Когда некоторое время назад вышел первый том «Der Untergang des Abendlandes» («Закат Европы») Шпенглера, в этом литературном явлении можно было увидеть нечто такое, что содержало в себе волю более интенсивно заниматься элементарными явлениями разложения и упадка в наше время. Можно было видеть, как кто-то, исходя из многого, что действует в наше время на всём Западе, развил в себе чувство, что эти импульсы, собственно, должны постепенно привести к полному хаосу западной цивилизации с её американским придатком; и что кто-то, развивший в себе чувство, это чувство, и очень хорошо владеющий многими научными идеями, попытался дать, своего рода, оценку этих явлений.

1

Было, ведь, видно, что Освальд Шпенглер видел этот процесс упадка. И уже в то время можно было обнаружить, что, поскольку во всём своём мышлении он был частью этого процесса, он обладал чувством вообще всего упаднического, и что, поскольку он чувствовал этот декаданс, так сказать, в собственном душевном состоянии, он не обещал себе, - что можно было понять, - ничего из того, что ещё может выйти из массовой цивилизации. Он полагал, что Запад подпадёт под определенный тип цезаризма, определенный тип проявления власти отдельных лиц, которые вместо дифференцированных, многообразно расчленённых культур и цивилизаций установят нечто простое и жестокое.

2

Можно было видеть, что такой человек, как Шпенглер, не имел ни малейшего понятия о том, что волей человечества, для этой культуры и цивилизации может прийти спасение, если эта воля будет направлена на то, чтобы перед лицом этого с полной силой надвигающегося упадка, утвердить то, что всегда, если человек этого хочет, можно извлечь из внутреннего человека как новую силу. Для такой новой силы, которая, конечно, должна быть духовной силой, которая должна быть выработана из спиритуального, Освальд Шпенглер не имел ни малейшего понятия.

3

Таким образом, можно было видеть, как очень знающий, духовный человек, который, исходя из определённого видения, смог сформулировать такой хороший Apercus²⁹, собственно, не может прийти ни к чему иному, как к определенному ожиданию разворачивания внешней брутальной силы, которая лежит за пределами всего духовного, за пределами всякого внутреннего человеческого устремления.

²⁹ Apercus - от фр. Aperçu - замечать, ощущать, видеть, осознавать.

4

И всё же после появления первого тома ещё можно было бы иметь, по крайней мере, некоторое уважение перед — я должен использовать это слово ещё раз — пронизывающей духовностью, абстрактной, интеллектуальной духовностью, по сравнению с тупостью, которая не доросла до понимания движущих сил истории, и которая сегодня так часто задает тон, как раз, в литературных вопросах.

5

Но, вот, недавно был опубликован второй том Освальда Шпенглера, который показывает теперь, правда, гораздо сильнее, всё то, что живет в человеке настоящего, который теперь сам с определенной жестокостью отталкивает всё действительно духовное, из того, что может возникнуть в качестве мировоззрения и миропонимания

6

Этот второй том, ведь, также богат духом. Но, несмотря на эти, пронизанные духом Apercus, которые в нём есть, он, собственно, не показывает ничего, кроме ужасного бесплодия чрезмерно абстрактного и интеллектуалистического мышления. Предмет настолько необычайно примечателен потому, что он показывает, к каким особым духовным образованиям приходит одна из таких важных личностей наших дней.

7

В этой книге, во втором томе «Закат Европы» Шпенглера, прежде всего, чрезвычайно интересны, начало и конец. Но это начало и конец интересны в грустном аспекте; они, собственно, характеризуют всё душевное состояние этого человека. Достаточно прочитать всего несколько предложений из начала, чтобы немедленно оказаться в душевной ситуации Освальда Шпенглера, а также в душевной ситуации многих людей современности.

8

То, что об этом надо сказать, имеет не просто немецко-литературное, а интернациональное значение. Шпенглер начинает следующими предложениями: «Посмотри на цветы по вечеру, когда один за другим они смыкают свои лепестки в лучах заходящего солнца. Чем-то жутковатым веет от них: это слепое, сновидческое, привязанное к Земле бытие внушает тебе безотчетный страх. Немой лес, безмолвный луг, тот куст и этот вьюнок не шелохнуться сами. Это ветерок играет с ними. Свободна лишь меленькая мошка, ещё танцующая в вечернем свете: она летит куда пожелает», и так далее.

9

Исходный пункт от цветов, от растений, - ну, когда я хочу указать на то, что придаёт сигнатуру мышлению современности, я всегда нахожу необходимым начинать с того, как человек понимает неодушевленную, минеральную, неорганическую природу. Возможно, некоторые из вас вспомнят, как я, для того, чтобы охарактеризовать стремление сегодняшнего мышления к прозрачности восприятия, снова и снова использовал пример столкновения двух упругих шаров, в котором из данных состояния одного шара можно вычислить данные состояния другого шара.

10