15 июля 1914 г., Норкеппинг

Одно из понятий, которое должно быть с нами, когда мы говорим об отношении к человеческой душе, есть, несомненно, понятие о грехе и долге. Мы знаем, как говорит об этом апостол Павел.

1

Теперешний век мало знает о действительной глубине понятий: «смерть и грех», «смерть и бессмертие», как это обосновано в посланиях Павла. Это связано с материализмом нашего времени. Вспомним, что я сказал в первой лекции о том, что нет истинного бессмертия для человеческой души, если не продолжается сознание в условиях после смерти. Если кончается сознание — человек не бессмертен. Утратившая сознание человеческая душа, пережившая смерть, оказывается тогда не более чем суммой атомов, как учит материализм. Для Павла это — неоспоримое убеждение, что возможно говорить о бессмертии только тогда, если индивидуальное сознание сохраняется. Павел хочет сказать: «Если человеческое сознание затемнено после смерти через грех и виновность или от их последствий, — это означает, что грех и виновность реально оглушают человека, они затемняют его душу и дух».

2

Материалистическое сознание далеко от понимания этого. Многие современные философские исследования говорят о продолжении жизни человеческой души, поскольку можно идентифицировать с сознанием продолжение существования души после смерти. Но им трудно принять именно антропософскую концепцию. Чтобы понять эту трудность, нам стоит только направить свое внимание на соотношение таких понятий, как «виновность и грех», «карма».

3

Многие люди относятся к этому просто, говоря, что они верят, что карма — это долг, который заключен в прежних инкарнациях и уплачивается позже, и что в ходе инкарнаций этот долг приблизительно погашается. Здесь начинается трудность. Эти люди обычно говорят: «как это согласовать с христианским понятием о прощении грехов через Христа?» Действительно, идея о прощении грехов через Христа интимно связана с истинным христианством. Достаточно только подумать о таком примере. Христос на кресте между двумя разбойниками. Разбойник с левой стороны издевается над Христом, разбойник с правой стороны говорит иное, хотя оба заслужили распятие по справедливому решению суда. Разбойник справа взывает ко Христу: «Помяни меня, когда придешь во Царствие Твое!» И Христос ему отвечает: «Истинно говорю тебе, сегодня же будешь со Мною в Раю!» Невозможно истолковать эти слова иначе или вычеркнуть их из Евангелия. Трудность возникает от вопроса: если этот разбойник очистился от своей кармы благодаря прощению Христа, то что значили слова: «Сегодня же будешь со мною в Раю»? Оппонент может сказать, что разбойник справа очистился уже от своих грехов этой смертью на кресте и что то же самое должно быть и для левого разбойника.

4

Почему же Христос сделал это различие между разбойниками? Эта трудность все же разрешается, если мы более глубоко исследуем христианство через духовную науку.

5