Дорнах, 28 июля 1924 г.

Эта лекция, как вы и предполагаете, является продолже­нием тех рассмотрений, которые были здесь предприняты относительно внутреннего процесса развития в карме антро­пософского общества. Мы проследили те события в физи­ческом и сверхфизическом мире, которые лежат в основе того, что в данный момент хочет возвестить о себе миру ант­ропософия. Вы ведь знаете, мои дорогие друзья, что именно в последнем истекшем столетии мы можем выделить две важ­ные зарубки на пути развития человечества. Одной заруб­кой является то, на что я часто обращал внимание: истечение срока так называемого мрачного периода с концом XIX сто­летия и началом XX столетия. После мрачного периода на­чался светлый период. Вы знаете, что этот мрачный период влит в тот человеческий душевный строй, который закрывал духовные очи человека на сверхчувственный мир. Вы знаете, что в древние времена развития человечества общее состоя­ние людей было таким, что они, хотя и сновидчески, а также отчасти инстинктивно, но все же взирали в духовный мир. В древние времена развития человечества сомневаться в ре­альности духовного мира было совсем невозможно. Однако если бы это состояние существовало дальше, если бы челове­чество продолжало жить в этом инстинктивном проникнове­нии ясновидческим взором в духовный мир, то в ходе разви­тия человечества не взошло бы то, что можно назвать разу­мом отдельного человека, овладением рассудком, — разумом, действующим через индивидуального человека, через отдель­ного человека. А с этим ведь связано то, что ведет человека к свободе его воли. Одно немыслимо без другого.

1

В том смутном, инстинктивном переживании духовного мира, каким оно некогда было, человек не мог достигнуть свободы. Он не мог достигнуть и того самостоятельного мышления, которое можно назвать разумом отдельного че­ловеческого индивидуума.

2

Двоякое должно было прийти однажды: свободное лич­ное употребление разума и свобода человеческой воли. По­этому первоначальное инстинктивное проникновение ясно­видческим взором в духовный мир должно было затмиться для человеческого сознания. Все это совершилось — если для каждого отдельного человека не с полной ясностью, то тем не менее совершилось для человечества в целом. Так что с окончанием XIX столетия истек срок того мрачного пери­ода, который сокрыл во мраке духовный мир, но зато открыл употребление человеком разума и свободной воли. Мы всту­паем в период, когда к человеку снова должен подступить реальный духовный мир на тех путях, на каких это возмож­но.

3

Конечно, можно сказать: этот период начался не очень-то светлым образом. Дело обстоит так, как если бы первые де­сятилетия XX столетия принесли человечеству все худшее, что этому человечеству когда-либо довелось пережить в ходе истории. Однако это опять-таки не препятствует тому, что для развития человечества в общем наступила возможность проникнуть в свет духовной жизни. И дело обстоит так, что люди просто, я бы сказал, из-за своей косности продолжают придерживаться обыкновений мрачного периода и тем са­мым вносят их в XX столетие; они тут (ибо это столетие могло бы стать светлым в отношении истины) выглядят хуже, чем выглядели прежде, когда они были оправданы в мрач­ный период Кали-Юги.

4

Вы знаете ведь также и то, что этот поворот всего челове­чества к светлому периоду был подготовлен тем, что с конца 70-х годов XIX столетия началось время правления Михаи­ла. Поставим однажды перед душой вопрос: что же означает начало эпохи правления Михаила с последней трети XIX столетия?

5

Мы должны уяснить себе, что подобно тому, как в физи­чески-чувственном мире нас окружают три царства внешней природы — минеральное царство, растительное царство, жи­вотное царство, — так в духовном мире нас окружают выс­шие царства, которые мы уже обозначили как царства иерар­хий. Подобно тому, как, спускаясь от человека в царства природы, мы приходим прежде всего к животному царству, так, поднимаясь в сверхчувственный мир, мы приходим к царству Ангелов. Ангелы имеют своей задачей вести отдель­ных людей, охранять их, когда эти люди идут от одной зем­ной жизни к другой. Таким образом, задача духовного мира в отношении отдельных людей возложена на существ из цар­ства Ангелов.

6

Поднимемся затем выше — в царство Архангелов. Ар­хангелы имеют самые различные задачи. Одна из этих за­дач — руководить в отношении людей основными тенден­циями следующих друг за другом малых эпох. Так, в тече­ние приблизительно трех столетий, вплоть до конца 70-х годов прошлого столетия, господствующую эпоху можно назвать правлением Габриэля. Это правление Габриэля для тех лиц, которые производят наблюдения не поверхностно (как это стало привычным), но проникая в глубины развития челове­чества, выражалось в том, что для человечества импульсы были вложены в те силы, которые можно назвать силами наследственности. Силы физической наследственности, дей­ствующие в ряду человеческих поколений, никогда не были столь важными, как в последние три столетия перед после­дней третью XIX века.

7

Это выразилось в том, что именно проблема наследствен­ности стала настоятельной проблемой XIX столетия: челове­чество ощутило, как душевные и духовные свойства челове­ка зависят от наследственности. В конце концов научились ощущать это именно как некий закон природы в течение XVI, XVII и XVIII столетий и большей части XIX.

