А теперь вспомните о том, как я рассказывал, что кар­мой человека занимаются те существа, которые некогда были великими первоучителями человечества, которые принесли человечеству великую изначальную мудрость, которые жили на Земле не в физическом, а в эфирном теле и которые в определенный момент удалились с Зем­ли и ныне обитают на Луне, почему мы и встречаем их в начале времени, когда мы начинаем странствие между смер­тью и новым рождением. Это существа, которые глубоко в мировом эфире правильным душевно-духовным шрифтом вписывают то, что является человеческой кармой.

24

Но во Вселенной существует, так сказать, некий заго­вор, который состоит в том, что используется не только то, что сегодня сопутствует Земле на нормальной Луне, но также и то, что как лунное осталось в Земле и может создавать тут беспорядок. Это используется ариманическими силами. Отсюда ариманические силы могут влиять на человеческие нити жизни. И можно видеть, как эти арима­нические силы вылезают из недр Земли во время таких природных катастроф с лицами, сияющими от злорадства.

25

Отсюда можно увидеть с помощью науки посвящения, что человек, гибнущий в такой катастрофе, проходит к тому моменту, когда его нить жизни внезапно обрывается, только часть своего кармического пути. Еще должен был бы остаться какой-то кусок жизни — больший или мень­ший, в зависимости от возраста вырываемого из жизни человека, и могло бы быть так, что нить жизни, вся жизнь человека с ее событиями развивалась бы дальше, — и вот в физическую организацию человека внезапно врывается то, что должно было произойти в оставшееся время и как бы происходит за одно мгновение.

26

Подумайте, мои дорогие друзья, что здесь, собственно, имеет место. Допустим, человек попал в такую катастро­фу в возрасте 30 лет. Не попади он в эту катастрофу, он жил бы, согласно своей карме, допустим, до 65 лет. Ему предстояла некоторая череда событий, которые он мог бы пережить. Это остается только возможностью. Однако все это заложено в его карме, в конституции его эфирного, астрального тела, в конституции его Я-организации. Что происходило бы до этих 65 лет? Наряду со строительством организма происходил бы его постоянный медленный де­монтаж, который закончился бы в 65 лет.

27

Это медленное разрушение, которое продолжалось бы 35 лет в медленном темпе, соответствующему столь долго­му периоду, совершается в одно мгновение, сжимается в одно мгновенье. Это можно приложить к физическому телу, но к эфирному, астральному телам и Я-организации этого приложить нельзя.

28

И если происходит такое событие, как я тут описал, человек вступает в духовный мир иначе, чем с отжитою кармой. Благодаря этому в духовный мир вносится нечто такое, чего в других случаях там бы не было: эфирное тело, которое могло бы еще оставаться на Земле, астраль­ное тело и Я-организация, которые могли бы еще оста­ваться на Земле, вносятся вместо этого в духовный мир. В духовный мир вносится то, что было предназначено для земного. И таким образом, от каждой подобной стихий­ной катастрофы вносится в духовный мир земная стихия, земной элемент. Таким образом, люди, которые отклоняются ариманическими силами от своей кармы, входят в таком состоянии в духовный мир.

29

Теперь мы должны задать себе один вопрос, который проистекает из того, мои дорогие друзья, что мы должны учиться, если мы принимаем духовную науку всерьез, так вопрошать духовный мир и духовных существ в нем, как с обычным сознанием мы вопрошаем физический земной мир и существ этого мира. Отсюда возникает вопрос: как существа трех иерархий относятся к тому, что к ним под­нимаются люди, вносящие таким образом земное в духовный мир?

30

И вот, для этих существ возникает задача: вновь ввести в мировой порядок все то, что на первый взгляд обрати­лось ко злу, обратилось против мирового порядка. И Боги должны теперь считаться с тем, что уже налицо, чтобы претворить ариманическое злое в высшее добро. Мы при­ходим тогда к представлению о том, каким образом в миро­вом порядке, к тем или иным вещам в особенности, пред­назначены те люди, которые именно так входят в духовный мир, пройдя через врата смерти. Тогда перед духовными существами высших иерархий открывается следующее.

