Если рассматривать личностей, принявших участие в 50-годах в возведении здания нового мировоззрения, то с особой четкостью выступают физиономии трех мужей: Людвиг Бюхнер (1824-1899), Карл Фогт (1817-1895) и Якоб Молешот (1822-1893). – Если попытаться выразить основное ощущение, воодушевление этих трех мужей, то можно прибегнуть к следующим словам: «Исследовав все особенности вещества, открывающиеся развитым человеческим органам чувств, человек постигает также и суть вещей. Тем самым он достигает абсолютного знания человечества. Всякое иное знание не даёт человеку достоверности». По мнению этих мужей, вся предшествующая философия передает человеку лишь недостоверное знание. Философы идеалисты полагали, - как думает Бюхнер и его соратники по умонастроению, - что следует черпать из разума; но таким образом, согласно Бюхнеру, нельзя создать никакого мыслительного построения наполненного содержанием. «Истину можно подслушать только в природе, в её власти», - сказал Молешот. В это и последующее время ратоборцы за подобное, подслушанное у природы мировоззрение, сплотились как материалисты. Уже подчеркивалось, что этот их материализм, являясь, якобы древнейшим мировоззрением, был еще давно признан выдающимися мыслящими умами неудовлетворительным для высшего мышления. Бюхнер восстаёт против такого суждения: «Во-первых, материализм или всё это направление в целом вообще никогда не было опровергнуто. Оно не только является древнейшим из всех существующих философским рассмотрением мира, но оно при каждом новом оживлении философии в истории всплывает вновь с обновленными силами. Во-вторых, нынешний материализм уже не таков, как у Эпикура и энциклопедистов, а совершенно иной, - это несомое достижениями позитивной науки направление или метод, который весьма существенно отличается от своих предшественников благодаря тому, что представляет собой не систему, как прошлый материализм, а простое реалистически-философское рассмотрение бытия, ищущее прежде всего единые принципы в мире природы и духа и стремящееся всюду к отображению естественной и закономерной связи всех явлений этого мира».

35

На примере отношения одного мыслителя, стремящегося в самом широком смысле к мышлению, согласованному с природой, - на примере отношения Гёте к одному из виднейших французских материалистов, энциклопедисту Гольбаху, можно показать, как мыслящий ум, вполне признававший права естественнонаучного образа мыслей, относился к материализму. Пауль Генрих фон Гольбах в 1770 г. опубликовал «Систему природы». Гёте, которому эта книга попала в руки в Страсбурге, следующим образом в «Поэзии и правде» характеризует то отталкивающее впечатление, которое она на него произвела: «Материя должна пребывать в вечности и вечно двигаться и, двигаясь направо и налево и во все стороны, без чего-то дальнейшего производить нескончаемые феномены бытия. Всем этим мы могли бы даже удовлетвориться, если бы автор действительно на наших глазах возвел мироздание из своей движущейся материи. Но он сподобился узнать о природе столь же мало, как и мы. Ибо, едва забив в почву несколько кольев общих понятий, он тотчас оставляет их ради того, чтобы нечто превосходящее природу, или то, что является в природе высшею природой, превратить в материальную, тяжелую и хотя и подвижную, но лишённую направления природу и полагает, что таким путем он много достигнет». Гёте был убеждён, что «теория в себе и для себя полезна лишь настолько, насколько она позволяет нам верить в связь явлений» («Изречения в прозе», Немецкая национальная литература, труды Гёте, том 36,2 стр357).

36

Естественнонаучные достижения первой половины XIX в. были усвоены как фактические познания, послужившие материалистам пятидесятых годов основанием их мировоззрения. Ибо во взаимосвязи материальных процессов удавалось проникать всё глубже, насколько это позволяли чувственное наблюдение и опирающееся на него мышление. Если при таком проникновении хотят отрицать наличие духа в материи, то, тем не менее, бессознательно открывают в ней этот дух В этом смысле совершенно справедливо писал Ф.Фишер в третьем томе книги «Старое и новое» стр. 97 «То, что так называемая материя порождать нечто такое, чьей функцией является дух, есть сильнейший аргумент против материализма». И в этом смысле Бюхнер бессознательно опровергает материализм, когда он пытается доказать, что духовные процессы выявляются для чувственного наблюдения из глубин материальных фактов.

