Недостаточно держаться за древние заповеди, данные при иных предпосылках, недостаточно их изменять, нужно вжиться в другой порядок, при котором, если у меня возьмут рубашку, я отдам ему верхнюю одежду и не повлеку его в суд. В Евангелии от Матфея говорится об отмене судов. Но было бы бессмысленно связывать с местом о рубашке и верхней одежде непосредственно место, где говорится: «и как хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними», — если бы здесь дело не шло об ином Царствии, где совершаются чудеса. Ибо Христос Иисус творил знамения и чудеса силою своей великой неземной веры. Кто рассматривает человека, как существо природы, не находя в себе силы рассмотреть его по-иному, тот не сможет сделать того, что сделал Христос. Христос требует усвоения воззрения, что в моральной области, в представлении живет больше, чем во внешней действительности. Внешняя действительность гласит: «если кто у тебя отнимет рубашку, возьми ее назад». Но подобными принципами нельзя основать социального порядка в смысле Христова Импульса. Представление должно обладать большим, чем заключается во внешнем мире. В противном случае получилась бы весьма странная связь между этими отдельными фразами. Представьте себе, что вы проводите это так: «Если кто ударит тебя по правой щеке, подставь ему левую; отнимающему у тебя верхнюю одежду — отдай и рубашку. Всякому просящему у тебя давай и от взявшего твое не требуй назад». И затем: «Как вы хотите, чтобы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними». «Если ты ударишь другого в правую щеку, то думай, что он подставит тебе и левую, чтобы ты удовлетворил свое желание. Если ты отнимешь у него верхнюю одежду, то отними у него и рубашку, если ты хочешь получить от него, то позаботься, чтобы он тебе это дал» и т.д. Вот как можно было бы повернуть слова под влиянием стоящих после них слов: «как вы хотите, чтобы поступали с вами люди, так и вы поступайте с ними».

43

Говоря по-земному, все это не имеет никакого смысла. Фразы бессмысленно следуют одна за другой. Эта последовательность приобретает смысл лишь при следующем предположении: тот, кто принимает участие в спасении мира, идущем от Христова Импульса, благодаря которому мир вновь будет вознесен в высшие области, тот должен исходить из принципа, не исходящего из внешнего мира; тогда и произойдет то, что придает моральным идеям, моральным представлениям физическую силу.

44

Для усвоения Евангелия в смысле Мистерии Голгофы, необходимо прежде всего внутреннее душевное мужество, которое и должно быть усвоено людьми. Необходимо развить серьезное отношение к тому, как противопоставляются Христом Иисусом два Царствия: то, которое образовалось под влиянием нисходящего течения как Царствие мира сего, и то, что зовется Царствием Небесным. У переживающего Пасху во времена, подобные нашему, вполне естественно может вспыхнуть стремление понять Мистерию Голгофы с подобающим мужеством, найти с тем же мужеством связь с Импульсом Голгофы. Ибо в каждой части Евангелия звучит это слово — мужество, звучит призыв следовать только за Импульсом, запечатленным Христом Иисусом во все земное развитие.

45

Я хотел приблизить к вам сегодня Мистерию Голгофы, оттеняя именно стороны, показывающие, как должна быть включена Мистерия Голгофы в весь космический порядок и как она может быть понята только тогда, когда Евангелие берется как выявление некоей высшей формы языка, нечеловеческого языка.

46

XIX столетие, в котором царила ученая теологии, старалось низвести Евангелие до человеческого слова.

47

Нашей будущей задачей будет чтение Евангелия с точки зрения Бога-Слова. И к такому пониманию Евангелия может привести духовная наука.

48