Дорнах, 3 августа 1924 г.

Из предыдущих лекций вы, пожалуй, могли усмотреть, что души, которые из глубин своего подсознания чувствуют стрем­ление к антропософскому движению, несут это в себе благо­даря их особенному отношению к силам Михаила. Поэтому мы рассмотрели деятельность этих сил Михаила на протя­жении столетий, чтобы понять, какое влияние могли иметь эти импульсы Михаила на жизнь тех людей, которые нахо­дятся во взаимоотношении с этими импульсами.

1

Импульсы Михаила глубоко и интенсивно проникают во все существо человека (и это имеет большое значение для кармы каждого отдельного антропософа). Из предшество­вавших описании вы знаете, что правлению Михаила (если мы будем это так называть), которое для земной жизни нача­лось в конце 70-х годов XIX столетия, предшествовало прав­ление Габриэля. И я уже разъяснял вам, что это правление Габриэля связано с силами, которые действуют через физи­ческое воспроизведение себе подобных, — с силами, которые связаны с физической наследственностью.

2

Этому прямо противоположны силы Михаила. При прав­лении Габриэля дело обстоит так, что его импульсы сильно проникают в физическую телесность человека и действуют в ней. Михаил же активно действует в духовном существе человека. Это вы можете заключить уже из того факта, что Михаил есть правитель космического разума. Но импульсы Михаила сильны, могучи, и они, исходя их духовного, прони­кают всего человека: они действуют в духовном, оттуда — в душевном, а оттуда — в телесном существе человека. И в кармических закономерностях всегда действуют эти сверх­чувственные силы: существа высших иерархий действуют с человеком, при участии человека. Вследствие этого выраба­тывается, формируется карма. Таким образом, силы Михаи­ла, вследствие того, что они действуют на всего человека в Целом, суть такие силы, которые, в первую очередь, особенно активно вмешиваются в карму человека. Гаврииловы силы очень мало — не то, чтобы совсем нет, но очень мало — вмешиваются в собственную карму человека. Михайловы силы проникают в карму человека и активно действуют в ней.

3

Поэтому, если некоторые люди (а это, в сущности, все вы, мои дорогие друзья) в особенном смысле связаны с этим Михайловым течением, то карма этих конкретных людей, собственно, может быть понята только тогда, когда она мыс­лится в связи с этим Михайловым течением. А наблюдая Михаила как духа, который находится в особой связи с Сол­нцем и всеми солнечными импульсами, еще больше уясня­ешь себе то, какое чрезвычайно глубокое значение имеют Михайловы импульсы как раз для тех людей, которые осо­бым образом им подвержены: вплоть до их физической орга­низации действует в них это духовное. И больше, чем в иных случаях, физические явления при состояниях здоровья и болезни у михаэлических людей (мы их так обозначим) надо связывать с их кармой в более высоком смысле, чем у Гаврииловых людей или людей Рафаиловых и так далее. Хотя Рафаэль также является тем духом, который внутренне свя­зан с искусством исцеления, тем не менее — вещи сложно переплетены во Вселенной, — Михаил есть тот дух, который ближайшим образом приносит человеку его карму также в отношении болезни и здоровья.

4

Это связано опять-таки с тем, что Михайловы силы во всем действуют так, что они действуют не только космополи­тически, но еще вырывают человека из тесных земных взаи­мозависимостей и возносят его на такую духовную высоту, где он меньше чувствует эти земные взаимозависимости, чем другие люди. Но он по крайней мере предназначен к этому благодаря своей карме. Ибо сама принадлежность к Михай­лову течению уже оказывает глубокое действие на карму каждого человека.

5

Видите ли, в последней трети XIX столетия дело обстояло так, что люди — не психопаты, но восприимчивые духовно и душевно — могли сильно ощущать проникновение Михай­ловых сил в окружающий мир. Это проникновение михаэ­лических сил в окружающий мир обнаруживалось у действительно Михайловых людей таким образом, что они кое-что из того, мимо чего проходит другой человек, ничего не замечая, в полной мере ощущали, как глубоко значительное и вторгающееся в жизнь.

6

Карма таких людей была образована таким образом, что, пусть и неосознанно, но тем не менее они ощущали ход бит­вы, которую я описал позавчера как битву между Михаилом и Ариманом. В нынешнюю эпоху Ариман может оказать сильное влияние на людей, лишь если их сознание извраще­но. Самое радикальное проявление этого состоит в длитель­ном ослаблении, бессилии сознания или в помрачнении со­знания. В те промежутки времени, когда человек впадает в состояние помраченного сознания, к нему могут особенно активно подступать ариманические силы. Тогда они действу­ют в нем. Он становится подверженным их влиянию. По­трясающее впечатление получаешь при ясновидческом со­зерцании пространств за кулисами сцены физически-чувствен­ного мира, простирающегося перед человеческими внешни­ми чувствами, а именно в последнюю треть XIX, — то есть незадолго до окончания Кали-Юги, — в последние годы XIX столетия. Непосредственно с этим связано то, что тогда мно­гое обнаруживается в отношении тех исторических событий, в которые вмешиваются высшие сверхчувственные существа.

7

Так вот, в эту последнюю треть XIX столетия, — а именно, в его последнее десятилетие, — лишь тонкой завесой было скрыто то, что есть правление Михаила, его битва, вся взаимо­связь фактов, относящихся к Михаилу. С тех пор дело обсто­ит таким образом, что Михаил принимает участие в борьбе, происходящей во внешнем мире. При этом требуется гораздо более сильная способность, чтобы ясновидчески узреть то, что тут совершается сверхчувственно, чем это имело место перед окончанием Кали-Юги, то есть еще в предыдущем столетии, когда — как было сказано — ближайший сверхчувственный мир был сокрыт тонкой завесой и Михаил еще вел битву главным образом за сценой мира внешних чувств. Однако задача Михаила состоит в том, чтобы его правление проника­ло в этот мир. Михаил — могучий дух, и ему могут понадо­биться только мужественные, внутренне мужественные люди.

