Из лекции в Вене 7 мая 1915 г. ПСС т. 159/160

...Мы переходим из состояния бодрствования в состояние сна и благодаря этому, будучи приняты в состав существ высших иерархий, одновременно сбрасываем то, что посредством нашего физического тела и эфирного тела связывает нас с отдельной инкарнацией. Следовательно, во сне мы сбрасываем также нашу национальную сущность. Благодаря сну мы становимся просто людьми, людьми со всеми свойствами, какие мы должны иметь благодаря тому, что мы приобрели как люди. Если, будучи духовным исследователем, мы смотрим на то, что происходит с человеком как в состоянии бодрствования, так и сна, то одновременно мы видим, что своим я и астральным телом спящий человек живет в духовном мире так же, как и его физическое тело и эфирное тело принадлежат теперь великому миру; что личная жизнь, протекающая как бы в пределах нашей кожи, прекращается и что нашим я (Selbst) мы расширяемся до великого я (Selbst). И теперь подумайте о том, что в течение двадцати четырех часов мы, в сущности, постоянно проходим одно летнее и одно зимнее состояние. Эти летнее и зимнее состояния проходит также Земля, но Земля проходит их в течение года. Почему же Земля проходит эти состояния в течение года? Потому что Земля - это, как и мы сами, существо, но только на иной ступени иерархий. Вся Земля, рассматриваемая нами только физически, какова она вокруг нас,— это всего лишь тело Земли; и как мы несем в себе наше духовно-душевное, так Земля имеет свое духовно-душевное. Разница лишь в том, что мы бодрствуем и спим в течение двадцати четырех часов, а Земля бодрствует и спит в течение года. Она бодрствует с осени до весны и спит летом. Так что летом мы, в сущности, всегда можем сказать: "Мы живем, погруженные в спящую Землю". А зимой можем сказать: "Мы живем, погруженные в бодрствующую Землю". Земля не бодрствует летом и не спит зимой, как можно сказать в тривиальном сравнении, взятом из обыденной жизни. Но верно то, что когда наступает осень, Земля пробуждается как душевно-духовное существо и наиболее бодрствующей является в середине зимы. Дух Земли мыслит более всего в середине зимы и начинает постепенно переставать мыслить с приближением весны, и он спит, когда внешняя жизнь растет и расцветает, летом Дух Земли спит.

1

Но мы, люди, не только связаны нашим физическим телом с телом Земли, мы связаны также с Духом Земли. Мы знаем благодаря различным лекциям, что через Мистерию Голгофы с Духом Земли соединился тот Дух, который мы называем Духом Христа. В том, чем является Дух Земли, со времен Мистерии Голгофы живет Дух-Христос. Поэтому если люди хотят справлять праздник, который должен выражать, что в Духе Земли заключен Дух-Христос, то на какое время надлежит им поместить этот праздник? Не на лето, а на зиму должны они поместить этот праздник, на середину зимы. Это — праздник Рождества. По этой причине праздник Рождества и то, что из него развивается, помещают в зимнее время. Это изошло из верного знания тех, кто устанавливал христианский год. Праздник Рождества установлен, исходя из оккультных истин, а не из исторических фактов. Потому что, будучи погружен своим духовно-душевным в духовно-душевное Земли, человек пребывает в зимнее время действительно совместно с самым бодрственным состоянием в жизни Земли. Он живет тогда в бодрствующей Земле.

2

А что делали древние народы, о которых мы знаем, что свое служение миру и свое познание мира они строили на своего рода сновидческом ясновидении? Так вот, они должны были обращаться преимущественно к тому, что живет в спящем Духе Земли, тогда, когда Дух Земли спит сильнее всего, когда он погружен сильнее всего в свое спящее состояние. Они должны были тогда в противоположность современному человечеству восходить к тому, что на бессознательный лад вливало в них истину, какой она должна была быть для них. Поэтому у народов, принадлежавших к культу, черпавшему свое знание скорее из спящего, сновидческого состояния, мы встречаем в середине лета праздник Иоанна, летний праздник в противоположность празднику Рождества, который больше подходит современному человечеству.

