Вспомним кое-что из уже приводимого здесь мной. Вспомним о том, что кругооборот года, закономерно совершающийся через весну, лето, осень и зиму, обладает духовным содержанием, что духовные свершения, сверхчувственные свершения раскрываются в том, что происходит по ходу года подобно тому, как сверхчувственная душа и сверхчувственный дух человека раскрываются в том, что происходит в телесной жизни между рождением и смертью. Подумайте о том, что во всем происходящем по ходу года внешне - в зимнем снеге, в прорастающей, распускающейся жизни весны, в цветении летом, в поспевании и созревании осенью, - во всем, что физически раскрывается перед человеком, скрыто духовное, оно является носителем всего этого. Сначала направим наш взор на то, что по ходу года происходит с весны до лета и до осени.

6

Во всем, что открывает земля - в камнях и растениях, во всех существах, - живут духовные сущности; не только всеобщая, взаимосросшаяся духовность, но и отдельные духовные сущности, духи природы. Эти духи природы во время зимы укрываются в лоне земли; всех этих природных духов земля как бы вдыхает, они находятся внутри земли. Когда приходит весна, земля как бы выдыхает свою духовность вовне и природные духи устремляются вверх. Они стремятся вверх вместе с силами, вместе с жизнью, действующей в воздухе, пронизанном светом и солнечным теплом. Когда наступает Иванов день, вершина лета, то, взглянув наверх, в вышину, мы находим там образ, раскрывающий все, что, воплощаясь в формах облаков, в молнии и громе, воплощаясь во всем том, что, как метеориты, находится вверху, раскрывающий духов природы, которые во время зимы жили в лоне земли. В течение зимы мы должны направлять наш взор вниз, к земле, должны ощущать или созерцать, как под снежным покровом скрыто работают духи природы, чтобы потом, когда зима снова превратится в весну и лето, выйти из созидающей земли наружу.

7

Если же мы направим наш взор вниз, на землю, летом, то земля как бы обеднеет в отношении природных духов. Тогда природные духи увлекаются во Вселенную. Они соединяются с формами облаков и со всем тем, что человеческий взгляд может встретить вверху. Эти природные духи находятся во всем, что я уже упоминал, они увлекаются в высоты, причем уносят с собой в очень утонченном, разряженном состоянии то, что внешне открывается в грубой безжизненной форме как сера, так называемый сульфур. В середине лета эти природные духи живут и действуют, волнообразно двигаясь в облачных образованиях и в том, что им подобно, например в сере, в сульфуре, который в крайне утонченном виде присутствует во время лета в высотах бытия земли. Так что если мы сумели бы распространить наши вкусовые ощущения в высокие сферы нашей земли во время середины лета, мы могли бы воспринять там вкус серы или запах серы, хотя и в крайне утонченной, субтильной форме. То, что там вверху развивается под действием солнечного света и тепла, подобно тому, что происходит в организме человека, когда из этого человеческого организма истекают наружу вожделения, желания, эмоции и им подобное. Тот, кто в состоянии созерцать, чувствовать эти вещи, знает, что духи природы там, вверху, в высотах, в середине лета живут в некоей стихии, которая так же связана с вожделениями, как и та жизнь вожделений, которая связана с животностью человека, внутри которой человек также сульфуризован, проникнут незначительной концентрацией серы. Мы в некотором смысле видим в середине лета над нами низшее в человеке, животность человека, видим ее как пропряденную духами природы, оживленную духами природы.

8

Познавая живущую и действующую в человеческой природе сульфуризацию, мы обозначаем ее как нечто ариманическое; внутри живет, в сущности, ариманическое. Так что можно было бы сказать: если мы обратим наш духовный взор ввысь, в высоты, в середине лета, то в космических серных вожделениях нам будет раскрываться ариманическое. Если же мы в эту целостную мировую взаимосвязь мысленно поставим и человека, тогда мы могли бы сказать: то, что является в нем низшей природой, земля зимой вбирает в себя, прикрывает это кристаллическим снегом; так земля принимает ариманическое. Когда же оно в середине лета высвобождается, тогда оно действует вовне в мировом пространстве как космические вожделения: тогда оно подчинено законам находящихся по соседству с землей планет, которые действуют на него. При этом обнаруживается, что против этой ариманической вожделейности, внедренной в космос, исходящей от человека, действует в космосе противостоящая сила. Эта противодействующая сила проявляется в тех достопримечательных образованиях, что выпадают временами из космоса на землю, - образованиях, содержащих метеоритное железо. Если взглянуть на кусок метеоритного железа, то он может служить свидетельством распространенности железа в космосе.