31

Эти существа говорят себе: там был человек в своей прошлой инкарнации. Этой инкарнацией и тем, что ей предшествовало во всей жизни человека, был подготов­лен определенный мир фактов, мир пережитого в тепе­решней инкарнации. Из того, что там было подготовле­но, некое свое выражение имеет только первая часть, а вторая — нет. Отсюда мы имеем такую часть человечес­кой жизни, которая должна была бы кармически соот­ветствовать этому течению жизни (рисунок отсутству­ет), но на самом деле не соответствует, и здесь мы имеем только один кусок. Этот кусок каким-то образом соответ­ствует прежней земной жизни, но не всей прежней зем­ной жизни.

32

Тогда Боги взирают на эту прежнюю земную жизнь и говорят: это нечто такое, что не испытало на себе послед­ствий, которые оно должно было испытать. Это неиспользованные причины. И эти неиспользованные причи­ны теперь могут браться Богами и преподноситься челове­ку, тем самым внутренне душевно усиливая его для следу­ющей земной жизни. Так что власть того, что было при­чиной в предыдущей инкарнации, с еще большей мощью прорывается в человеке в следующей инкарнации. Тогда человек приступает в следующей инкарнации к компенса­ции кармы с иными способностями, чем если бы он не погиб в результате такой катастрофы. Тогда он мог бы инкарнироваться с меньшими способностями или со спо­собностями, ориентированными совсем на другое. Но у него проявляются и особенные свойства, ибо его астраль­ное тело в некотором роде плотнее, ведь в него включены неиспользованные причины.

33

Можно ли удивляться, мои дорогие друзья, что суще­ствует легенда о философе ⁷⁶, который сам бросился в кратер вулкана? Что может послужить причиной подоб­ного решения у человека, посвященного в мировые тай­ны? Причина здесь такова, что самою человеческой волей достигается то, что иначе может произойти только путем стихийного бедствия: внезапное устранение того, что дол­жно было устраниться постепенно. И то, что рассказыва­ют о том философе, могло быть связано с намерением явиться в мире в следующей инкарнации с особенными способностями. Мир обретет иной облик, если мы подоб­ным образом будем входить в глубокие вопросы кармы.

⁷⁶ "Легенда о философе" —речь идет об Эмпедокле из Агригента (VI — V вв. до Р.Х.), который, согласно леген­де, бросился в кратер вулкана Этна. См. драму Фридри­ха Гёльдерлина "Смерть Эмпедокла" (рус. пер. Я. Голосовкера в книге "Г. Якубанис. Эмпедокл. Ф.Гёльдерлин. Смерть Эмпедокла". Киев.1994).

34

Теперь мы видим, как в принципе обстоит дело с таки­ми стихийными катастрофами. Но взглянем и на нечто другое. Посмотрим на то, как в катастрофе, связанной с цивилизацией, ариманические существа собирают в одну кучу людей, которые были не слишком сильно кармичес­ки связаны, чтобы те нашли смерть вместе.

35

Этот случай носит совсем иной характер. Правда, и здесь действуют ариманические силы, но они имеют дело с людьми, которые поначалу не были объединены в груп­пы кармическими понятиями, но которые, однако, имен­но поэтому вновь сводятся вместе. И тут проявляется нечто такое, что существенно отличается от положения дел при природных катастрофах.

36

Природная катастрофа вызывает у людей, попадающих в нее, обостренное воспоминание обо всем том, что содер­жится в их карме как причина. Ибо, если человек прохо­дит врата смерти, то он припоминает обо всем, что содер­жится в его карме. Усиленное, ясное воспоминание про­исходит в человеческой душе по причине природной ката­строфы, в которой погибает человек.

37

Железнодорожная катастрофа, вообще любая катастро­фа, связанная с цивилизацией, напротив, вызывает забве­ние кармы. Но благодаря такому забвению кармы, появ­ляется повышенная чувствительность к новым впечатле­ниям, которые человек получает после смерти из духов­ного мира. И вследствие этого такой человек должен спра­шивать себя: как обстоит дело с находящейся во мне неиспользованной кармой?