3

То, что так было установлено внешне и чего уже совсем не понимает наша материалистическая эпоха, реально имеет свои глубокие основания в духовной действительности. И мы живем ныне в такое время, когда люди должны начать снова мыслить, ощущать и чувствовать совершенно иначе, нежели в истекшую эпоху. Истекшая эпоха имела задачей познакомить людей с областью материалистического мышления и ощущения. И как раз прожитые людскими душами последние столетия должны были знакомить людей с материалистическим мышлением и ощущением. Земное развитие должно было однажды пройти через материалистическую эпоху. Мы поступаем неверно, обращая против материализма одну только суровую критику. Однажды он должен был войти в земное развитие. Но мы живем сейчас в эпоху, когда материализм должен быть снова преодолен, когда спиритуальное восприятие должно снова войти в человеческие души. И это более или менее ясно или смутно чувствуют все, кто чувствует себя в своей собственной душе привлеченным к нашим духовнонаучным устремлениям, к нашему духовнонаучному мировоззрению. Они именно чувствуют, что настало время, когда надо сознательно принимать в себя духовный мир, тогда как прежде духовный мир должен был быть созерцаем сновидчески. И для этого есть духовная наука.

4

Итак, истекшая эпоха была эпохой материализма. И поскольку человечество должно было в известной мере погрузиться в материализм, именно сквозь эпоху материализма должен был действовать сильный импульс, возводящий человечество снова вверх. Это - Импульс Христа.

5

И подготовка начиналась уже тогда, когда Христов Импульс вступил в земное развитие. Тем более он действовал в XIV-XV веках. Но когда он был близок, тогда было уже подготовлено погружение человечества в материализм. Христов Импульс находился в мировом развитии как объективный факт, но именно в то время, когда он был здесь, люди были менее всего способны понять его. Теперь мы живем в эпоху, когда надо начинать действительно понимать то, что было тогда.

6

Что же мы видим отсюда? В развитии, совершавшемся до сих пор, мы видим своеобразное продвижение Импульса Христа. Мы видим, что когда Христов Импульс через Мистерию Голгофы входил в развитие человечества, он целиком и полностью не был понят людьми. Ибо попытаемся составить себе картину того, что делали в своей рассудительности люди. Мы видим, что именно в первые и в следующие за ними столетия после того, как начал действовать Импульс Христа, создаются всевозможные теологические системы, что люди спорят о том, как следует мыслить Троицу и так далее. Мы видим тянущуюся столетиями нескончаемую теологическую распрю, и сегодня было бы, пожалуй, худшим способом, исходя из этой теологической распри, желать понять то, как действовал в эти столетия Импульс Христа. А спорившие тогда о его понимании люди также ничего не понимали в том, каким образом находится в эволюции Импульс Христа.

7

Постараемся уяснить, как он реально действовал. Я хочу привести на этот счет отдельные факты. Возьмем то, что произошло в четвертом веке, в 312 году, 28 октября, и чем была полностью предопределена последующая карта Европы. Константин, именуемый Великим, сын Констанция Хлора, выступил против Максентия, владыки Рима, и одержал над ним победу, благодаря чему тогда также и христианство внешним образом победило в западном мире. Затем Константин возвел христианство в государственную религию и так далее. Но делал ли он это, исходя из своей рассудительности? Исходило ли из рассудительности то, что произошло тогда? Мы так не можем сказать. Что же, в сущности, произошло? Когда Максентий узнал, что приближается Константин, он прежде всего обратился к Сивиллиным книгам. Следовательно, желая понять мировые события, он приступил к этому на сновидческий лад. И то, что он узнал из этих книг, было разъяснено ему так: "Правильно поступит тот, кто, будучи повелителем Рима, покинет город и даст сражение за пределами Рима". Это было самое невероятное, что можно было только придумать. Ибо у Константина было гораздо меньше войска, чем у Максентия, и он не смог бы ничего сделать, если бы Максентий оставался в Риме. Но по совету Сивиллиных книг Максентий выступил из Рима. Но и в войске Константина одержали верх не полководцы. Более того, Константин видел сон, в котором ему явился символ Христа. После этого сна он велел нести перед своим войском Крест как символ Христа. Он поставил свое поведение в зависимость от того, что ему открыл сон. Эту битву, которой тогда была предопределена карта Европы, решила не рассудительность людей, сражение дали не полководцы, а сны и пророчества. Все в Европе было бы иначе, если бы тогда вещи происходили в согласии с сознанием людей, а не согласно тому, что действовало из подсознания и чего именно не ведали люди.

8