Вчера я коснулся европейских отношений, какими они должны сложиться в ближайшем будущем, и вы видели, что вчера я коснулся европейских отношений, какими они должны сложиться в ближайшем будущем, и вы видели, что с европейским развитием — и вообще с развитием всей современной цивилизации — должно быть связано исчезновение того, что многие в наше время в разных областях привыкли считать чем-то удобным и ценным. Вчерашний подход к этой теме должен был помочь вам узреть, что предполагающих провести грядущие времена в комфортном состоянии душевного сна ждет весьма неприятное пробуждение. Я не утверждаю (на это я указывал уже вчера), что пророчества, касающиеся столь внешних предметов, как напряженность между Японией и Америкой, сбудутся до мельчайших подробностей и существенно повлияют на развитие человечества. Но то, что я вам в самых общих чертах охарактеризовал как великую духовную борьбу Востока с Западом и Запада с Востоком, надо представлять себе как предстоящую реальность, непременно помня о том, что мы уже неделями изучали: о своеобразии культуры Средней Европы. Как бы удивительно это ни звучало, как раз из того современного мировоззрения, которое выросло в последнее время на основе естествознания, и должна возникнуть жгучая потребность в том, что я обозначаю как предстоящее переживание Христа. Благодаря вчерашним рассмотрениям мы могли убедиться, в сколь малой мере истинное переживание Христа присутствует в современности. Ведь то переживание Христа, каким оно было во времена Мистерии Голгофы, изменилось в ходе развития человечества, а с течением последних столетий пришло в совершенный упадок. И мы можем убедиться, что старинный запрет на чтение Евангелий, на котором хотя бы чисто теоретически настаивает католическая церковь — вопреки требованию того, чтобы люди самостоятельно их читали, — отнюдь не способствует развитию переживания Христа. Мы уже говорили о том, что особый склад души, который появляется в рамках современной цивилизации, снова приведет к переживанию Христа (именно к такому переживанию могло вести то, что в качестве остатков древнего инстинктивного ясновидения еще было свойственно людям во времена Мистерии Голгофы). Но надо отдавать себе отчет в том, что, как всегда, судьбоносное событие врывается в развитие человечества иначе, нежели это ожидается в кругу мещан и педантов, и то, что, начиная с первой половины XX века, надо будет называть переживанием Христа, тоже придет совершенно иначе. И это переживание будет иметь четкое отношение к описанному мировоззрению, базирующемуся на современном естествознании.

1

Учтите только следующее: душевный склад человека — об этом мы часто говорили, в том числе и в ходе этих лекций, — сильно изменился по сравнению с тем, какой был свойствен ему до середины XV столетия. Этого не учитывает внешняя история, ибо она способна рассматривать явления только поверхностно. Но особенно сильные изменения душевный склад всего человечества претерпел в период, начавшийся с середины XIX века. На это также мало обращают внимания, ибо по привычке придерживаются единожды привитых взглядов. Отторжение привычного можно заметить только у нынешнего молодого поколения, мировоззрение которого сильно отличается от взглядов, которые ныне уже состарившиеся люди имели во времена своей молодости. Литераторы многократно описывали пропасть между нынешними «отцами» и нынешними «детьми», и если отбросить устоявшиеся представления, препятствующие проникновению того, что противоречит единожды усвоенным взглядам, то легко заметить, какой неслыханный разрыв существует между современными стариками и современной молодежью.

2

С другой стороны, для современного развития человечества характерно присутствие мощного консервативно-реакционного элемента — на это я указывал уже вчера. Имя ему — вера в авторитет нынешней науки, и это связано с тем, что достижения науки семимильными шагами завладевают всеобщим сознанием. Вот что совершенно не учитывается в наше время. Стоит только проследить, с какой быстротой — особенно в последние десятилетия — расхожие представления естествознания XIX века проникли в души даже самых необразованных людей. Разумеется, многие еще сохранили состояние определенной незатронутости и не ведают о том, что проникает в человечество через современные научные представления. Но такая незатронутость по большей части неотделима от внутренней неправдивости, от нежелания видеть то, что невозможно обозначить иначе, как вызванное естествознанием наступление материализма. Распространение материализма в ближайшее время не будет ощущаться как некий регресс и возврат к наукообразным фантасмагориям, — наоборот, распространение научно-популярного материализма будет возрастать со страшной скоростью, и станет видно, что материалистическое настроение все больше как бы выплескивается из хаоса современной цивилизации. Но из этого материалистического настроения, порожденного современным хаосом, смогут развиться отдельные души, которые будут особенно сильно ощущать то, что мне хотелось бы теперь охарактеризовать (хотя эту характеристику следует давать по-разному в зависимости от различных обстоятельств). Однако это станет возможным лишь при условии, что будет подготовлено противодействие материалистическому настроению, то есть духовная наука проникнет в мир, и таким образом будет дано побуждение к духовному развитию детей уже в школьном возрасте.

3