9

Сильные августовские звездопады, которые, так сказать, пускают в ход метеорное железо космоса, становятся внешним проявлением тех природных сил, что противодействуют силам вожделений, распространяющихся в это время в космосе. И в космическом железе, уплотнившемся до метеоритов, мы имеем стрелы, которые космос посылает против ариманических вожделений, раскрывающихся в космосе вышеописанным образом.

10

Так можем мы с пониманием и благоговением взирать на мудрое водительство космоса. Ведь мы знаем, что это животное начало необходимо человеку потому, что, только преодолевая его, он может развить те силы, которые делают его человеком в полном смысле. Человек не мог бы иметь это вожделеющее начало, эту животность, если бы она не была также частью космоса. Так что серное, сульфурное, ариманически-серообразное представляет собой один полюс во внешнем космосе, тогда как стрелы, посылаемые из космоса через пространство, чтобы преодолеть это серное сульфурическое начало, концентрируются в метеоритное железо, концентрируются в эти, я бы сказал, метеоритные снаряды космоса.

11

Но человек - это поистине микрокосм, малый мир. Все, что вовне, в великом мире, раскрывается в таких гигантских, величественных явлениях, как явления метеоритов, все это проявляется и внутри его собственного физического существа. Ведь это физическое существо есть лишь выражение, откровение его духовного существа. Так что мы носим в себе сульфурное, исходящее некоторым образом от низшего, животного начала в человеке. Мы можем сказать, что это, сульфурно-ариманическое, струится сквозь человеческий организм, возбуждает его вожделеющую природу, возбуждает его эмоции. Это мы чувствуем внутри себя, это же мы созерцаем над нами в середине лета в космическом покрывале вожделений. Но так же мы созерцаем, как в это космическое покрывало вожделений выстреливаются железные стрелы метеоритов, очищая и проявляя, составляя как бы противо-полюс этой вожделеющей животности. Ведь при этом выстреливании метеоритных стрел из космоса происходит очищение этого расположенного над нами животно-вожделеющего покрывала в середине лета.

12

Но то, что столь величественно, столь грандиозно происходит в космосе, постоянно происходит и в нас. Частицы железа в нашей крови мы сочетаем с другими веществами, и в то время как, с одной стороны, процесс сульфуризации пульсирует в нашей крови, ему в качестве противополюса противодействует внутреннее, подобное метеорному, начало - внутреннее железо, которое выполняет ту же самую функцию, что и метеоритное железо вовне в космосе. Мы вправе представлять себе отношение человека к космосу так, что вспышки метеоритов мы можем считать космическим прообразом тех повторяющихся миллионы раз внутренних метеороподобных вспышек, при которых железо нашей крови освобождает, очищает и проясняет нас от протекающего в этой же крови процесса сульфуризации.

13

Так являемся мы внутренним отображением космоса. В космосе это происходит в середине лета. Человек же, поскольку он эмансипирован от природы по отношению к срокам происходящего в природе, и эту середину лета наряду с другими временами года он как бы постоянно носит в самом себе, подобно тому, как он постоянно удерживает в памяти то, что было им пережито раньше. Вовне оно исчезает, внутри остается. То же происходит, когда человек, как микрокосм, отображает Макрокосм. Однако человек должен душевно-духовно охватить то, что он несет в своем физическом теле, должен суметь пережить это в себе: это пережить, как метеориты железа крови обстреливают сульфур крови, пережить это как свободу, как инициативу, как силу своей воли. А иначе все это останется в нем в лучшем случае на уровне животного или вегетативного процесса. Непосредственно духовно-душевное становление каждого из нас как человека состоит именно в том, что этот разыгрывающийся в нас железно-сульфурный процесс мы охватываем душевно-духовным, посылает в него душевно-духовное как импульс. Подобно тому как, изготовив инструмент, - если мы в состоянии его изготовить - мы можем делать то или иное с помощью этого инструмента, так живущий и действующий в нас железно-сульфурный процесс мы можем поставить себе на службу с помощью нашей воли, если возьмем его в руки, если как люди овладеем тем, что является внутренними процессами нашего тела.

14