Мы можем сказать: в древние времена отдельные личности возвещали то, что отмечено духом времени. И если мы внимательно исследуем это явление, — к примеру, в рамках восточной культуры, — то обнаружим, что, в сущности, душевный склад народных масс всегда инстинктивно пребывал в некоем примечательном, самоочевидном резонансе с тем, что высказывали эти отдельные личности.

26

Но с течением времени такое взаимодействие народных масс и лидеров постепенно убывало. В наше время выступает противоположная крайность: мы наблюдаем в народных массах инстинкты, противящиеся тому, что является для человечества благотворным. А это, в свою очередь, вызывает потребность в отдельных личностях, способных на основе духовной науки проникать в глубины духовного мира. Благотворное не может базироваться на инстинктах, — тут необходимо понимание, на которое часто указывал также и доктор Унгер^*, подчеркивавший, что любой человек может понять духовного исследователя, опираясь на здоровый человеческий рассудок. Лишь при таком условии может возникнуть культура, в которой особенно ценятся отдельные индивидуальности с их более глубоким проникновением во внутренние пласты духовного мира, культура, в которой люди, способные проникать в духовные миры, ценятся наравне с теми, кто работает руками. У портного спрашивают одежду, у сапожника — обувь, так почему же за мировоззрением не надо обращаться к тем, кто на этом специализируется? Ведь именно в этом состоит насущная потребность современности, хотя на деле о себе дает знать реакция, доказывающая, что человечество упрямо продолжает противиться тому, что является для него благом. Это страшная борьба, от серьезности которой невозможно отстраниться.

^* Карл Унгер (1878—1929) — один из первых участников всех отделений Эзотерической школы Рудольфа Штайнера, с 1908 г. до своей смерти состоял в руководстве Антропософского общества. В рамках Первого курса лекций для Высшей школы прочитал шесть лекций под названием «Творение Рудольфа Штайнера». Автореферат этих лекций приводится в первом томе Сочинений Карла Унгера (Штутгарт, 1964).

27

В истории еще не было такого периода, когда перед человечеством столь же остро стояла необходимость прислушиваться к суждениям специалистов в той или иной области, причем речь идет отнюдь не о слепой вере в авторитеты, а лишь о разумном понимании того, что социальная жизнь — это поле деятельности прежде всего тех, кто профессионально разбирается в своей области. Но поначалу этому противятся инстинкты, и господствует вера, что из всеобщего нивелирования может возникнуть что-то благотворное. Происходит серьезное столкновение, и мы все участвуем в нем. И здесь не помогут симпатии и антипатии, не помогут лозунги, — здесь необходимо трезвое признание фактического положения вещей. Ибо решающим на сегодняшний день является великий вопрос — вопрос о том, кто задает тон в обществе — народные массы или выдающиеся личности. В былые времена этот вопрос не имел решающего значения, так как народные массы были заодно с ведущими личностями, которые являлись как бы представителями народных масс и выразителями их чаяний. Но мы все больше приближаемся к тому времени, когда каждый должен в себе самом искать источник того, к чему он стремится и что он хотел бы привнести в социальную жизнь. А наблюдаемая сегодня реакция — это всего лишь остаточное сопротивление все возрастающему влиянию индивидуальностей на социальную жизнь и признанию их истинной роли в современной истории. Легко убедиться, что то, о чем говорит духовная наука, повсеместно проявляется в ключевых процессах социальной жизни. Мы говорим о необходимости экономических ассоциаций в хозяйственной жизни и нуждаемся для этого в определенном мыслительном подходе. И вот как раз в культуре   Запада   и   развился   принцип   мышления,    подчиненный   законам ассоциации идей. Если взять то, что Джон Стюарт Милль проделывает с помощью логики в философской сфере, и обратить ход его мыслей на хозяйственную жизнь, то он легко впишется в нее, ибо именно там ассоциации идей, которые не пригодны для психологии, нашли бы себе подходящее место при устроении экономических ассоциаций (то есть акционерных объединений). Духовная наука следует именно за реальностью вплоть до учета таких социальных феноменов.

28

Вот почему духовная наука со всей серьезностью осознает современную мировую ситуацию, зная, какая великая борьба происходит между тем, что может проистечь из духовной науки в качестве социальных импульсов трехчленности, и тем, что противостоит этой трехчленности как большевистское течение, способное только ввергнуть человечество в пучину бедствий. Третьего не дано. Борьба должна разыграться между этими двумя противниками. И это надо уметь видеть. Все остальное уже пришло в упадок. Кто непредвзято созерцает социальную ситуацию, в которой мы все находимся, тот должен сказать себе, что сегодня необходимо собрать все силы, дабы обороняться от страшной ариманической опасности, которая нависла над духовной культурой^*.

^* Окончание лекции, посвященное злободневным в то время проблемам построения Свободной Высшей школы духовной науки и организации Всемирного совета школ, в настоящем издании опущено.

29