Благодаря Антропософии, мы учимся не просто смотреть на физический мир и всегда лишь говорить: „В основе этого лежит духовное“. - Это дёшево. Этим мы не приобретём правильных представлений о духовном мире. Тот, кто хотел бы обойтись только философским высказыванием, мол: „В основе всего физического лежит духовное“, похож на человека в поле, которому говорят: „Смотри, вот одуванчик, вот маргаритка...“, а он отвечает: „Это мне неинтересно, это просто цветок, абстракция цветка!“ - Так ведёт себя тот, кто, только как философ, хочет повсюду признавать пантеистическое, духовное, не желая входить в конкретное, особое оформление духовного.

32

То, что даёт Антропософия, показывает нам, как в отдельных формированиях жизни повсюду живёт духовно-душевное. Мы видим, как ребёнок из ползущего, беспомощного состояния переходит к состоянию хождения. Мы предаёмся удивлению и почтению этому величественному мировому феномену и видим в нём работу Архаев, которые трудятся над тем, чтобы пережитое между смертью и новым рождением перевести в его земной вид. И мы прослеживаем, как ребёнок извлекает из себя слова, прослеживаем деятельность Архангелов и, затем, в мышлении ребёнка – работу Ангелов. Но всё это имеет также глубокое значение и свою практическую сторону. Особенно это можно видеть в наше время, сильно окрашенное материализмом. В наше материалистическое время слова не значат для людей нечто очень духовное. Постепенно слова стали использоваться, собственно, только для обозначения окружающих нас физических вещей. Это заметно. Подумайте только, как много в нашем мире людей, которые вообще больше не могут себе ничего представить, когда речь идёт о чём-то духовном, поскольку слова для них утратили своё духовное значение, поскольку слова применимы только для физических вещей. Сама речь приобрела уже для многих людей материалистический характер. Они применима только для физических вещей. И мы теперь находимся внутри цивилизации, в которой сама по себе речь становится всё материалистичнее и  материалистичнее. И к чему это ведёт?

33

Об этом мы узнаем, если правильным образом рассмотрим связь бодрствующего состояния со сном относительно речи. Днём, в бодствующем состоянии мы говорим с другими людьми. Мы заставляем воздух вибрировать. То, как вибрирует воздух, передаёт то, о чём мы хотим сообщить душевно. Но внутри человека живут побуждения, душевные импульсы (Antriebe) для этих слов. Каждому слову соответствует определённый душевный импульс, и этот импульс тем сильнее, чем более идеалистично говорит человек, чем более он осознает, что в словах содержатся также духовные значения. Если это знать, то можно точно видеть, что тут происходит. Представим себе человека, который понимает в своих словах только материалистическое. Днём он ведёт себя примерно так же, как и тот, у кого в словах содержится и идеалистическое, спиритуальное, который вообще осознаёт, что слова окрылены духом. Но ночью, человек, со своим Я и астральным телом берёт с собой духовно-душевную сторону речи в духовный мир. Он возвращается к духовному началу (Ursprung). Тот, кто имеет только материалистическую сторону речи, не найдёт своего Архангела. Он не найдёт связи с миром Архангелов. Тот же, кто обладает ещё и идеалистичекой речью, найдёт эту связь.

34

И в этом заключается трагизм цивилизации, содержащей в своём языке исключительно материалистичное, так что человек, благодаря становящемуся материалистичным языку, может ночью потерять связь с миром Архангелов. И это нечто такое, что для настоящего духовного исследователя в рамках современной цивилизации является чем-то сердцераздирающим, что люди, всё больше и больше забывающие придавать своим словам духовное содержание, теряют связь с духовным миром, а точнее, с миром Архангелов. Это кошмар нашей становящейся материалистичной цивилизации. И об этом кошмаре можно узнать только при рассмотрении истинной сущности состояния сна.

35

Нельзя стать настоящим антропософом, оставаясь простым теоретиком. О майских жуках, или дождевых червях, или о клетках вы можете развивать какие угодно теории, которые никому не смогут разбить сердце. Поскольку, наконец, и майские жуки и дождевые черви созданы из одной клетки, это не может привести ни к чему сердцераздирающему. Но, когда вы обретаете всю полноту антропософских познаний, вы смотрите в глубины человеческого существа, человеческого развития, человеческой судьбы, и ваше сердце всегда принимает участие в этих познаниях. Тогда вся сумма этих познаний откладывается в жизни ваших чувств, ощущений. Тогда вы становитесь сопереживающим всему миру и, затем также, - соволящему. Это существенная черта Антропософии, что она захватывает не просто голову человека, а его всего целиком, и что, благодаря этому, она также становится освещающей, - но освещающей силой души, чувства, - культурные и цивилизационные судьбы, как и судьбы отдельных людей.

36

Правильным образом пережить человеческую жизнь на Земле можно, только взглянув также на другую сторону, духовную сторону так, как она может открыться только при понимании состояния сна, посредством которого человек постоянно возвращается в духовный мир. Но тогда духовная наука станет действительно душевной, духовной и, наконец, также социальной, религиозной, этической жизнью человека. Она должна стать наукой, действительно ведущей к мудрости. В такой, полной жизненных сил науке очень нуждается человечество для того, чтобы оно не продвигалось ещё дальше к своему концу, а, наоборот, смогло найти для себя новое начало.

37

Поэтому в следующих лекциях мы ещё глубже проникнем в связь человека с миром и, посредством этого, также в понимание судьбы отдельного человека как она образуется в продолжении повторяющихся земных жизней. Об этом – завтра.

38