8

И во всех этих взаимоотношениях, которые я описал вам, в сверхчувственной школе обучения XV, XVI, XVII столетий и в сверхчувственном культе в начале XIX столетия, в среду духов, которые тогда принимали в этом участие, проникали и играли там свою роль многочисленные сонмы люциферических фигур, необходимых для этих взаимоотношений в целом. Михаил нуждался в люциферических фигурах, кото­рые действовали вместе с ним, чтобы преодолеть Аримана как полярную противоположность. Так что михаэлические люди также были уже вовлечены — тут, может быть, нельзя сказать: в битву, — в водоворот для удержания активного равновесия между люциферическими и ариманическими импульсами. Эти вещи отчетливо обнаруживаются именно к концу XIX столетия. Тогда не так уж редко можно было проникнуть взором через упомянутую тонкую завесу. Тогда можно было узреть, какую упорную битву ведет Михаил против Аримана и как легко людям вследствие всевозмож­ных люциферических влияний получить деформацию созна­ния.

9

Вы, может быть, скажете: деформации сознания, ослабле­ния сознания не являются ведь чем-то уж столь необычным. Конечно, при внешнем рассмотрении они вовсе не являются необычными. Но они становятся чем-то значительным из-за последствий этой деформации или помрачения сознания. Тут я хотел бы привести один пример.

10

Однажды некоему лицу потребовалось поближе познако­миться с одной личностью из времен Ренессанса и Реформа­ции. Ему надо было заняться в плане истории определенной личностью из времен Ренессанса и Реформации. Итак, пой­мите меня правильно: существовали все предварительные условия для того, чтобы некий человек — это было в конце девяностых годов прошлого столетия — мог на историчес­ком пути познакомиться с одной личностью из времен Ре­нессанса и Реформации. Невероятно, если бы после всей пред­шествовавшей подготовки знакомство этого человека с той личностью произошло бы не совсем, так сказать, педантичес­ки-филистерским путем. Но вот смотрите: в результате тон­чайших отношений кармы этот человек как раз в то время, когда он должен был это пережить, утратил способность пользоваться своим сознанием. Он впал в некий род сна, из которого не мог пробудиться. Тем самым он был удержан от своего намерения.

11

Такие вещи наблюдаются в обыкновенной жизни, конеч­но, не очень часто. Но именно через эти вещи можно непос­редственно из земного мира проникнуть взором в мир ду­ховный. И если хотят дать объяснение этому факту, то надо сказать следующее: этот человек, который должен был по­знакомиться с некоей личностью из времен Ренессанса и Реформации, несомненно, получил бы чрезвычайно сильное впечатление, если бы проделал то, о чем я рассказываю. Он не проделал этого, он это миновал. Но зато этот человек в то время получил преобразованным то, что он получил бы как личное впечатление, — преобразованным в особенно силь­ную восприимчивость по отношению к Михайлову элемен­ту. Он получил именно понимание — хотя и бессознатель­ное — в отношении Михайлова элемента.

12

Я привожу этот несколько парадоксальный пример, что­бы показать, на каких путях подступает к людям Михаилов элемент. И таких примеров можно было бы привести много. Сегодня люди были бы совсем иными, если бы со многими не происходили такие вещи. Ведь эти вещи могут происходить сотней различных способов. В том случае, о котором я рас­сказал вам, дело было так, что данный человек впал в некий род сна. В других же случаях событие, которое отстраня­лось Михаилом от человека, не осуществлялось потому, что этому препятствовал друг или кто-либо другой, который куда-то уводил этого человека. Сознание этого последнего стано­вилось приглушенным в самом натуральном, самом филис­терском смысле, что препятствовало ему сделать то, что ему кармически поначалу было предназначено. Самые резкие вмешательства в ровный, поступательный процесс действия кармы происходили именно в эти годы.

13

И тут, как правило, становится очевидным, насколько глу­боко проникали тогда Михайловы влияния. Во многих слу­чаях обнаруживается, что такие люди были затронуты, под­верглись влиянию не только душевно, но и вплоть до телесности, получив такой толчок в ходе их кармы вследствие того, что Михаил через врата человеческого сознания всту­пил в земной мир внешних чувств.

14

Это в высшей степени интересно — видеть, как в 90-х годах XIX столетия люди оказываются вовлеченными в та­кие события, которые являются не чем иным, как путями Михаила из мира духовного в мир физический. Подумайте: то, что в последней трети XIX столетия имело место как вступ­ление Михаила в физический мир, подготовлялось в духов­ном мире издавна, уже с начала 40-х годов XIX столетия. Я бы хотел сказать: Михаил и его окружение все ближе и бли­же подступали к физическому миру, и все больше обнару­живалось, что одновременно стали спускаться в этот мир люди, которые в их земной судьбе были связаны с тем, чем является Михайлова задача, а именно: здесь, на Земле, снова перенять в свое распоряжение разум после того, как он в сверхчувственном мире ускользнул от Михайловых ратей.

15

Во все это (вы уже знаете об этом из моих прежних опи­саний) включено, в конце концов, антропософское движе­ние. Ибо оно ведь связано с этим Михайловым течением в целом, как явствует из моего предшествующего изложения.

16