8

В это время люди вносили в свое духовное развитие те свойства, которые они унаследовали от своих родителей и их предков. В это время стали особенно важными все те свойства, которые связаны с физическим воспроизведением человеческого рода. Опять-таки, внешним признаком этого является возрастание интереса к вопросу размножения, к сексуальным проблемам вообще. В упомянутые столетия важнейшие духовные импульсы приходили к человечеству таким образом, что они стремились осуществиться через физическую наследственность.

9

В полной противоположности к этому стоит эпоха, в ко­торой правит и руководит человечеством Михаил и которая началась с конца 70-х годов прошлого столетия. В этой эпо­хе находимся мы, и ее импульсы связаны с тем, что мы также учимся понимать светлый период, начинающийся в XX сто­летии. Эти два потока импульсов действуют один внутри другого. Сегодня мы хотим направить взор прежде всего на то, что является особенностью одной из Михайловых эпох. Я говорю — одной из Михайловых эпох, ибо, видите ли, с этим правлением и руководством, о котором я только что сказал, дело обстоит так, что приблизительно на протяжении каж­дых трех столетий одно из существ царства Архангелов об­ладает духовным водительством развития человечества в тех регионах, где цивилизация развертывается особенным обра­зом.

10

Как сказано, Габриэль имел водительство в XVI, XVII, XVIII, XIX столетиях. А теперь он сменен Михаилом. Есть семь Архангелов, которые осуществляют водительство чело­вечества так, что отдельные водительства Архангелов цик­лически повторяются. Вследствие того, что мы живем в эпо­ху Михаила, у нас всех есть повод вспомнить о предыдущей Михайловой эпохе, бывшей в череде эпох архангельского водительства человечеством. Эта Михайлова эпоха протека­ла еще до основания христианства, еще до Мистерии Голго­фы, и закончилась в древности вместе с походами Александ­ра Великого, с основанием философии Аристотеля.

11

Если мы проследим все то, что в течение приблизительно трех столетий вплоть до времени Александра Великого и Аристотеля, совершилось в древней Греции и в окружающих Грецию странах, то мы получим представление о тогдашней эпохе Михаила. Такая Михайлова эпоха характеризуется самыми различными особенностями и отношениями, но в особенности тем, что в такую эпоху Михаила духовные ин­тересы человечества — каждый раз сообразно тому особен­ному предрасположению, какое имеет данная эпоха, — зада­ют тон. При этом в такую эпоху отличительной чертой мира является космополитизм, интернационализм. Национальные различия упраздняются. Именно в эпоху Габриэля внутри европейской цивилизации и ее американского придатка ок­репли национальные импульсы.

12

В нашу эпоху Михаила, в ходе трехсотлетнего развития, они будут полностью преодолены. В каждую эпоху Михаи­ла дело обстоит так, что, как всеобщая отличительная черта, через человечество проходит общечеловеческая установка, противостоящая частным интересам отдельных наций или человеческих групп. Во время Михайлова правления на Земле перед Мистерией Голгофы это проявлялось в том, что из тех отношений, которые образовались в Греции, возникла могучая тенденция, которая привела к походам Александра Великого, при которых греческая культура и цивилизация была гениальным образом распространена в Азии вплоть до Африки, — и притом через те народности, которые до того придерживались совсем иного. Все это колоссальное деяние нашло свое завершение в том, что было основано в Алексан­дрии: в космополитическом движении, которое стремилось дать всему тогдашнему цивилизованному миру те духовные силы, которые были сконцентрированы в Греции.

13

Это происходило в те времена и происходит теперь под влиянием импульса Михаила. И те существа, которые уча­ствовали в этих земных деяниях и служили Михаилу, во время Мистерии Голгофы не находились на Земле. Все те существа, которые принадлежали сфере Михаила — челове­ческие души, которые после истечения срока Михайловой эпохи были восхищены смертью в духовный мир, или раз-воплощенные человеческие души, или же такие существа, которые никогда не воплощались на Земле, — все они были связаны между собой общей жизнью в сверхчувственном мире в то время, когда на Земле совершалась Мистерия Голгофы.

14

Надо только вполне конкретно представить себе то, что тогда, собственно, происходило на уровне души. Если из­брать земной аспект, тогда можно сказать: «Земное челове­чество пришло тогда к определенному пункту земного раз­вития. Высокий Солнечный Дух — Христос — пришел на Землю и воплотился в человеке Иисусе из Назарета. Жите­ли Земли имеют переживание, что к ним пришел высокий Солнечный Дух — Христос. Они мало знают из того, что могло бы побудить их надлежащим образом оценить это событие».

15

И тем более могут оценить то, что это значит для них, те развоплощенные души, которые, находясь вокруг Михаила, живут в сверхчувственных мирах — в сфере Солнца. То, что тогда совершалось для мира, они переживали с Солнца. И они переживали, как Христос, который до того действовал внутри сферы Солнца (так что Он был достижим тогда только в мистериях, когда посвященные возносились в сферу Солн­ца), расстался с Солнцем, чтобы соединиться с земным чело­вечеством на Земле.

16

Это было могучим, поразительным переживанием как раз для тех существ, которые принадлежали к сообществу Ми­хаила, ибо это сообщество Михаила имело особую связь с космической судьбой, исходящей от Солнца. Они должны были расстаться с Христом, который до того имел Своим местом обитания Солнце, а теперь должен был сменить его на Землю. Это — другой аспект.

17