38

И в то время как вследствие природной катастрофы у человека уплотняются в астральном теле интеллектуаль­ные способности, вследствие культурных катастроф уп­лотняются и усиливаются волевые качества человека. Так действует карма.

39

Оставим теперь эти катастрофы и посмотрим на то, с каким фанатизмом развиваются эмоции у группы людей, когда, как я уже говорил, действует только то, что исхо­дит из человека, когда человек живет целиком в ирреаль­ном и к тому же еще действует как разрушитель. Посмот­рим на такую фантастически искаженную картину циви­лизации, которую современный европейский Восток яв­ляет Западу Европы, и посмотрим, что происходит, когда люди, находящиеся в таких взаимосвязях, проходят через врата смерти.

40

В этом случае также нечто привносится в духовный мир, как и при других катастрофах. Но привносится здесь нечто люциферическое. Привносится то, что несет духов­ному миру мрак и опустошение. Ибо при всех катастро­фах, связанных с природой или с культурой, от земного мира в духовный восходит свет. А от заблуждений циви­лизации в духовный мир поднимается тьма. Через врата смерти в духовный мир восходят люди, окруженные как бы тяжелой темной тучей, через которую лежит их путь. Ибо свет, который насадил в эмоциях людей на Земле Люцифер, действует как плотный мрак в духовном мире, когда в этот мир вступает через врата смерти человек. И в духовном мире оказываются те силы, которые входят в этот духовный мир некоторым образом из души человека. Страсти, которые должны были бы действовать только в самом человеке, вносятся в духовный мир, рассеваются в духовном мире.

41

Это, в свою очередь, такие силы, которые в духовном мире преобразуются властью Аримана для того, чтобы они могли использовать лунное развитие, которое еще имеет­ся в Земле. Здесь Люцифер действительно подает руку Ариману.

42

То, что вносится в духовный мир благодаря простым эмоциональным культурным импульсам, но возникает на самом деле только из заблудшего земного сознания, как раз и преобразуется в то, что в землетрясениях, изверже­ниях вулканов и т.п. возносится из недр Земли ввысь. И из таких предпосылок мы учимся ставить вопрос о карме Земли, карме народов и тем самым также об индивидуаль­ной карме, поскольку эта индивидуальная человеческая карма связана с кармой народов, с кармой Земли. Мы учимся ставить вопрос таким образом, что мы ищем при­чины в люциферических влияниях в какой-нибудь об­ласти Земли, где старая культура варварски разрушена человеческими эмоциями, где дикие инстинкты хотят тво­рить некое фантастическое новое, но на деле могут только разрушать. И мы должны задаваться вопросом: где на Земле, сотрясая почву и извергая огонь, выйдет когда-то наружу то, что теперь кипит в диких страстях людей?

43

Наука посвящения, созерцая некое стихийное явление, может и должна ставить вопрос: когда было подготовлено такое явление? — В кошмарах и мерзостях войн и вообще во всех мерзостях, которые имели место в развитии чело­веческой цивилизации! Ибо так взаимосвязаны вещи. Эти вещи происходят на заднем плане бытия. Перед таким рассмотрением вещи не остаются разрозненными. Напро­тив, все события являются в великой мировой взаимосвя­зи. Но как они вплетаются в отдельные человеческие судь­бы? — Мои дорогие друзья, там ведь действуют Боги, связанные с развитием человечества. Их задача, как уже было сказано, — постоянно претворять в полезное, в не­обходимое для человеческой судьбы все то, что таким образом происходит.

44

Во взаимосвязях земного мира должно постоянно про­исходить нечто подобное, чтобы спасать человеческие судь­бы от люциферовых крыл и аримановых когтей, потому что Боги добры. И вся та несправедливость, которую тво­рят за кулисами бытия Люцифер или Ариман, все это, мои дорогие друзья, возвращается добрыми Богами на путь справедливости, и в конце концов кармическая взаимо­связь становится благой и справедливой.