37

Пример того, как естественнонаучные познания обретают формы, несущие в себе возможность далеко идущего влияния на мировоззрение, даёт открытие Велера в 1823 г. Ему удалось вне организма воспроизвести вещество, которое образуется в организме. Благодаря этому открытию был получен веский аргумент против веры в то, что определённые вещественные соединения могут, якобы, образовываться только под влиянием особенной жизненной силы, пребывающей в организме. Если оказывается возможным вне живого тела, обходясь без жизненной силы воссоздавать такие вещественные соединения, то можно сделать вывод, что организм тоже работает только с теми силами, с которыми имеет дело химия. Материалистам легко было сказать: если живой организм не требует никакой особенной жизненной силы, чтобы произвести то, что ранее приписывалось ей, то почему должен он нуждаться в особенных духовных силах, чтобы в нём возникли процессы, с которыми связаны духовно-душевные переживания? Вещество с его свойствами стало отныне для материалистов тем, что из своего материнского лона порождает все вещи и процессы. От того факта, что углерод, водород, кислород и азот сочетаются друг с другом в органическом соединении, было недалеко до следующего умозаключения Бюхнера: «Словами «душа», «дух», «мысль», «ощущение», «воля», «жизнь» обозначаются не каких-либо сущности, не какие-либо действительные вещи, но только свойства, особенности деятельности живой субстанции, или же результирующее сущностей, базирующихся на материальных формах бытия». Не божественное существо, не человеческую душу, а вещество с его силой называет Бюхнер бессмертным. И Молешот облекает это убеждение в следующие слова: «Сила не является каким-то творящим Богом, какой-то обособленной от вещественного основания сущностью вещей, она есть неотъемлемое свойство вещества, присущее ему от вечности. – Углерод, водород и кислород – суть силы, которые разлагают даже крепчайшие скалы и уносят их в поток, течение которого создаёт жизнь. – Тайну животной жизни составляет смена веществ и изменение формы отдельных частей при сохранении основного облика в неизменном виде».

38

Естественнонаучная исследовательская работа дала возможность Людвигу Бюхнеру высказать следующее воззрение: «Подобно тому, как паровой двигатель производит движние, так и сложное органическое соединение наделенных силою веществ в теле животного порождает общую сумму некоторых эффектов, которые, будучи связаны воедино, могут быть нами названы духом, душой, мысль.». А Карл Густав Ройшле в книге «Философия и естествознание. Памяти Давида Фридриха Штрауса» (1874 г.) указывает, что естественнонаучные достижения в самих себе заключают философский момент. Родственные свойства, открытые между природными силами, стали рассматривать как проводника в тайны бытия.

39

Одно такое важное родственное свойство нашел в Копенгагене в 1819 г. Эрстед. Он обнаружил, что магнитная стрелка отклоняется электрическим током. С другой стороны, Фарадей открыл в 1831 г., что можно вызывать электричество посредством приближения магнита к спиралевидной медной проволоке. Таким образом, магнетизм и электричество были признаны родственными феноменами. Отныне обе силы не рассматривались изолировано друг от друга; было указано на то, что в материальном их бытии заложено нечто общее. Глубокое прозрение в сущность вещественности и силы получил Юлиус Роберт Мейер в 40 –х годах, когда ему стало ясно, что между производимой механической работой и теплотой имеются совершенно определенные соотношения, которые можно выразить числом. Посредством давления, удара, трения работа производит тепло. В паровой машине тепло вновь превращается в работу. Количество теплоты, возникающей из работы, можно вычислить из количества этой работы. Если количество теплоты, необходимое для нагревания 1 кг. Воды на 1 град С, преобразовать в работу, то посредством этого количества работы можно поднять груз весом 424 кг. на высоту в 1 м. Нет ничего удивительного в том, что в таких фактах можно было увидеть больший прогресс по сравнению с теми объяснениями материи, которые давал Гегель: «Переход от идеального к реальному, от абстракции к конкретному бытию, здесь – от пространства и времени к реальности, которая является как материя, непостижим для рассудка и представляется ему как нечто внешнее и как данное». Значение такого замечание становится понятным лишь в том случае, если можешь увидеть нечто ценное в мысли как таковой. Но указанные мыслители были слишком далеки от этого.

40

К подобным открытиям, касающимся единого характера неорганических природных сил, присоединялись открытия, проясняющие состав органического мира, мира организмов. В 1838 г. ботаник Шлейден уяснил значение простой клетки для тела растения. Он показал, как все ткани растения и оно само строятся из этих «элементарных организмов». Шлейден познавал этот «элементарный организм» как комочек текучей растительной субстанции, окружённый оболочкой (клеточной оболочкой), при наличии более крепкого клеточного ядра. Клетки умножаются и располагаются друг за другом таким образом, что в результате возникает растительное существо. Вскоре вслед за этим Шван открыл нечто подобное и для животного мира. В 1827 г. гениальный Карл Эрнст Бэр открыл человеческое яйцо. Он также проследил развитие из яйца высших животных и человека.

41

Таким образом, поиски идей, лежащих в основе природных вещей, прекратились. Вместо этого стали наблюдать факты, которые показывали, как из простых и низших развиваются более сложные и более высокие процессы и существа. Всё реже появлялись мужи, стремившиеся к идеалистическому толкованию мировых явлений. В духе идеалистического мировоззрения еще в 1837 г. антрополог Буддах ещё говорил, что жизнь не имеет своего основания в материи, что скорее она посредством высшей силы преобразует материю так, как это ей требуется. Молешотт уже мог сказать: «Жизненная сила, как жизнь, есть ни что иное, как результат сложного взаимодействия и сцепления друг с другом физических и химических сил».

42