16 февраля 1924 года

Я хотел бы сейчас начать говорить вам о тех условиях и законах человеческой судьбы, которую принято называть кармой. Но понять эту карму, разобраться в ней можно только, научившись сначала познанию различных видов космической закономерности. И поэтому я хотел бы се­годня — ибо это необходимо — рассказать вам, пожалуй, в несколько абстрактной форме о различных родах косми­ческой закономерности, чтобы затем выявить ту особенную форму, которую можно назвать человеческой судьбой — кармой.

1

Когда мы хотим постичь явления мира и когда мы хо­тим охватить взором явления человеческой жизни, мы обыкновенно говорим о причинах и следствиях. При этом сейчас принято, особенно в области науки, говорить о причинах и следствиях лишь в самых общих чертах. Од­нако как раз поэтому и приходится сталкиваться с весьма большими трудностями при постижении истинной дей­ствительности. Ибо тогда не придают значение тем раз­личным видам, в каких причины и следствия выступают в мире.

2

Прежде всего обратимся к так называемой безжизнен­ной природе, которая наиболее отчетливо выступает пе­ред нами в минеральном царстве — во всем том, что выступает перед нами в горных породах, в их часто удиви­тельных образованиях, но также и во всем том, что, мож­но сказать, распалось в порошок, а затем снова спеклось в бесформенных породах.

3

Когда мы наблюдаем исключительно безжизненное, мы обнаруживаем те причины, о которых может идти речь в Царстве безжизненного, внутри его самого. Там, где безжизненное есть следствие чего-то, мы можем искать и причины в том же самом царстве безжизненного, и когда так поступают, это вполне оправдано с познавательной точки зрения.

4

Если вы, например, имеете перед собой прекрасно сфор­мированный кристалл, то вы должны искать причины формы этого кристалла в самом царстве безжизненного. Таким образом царство безжизненного обнаруживает себя как нечто, в самом себе завершенное. Мы не можем пока говорить о том, где находятся границы этого безжизнен­ного. Порой они могут быть очень далеко от нас — в далях космоса. Но если нечто безжизненное находится прямо перед нами, и речь идет о следствиях, а надо отыс­кать причины, эти причины мы будем искать опять-таки внутри самого царства безжизненного.

5

Однако тем самым мы предполагаем, помимо безжиз­ненного, еще и нечто иное, и в результате нам открыва­ется известная перспектива. Посмотрим на самого чело­века, посмотрим на него в тот момент, когда он проходит через врата смерти. Все то, что жило и действовало в нем прежде, чем он прошел через врата смерти, исчезло из той чувственно воспринимаемой формы, которая ос­тается после того, как душа человека перешагнула через порог смерти. И мы говорим об этой оставшейся форме: она безжизненна. И точно так, как мы говорим о безжиз­ненном, когда мы взираем на какую-либо каменную по­роду с ее кристаллическими образованиями, должны мы говорить о безжизненном, когда мы взираем на покину­тый душой, покинутый духом труп человека. Теперь с человеческим трупом происходит совершенно то же са­мое, что наблюдалось и прежде во всей остальной без­жизненной природе.

6

Однако пока душа не прошла через врата смерти, для того, что происходит в человеческом теле как следствия, мы не можем отыскать причин в самом царстве безжиз­ненного. Не только тогда, когда, например, поднимается человеческая рука, мы тщетно искали бы причины этого поднятия руки в не относящихся к жизни физических законах человеческого тела — мы так же тщетно искали бы в имеющихся в человеке химических, физических силах причины, например, биения сердца, кровообраще­ния, то есть тех процессов, которые совершенно не под­властны воле человека.

7

Однако с того момента, как человеческое тело стало трупом, а душа человека прошла через врата смерти, мы можем наблюдать следствия этого в человеческом орга­низме. Мы видим, как изменяется цвет кожи, члены ста­новятся дряблыми, короче говоря, все то, что обычно про­исходит, когда мы взираем на труп. Где мы ищем причины всего этого? — В самом трупе, в химических, физических, в безжизненных силах самого трупа.

8

Так вот, если вы продумаете до конца, со всех сторон и по всем направлениям то, чего я только что коснулся (а тут мне надо было этого только коснуться), то вы скажете себе: после того, как душа человека прошла через врата смерти, он стал подобен миру безжизненной природы. То есть нам надлежит искать причины следствий в той самой области, где эти следствия осуществляются. Это очень важно.

9

Но если мы примем во внимание эту характерную осо­бенность человеческого трупа, тогда мы найдем еще нечто другое, что имеет исключительное значение. Видите ли, со смертью человек, в некотором смысле, сбрасывает с себя свой труп. И если мы при помощи того дара наблю­дения, который пригоден для этого, наблюдаем, что же теперь стало собственно с человеком, с духовно-душев­ным существом человека после того, как он прошел через врата смерти, тогда мы скажем: да, дело обстоит так, что труп отброшен, оставлен человеком, и отныне для этого настоящего душевно-духовного существа человека, кото­рое оказалось по ту сторону врат смерти, труп этот не имеет больше никакого значения. Он есть нечто отбро­шенное.

10

В отношении же внешней безжизненной природы дело обстоит по-иному. Это иное обнаруживается даже при поверхностном рассмотрении. Рассмотрим труп человека. Его лучше всего можно наблюдать там, где он подвергает­ся, так сказать, воздушному погребению. В подземных склепах, которые служили прежде некоторым общинам местами захоронения, находили трупы людей, к примеру, просто подвешенными: они высыхают. И это состояние высыхания заходит так далеко, что они совсем истлевают, так что достаточно едва прикоснуться к ним, чтобы они рассыпались в прах.

11

То, что как безжизненное сохранилось здесь, отличает­ся от того, что мы находим вокруг нас как безжизненную природу. Эта безжизненная природа формирует себя, об­разует кристаллические формы. Вообще мы находим ее претерпевающей замечательные изменения. Если мы от­влечемся от собственно земного элемента и посмотрим на то, что является также безжизненным — на мир воды, воздуха, то найдем, что в этом безжизненном совершают­ся подвижные изменения и метаморфозы.

12

Все же мы остановим наше внимание на сходстве по своей безжизненности человеческого, отброшенного ду­шой тела и внечеловеческой безжизненной природы.

13