45

И наш взор, который, конечно, должен быть исполнен понимания кармы человека, теперь обращается все же от человеческой судьбы к судьбе Богов. Ибо, когда мы про­слеживаем взаимосвязь кошмаров, преступлений и мерзос­тей войны со стихийными катастрофами, уносящими чело­веческие жизни, мы видим борьбу добрых Богов со злыми богами, находящимися с двух сторон. И тогда мы смотрим за пределы человеческой жизни в божественную жизнь и видим божественную жизнь на заднем плане человеческой жизни. И мы видим ее не с помощью выхолощенных тео­ретических воззрений, а — сердцем и участием, мы видим божественную жизнь так, что мы можем рассматривать ее, в свою очередь, во взаимосвязи с тем, что происходит в индивидуальной карме человека на Земле, ибо мы видим, как связана человеческая судьба с судьбой божественной.

46

Но затем, если мы взираем на такие вещи, мир, лежа­щий позади человека, оказывается в непосредственной близости к нам. Ибо тогда нам является нечто такое, что можно рассматривать только с самым что ни на есть глу­бочайшим участием. Тогда оказывается, что человеческая судьба лежит как бы в лоне божественной судьбы, что Боги как бы взалкали к тому, что они должны предпри­нять с людьми в ходе своей собственной борьбы. И когда мы приближаемся к таким представлениям, мы вновь воз­вращаемся к тому, что уже в древние ясновидческие вре­мена вошло в мир через мистерии.

47

Кто был посвящен в древние мистерии, тот первона­чально входил в мир стихий, элементов; он видел там, как его внутреннее, но в своем моральном качестве, посте­пенно выходило наружу. Но затем он знакомился с "ниж­ними и верхними Богами" — это были важные, значи­тельные слова для посвященного в мистерии, — т.е. и с ариманическими и люциферическими Богами. Добрые Боги шествуют в состоянии равновесия. И по мере того как ученик древних мистерий знакомился с тем, что надлежит знать каждому вновь посвящаемому, он как раз и прони­кал постепенно в глубины бытия. Ибо, когда прозревают эту взаимосвязь, приходят к замечательному воззрению, которое оживляет и просвещает мир: к чему это обилие несчастий в мире? — Чтобы Боги могли делать из этого счастье! Ибо простое счастье не ведет в глубь мирового бытия. В глубины мира ведет лишь то счастье, которое всходит из несчастья при прохождении человека через чувственный мир.

48

Всюду, где речь идет о рассмотрении кармы, мы должны не просто апеллировать к теоретическим понятиям — мы должны обращаться ко всему человеку. Ибо нельзя по­знать карму без участия в этом познании сердца, всей души и воли человека. Если познание кармы происходит пра­вильным образом, то углубляется и эта человеческая жизнь. И только тогда принимаются по-настоящему, всерьез жиз­ненные отношения, соединяющие людей кармически.

49

Правда, у людей неповерхностных должны быть такие мгновения, когда карма может тяжело давить на человека. Но эти мгновения компенсируются другими, когда карма дает ему крылья, так что он может воспарять из земного царства в божественное. И мы должны чувствовать глубо­ко в своей душе связь божественного мира с миром чело­веческим, если мы хотим говорить о карме в истинном смысле слова.

50

Ибо то, что есть в нас и вокруг нас здесь, на Земле, в одной земной жизни, это в значительной мере то, что исчезает на пути между смертью и новым рождением. Но в том, что остается, нам протягивают руку Боги, т.е. суще­ства высших иерархий. И никто не разовьет правильного душевного настроения в познании кармы, если не будет рассматривать познание кармы как руку помощи, протя­нутую Богами.

51

Поэтому попытайтесь, мои дорогие друзья, восприни­мать познание кармы так, чтобы оно вызывало у вас такое чувство: когда я приближаюсь при этом к священной ду­ховной почве, где для меня может проясниться нечто, относящееся к карме, я должен ухватиться за руку Богов.

52

Столь реальными должны стать ощущения, если мы хотим проникнуться действительным познанием духовно­го мира, а познание кармы и является таковым.

53