Дорнах, 21 июня 1923 г. ПСС т. 224

В краткой лекции, сегодня пополудни предшествовавшей эвритмическому представлению, я уже указал на то, что даже по отношению современного человека к праздничным моментам года можно судить, насколько мы впали в материализм. Правда, тогда материалистическое воззрение необходимо понимать гораздо глубже, чем это бывает обычно. Самая опасная характеристика нашего времени не в том, что люди поражены материализмом, гораздо опаснее поверхностность нашего времени. Эта поверхностность существует не только в отношении духовных мировоззрений, но и в отношении самого материализма. Его принимают в поверхностных проявлениях. Так, например, сегодня пополудни я обратил внимание на то, что такие вещи, как настроения, которым люди в древности еще предавались в разные времена года, в эти старые времена выражались также в праздничных мероприятиях. В праздник зимнего солнцеворота, в праздник весны, в праздник Иоаннова дня, в праздник Михаила, в те вполне определенные культовые или проникнутые подобием культа мероприятия вкладывались все-таки различные настроения, которые должны были овладевать человеком, если он сознательно переживал течение года.

1

Душе человека давалось благодаря этому то, что нынче человеку дается лишь применительно к телу. Мы все еще сопереживаем течение дня. Когда утром золото зари предвещает появление солнца, мы садимся завтракать. Когда солнце стоит высоко, когда оно любовно льет свой свет и тепло на земных людей, у нас наступает время обеда и таким образом все идет далее к ужину. С помощью этих праздничных мероприятий мы в течение дня следуем за дневным ходом солнца, сопереживая в себе самих этот огненный объезд мира солнцем. Утоляя голод и насыщаясь, мы сопереживаем то, что совершает солнце при своем огненном объезде мира. Так что в определенные моменты дня существует и вполне определенное настроение для человеческого физического организма. Завтрак, обед, чай, ужин мы можем назвать праздниками дня. Человеческий физический организм следует здесь за тем, что совершается в отношениях Земли с Космосом.

2

В древние времена, когда на основе состояний инстинктивного ясновидения душевная жизнь переживалась интенсивнее, подобным образом следовали за течением года. Определенные вещи даже переходили из одной сферы в другую. Вам достаточно только вспомнить то, что еще остается от этих вещей,— пасхальные яйца, гуси святого Мартина и так далее. Здесь низший регион, телесный регион вторгается в душевный регион, который, собственно, должен на душевный лад сопереживать течение года. Ну а материалистическая эпоха высказалась бы, не скажу, что за пасхальные яйца, но за гусей святого Мартина и тому подобное в течение всего года.

3

Однако в древности не эти вещи имелись в виду, когда речь шла о настоящих праздничных настроениях. Они согласовывались с душевным голодом и душевным насыщением. Душа человека в чем-то ином нуждалась на Рождество, в чем-то ином — на Пасху, на Иоаннов день и праздник Михаила. И то, что содержалось в устройстве торжеств, действительно можно сравнивать с оглядкой на голод, который душа испытывает именно в наступающем отрезке года, и с насыщением души в этом отрезке года.

4

Итак, можно сказать, что, взирая на дневное движение солнца, мы можем отнести к нему то, что полезно нашему телу; глядя же на годичное движение солнца, мы можем отнести к нему то, что полезно нашей душе.

5

Если праздники должны будут заново ожить, то это, естественно, должно будет исходить из гораздо более сознательного состояния - из такого пробуждения души, к которому стремится антропософское умонастроение.

6

Мы не можем так просто исторически возобновить старые праздники. Мы должны заново обрести их посредством новых познаний и представлений о мире, исходя из нашего собственного душевного существа. Но ведь мы различаем у человека кроме тела и души также и дух!

7

Вообще уже тогда, когда говорится о душе, современному человеку трудно вызвать определенные представления. Здесь все расплывается в сплошной неопределенности. Дело не только в том, что в XIX веке заговорили о психологии, учении о душе без души. Фриц Маутнер, великий специалист в области критики языка, открыл, что душа - это нечто столь неопределенное, что мы, собственно, никакой души и не знаем; мы знаем только определенные мысли, ощущения, чувства, которые переживаем, но мы не знаем единой души. Поэтому в будущем нам совсем не следовало бы употреблять слово "душа". Нам следовало бы говорить о неопределенном внутреннем беспорядке и говорить не "душа", а "содушие". Так что будущему Клопштоку, когда он будет сочинять "Мессиаду", Фриц Маутнер посоветует говорить не "Воспой, о бессмертная душа, спасение грешных людей...", а "Воспой, о бессмертное содушие, спасение грешных людей...", если в этом учении о содушии вообще есть еще какой-либо смысл! Так что у нас в будущем будет не учение о душе, а учение о содушии!

8

Тут мы в самом деле должны сказать, что современный человек не знает уже ничего об этой связи своей души с годичным движением солнца. Он стал материалистом и в этом. Он держится за праздничные моменты дня, которые следуют за движением солнца. Праздники справляются скорее по привычке, но не ощущаются живыми. А ведь кроме тела, души, или, согласно Фрицу Маутнеру, содушия, у нас есть еще и дух!

9

В мировом процессе существуют исторические эпохи. Этим историческим эпохам, простирающимся над течением года и охватывающим столетия, в свою очередь человеческий ДУХ сопутствует, если он их соощущает. Их отлично переживали в древние времена. Тот, кто возвышенным умом умеет правильным образом вникать в то, как в древности люди переносились мыслью в поток времени, знает, как всюду говорили, что на том или ином рубеже эпох объявлялась какая-либо личность, которая вновь открывала миру духовное, проистекающее из Высей. Затем это духовное входило в жизнь, как в физическую жизнь входит солнечный луч. Когда же наступали сумерки и этой эпохи, являлось снова что-то новое.

10

Эти исторические эпохи так же связаны с духовным развитием человечества, как движение солнца в течение года связано с душевным развитием. Конечно, чтобы опять живым образом начать понимать духовное развитие, необходимо в сознательном духовном познании учиться понимать, каким образом наступают перевороты, метаморфозы в ходе развития человечества. Сегодня люди совсем не хотят замечать наступление этих метаморфоз. Бывают как-либо внешне затронуты их последствиями, однако внутренне люди не хотят останавливаться на переворотах, которые приходят из духовного мира и находят выражение во внешних мировых явлениях.

11

Следовало бы лишь взглянуть на то, как у детей, у молодых людей в наше время проступают определенное направление мыслей, направление ощущений и чувств, которые были еще чужды прежним поколениям; какие происходят великие перевороты, которые, если посмотреть на соответствующие элементы, вполне можно сравнивать в ходе развития человечества с ходом года. Поэтому следовало бы прислушиваться к тому, что отдельные эпохи провозглашают в качестве своих запросов, следовало бы вслушиваться в то, как наступает новая эпоха и как она требует от человека чего-то иного, чем требовала предыдущая. Но как раз органом восприятия этого люди сегодня располагают в наименьшей мере.

12