодаря чему мы можем выступать в нашем земном существовании в качестве определенного человека.

9