***

С вступлением в земное развитие Христа этому развитию был придан совершенно новый характер. Это прослеживается уже по внешним историческим фактам. В первые эпохи послеатлантического развития люди очень хорошо понимали: «Над нами находится не только материальный Марс, но то, что мы видим в качестве Марса, Юпитера или же Сатурна – всё это есть выражение духовных сущностей». Впоследствии такое воззрение оказалось полностью забытым. В человеческом представлении небесные тела сделались исключительно телами, о которых следует судить в соответствии с физическими свойствами. И в средневековье люди усматривали в звёздах лишь то, что способны были видеть глаза: сферу Венеры, сферу Солнца, Марса и т. д. вплоть до сферы неподвижных звёзд; а далее шла ещё восьмая сфера, словно синяя, нерушимая стена позади. Затем явился Коперник и пробил брешь в том представлении, что ориентироваться следует лишь на то, что видят органы чувств. Разумеется, теперешние учёные-материалисты могут сказать: «Появляются тут такие сумасброды, которые утверждают, что мир – это майя, иллюзия, и необходимо вглядеться в духовный мир, чтобы познать истину, между тем как на самом-то деле истинная наука – та, что ограничивается чувствами и фиксирует то, что говорят чувства». И когда же это астрономы полагались исключительно на чувства? Как раз тогда, когда господствовала та астрономическая наука, которая ныне ожесточённо оспаривается!

34

Когда Коперник начал размышлять над тем, что имеет место в космическом пространстве за пределами того, что представляется чувствам – лишь тогда-то и появилась на свет современная астрономия как наука. И таким же образом, по сути, обстоит дело со всеми науками. Повсюду, где возникала наука в наиболее современном смысле этого слова, она появлялась в противоречии кажимости, создаваемой чувствами. Когда Коперник объявил^* : «То, что вы видите – это майя, обман; полагайтесь же на то, что вы видеть не можете!» – тогда и возникла наука, которую ныне признают в качестве таковой. Так что представителям теперешней науки можно было бы сказать: «Ваша наука сама сделалась "наукой" лишь тогда, когда она более не желала полагаться на чувства». Явился Джордано Бруно как философский толкователь учения Коперника. Он устремил взгляд в космическое пространство и провозгласил^** : «То, что именовали границей пространства, что полагали в качестве восьмой сферы, которая всё пространственно ограничивает – это никакая не граница. Это майя, кажимость; ибо в мировое пространство излилось бесчисленное количество миров». То, что прежде принимали за границу пространства, отныне сделалось границей чувственного мира человека. Обратим взор за пределы чувственного мира, и если мы перестанем видеть мир таким, каким его показывают исключительно одни чувства – тогда-то мы познаем также и бесконечность.

^* Когда Коперник объявил : см. «De revolutionibus orbium coelestium libri VI», 1543.
^** Джордано Бруно как философский толкователь учения Коперника… провозгласил : см. «De l’infinito universo et mondi», 1584. По-нем.: «Vom unendlichen All und den Welten» в «Gesammelte Werke», перевод и издание Ludwig Kuhlenbeck, Bd. 3, Jena 1904. О Бруно как философском истолкователе учения Коперника см «Предисловие издателя», ук. соч., S. XII-XXIV.

35

Отсюда выясняется, что ход развития человечества был таким, что человек исходил из первоначального духовного узрения космоса, а с течением времени воззрение это было утрачено. На его место заступило исключительно чувственное представление о мире. Тут в развитие вмешался импульс Христа. Благодаря ему человечество побуждается к тому, чтобы вновь напечатлеть на материалистическом мировоззрении духовное. В тот самый момент, когда Джордано Бруно разорвал оковы чувственной кажимости, Христово развитие продвинулось настолько далеко, что в нём смогла проявиться душевная энергия, воспламенённая этим импульсом Христа. Это указывает на всё значение вживания Христа в целостное развитие человечества. Развитие, в начале которого, собственно говоря, человечество теперь и находится.

36

К чему же, таким образом, стремится духовная наука?

37

Она завершает труд, предпринятый для внешней материальной науки Джордано Бруно и другими, поскольку она говорит: «Майя, иллюзия – всё то, что может познать внешняя наука». Как прежде люди заглядывали вплоть до «восьмой сферы» и полагали, что пространство конечно, так и нынешнее мышление полагает, что человек заключён между рождением и смертью. Однако духовная наука расширяет взгляд за пределы рождения и смерти.

38

Благодаря таким идеям возможно становится обозреть целостную цепь развития человечества. И то, что свершили для пространства как преодоления чувственной кажимости Коперник и Джордано Бруно, в подлинном смысле слова было уже заложено в инспирациях того духовного направления, которому следует также и новая духовная наука или теософия. То, что можно было бы назвать новой эзотерикой, таинственным образом оказывало действие на Коперника, Бруно, Кеплера и других. Те же люди, которые придерживаются ныне позиций Джордано Бруно и Коперника, но теософию принимать не желают, предают свои же собственные традиции, поскольку желают придерживаться чувственной кажимости. Между тем духовная наука показывает: подобно тому, как Джордано Бруно прорвался сквозь синий небосвод, так и эта наука преодолевает для человека границы рождения и смерти, поскольку она показывает, как ведущий происхождение из макрокосмоса человек живёт в материальном бытии, а через смерть – вновь вступает в макрокосмическое бытие. И то, что мы в ограниченном масштабе наблюдаем для каждого отдельного человека, с тем же самым, но уже в громадных размерах, мы сталкиваемся у представителя космодуха, у Христа Иисуса. Тот же импульс, что был задан Христом, мог быть дан лишь однократно. Только раз космос в целом мог отразиться таким образом; ибо та констелляция, что имела место тогда, не повторяется никогда. Констелляция эта должна была действовать через одно человеческое тело, дабы она могла сообщить свой импульс на Земле. Точно так же, как эта же самая констелляция никогда не наступит во второй раз, так же и Христос пришёл к воплощению только однажды. Лишь когда человек не ведает о том, что Христос является представителем всего мироздания, когда он не в состоянии прийти к этой идее Христа, основные части которой даются нам благодаря духовной науке – лишь тогда человек в состоянии утверждать, что Христос может неоднократно являться на Землю.

39

Так вот и обнаруживается, каким образом идея Христа возникает из новой духовной науки или теософии, которая на обновлённый лад показывает человеку его родство со всем макрокосмосом в целом. В самом деле, чтобы действительно познать Христа, существует потребность в тех инспирирующих энергиях, что являются теперь благодаря тем же самым древним египетским и халдейским сверхчеловеческим сущностям, которыми руководил Христос. Необходима такая вот новая инспирация, инспирация, подготовленная великими эзотериками средневековья, начиная с XIII в., инспирация, которая отныне всё в большей и большей степени должна становиться достоянием общественности. Если человек надлежащим образом подготовится в своей душе, в смысле этой науки, к познанию духовного мира, он окажется способен и к яснослышанию, и к ясновидению, внимая тому, что открывают древние халдейские и египетские силы, ставшие теперь духовными лидерами под водительством существа Христос. И то, что в один прекрасный миг обретёт из этого человечество, могло лишь подготовляться в первые столетия христианства – и вплоть до нашего времени. Поэтому мы можем сказать: в будущем в сердцах людей поселится такая идея Христа, которую просто не с чем сравнить – по её величию – из всего того, что человечество познало (как полагало оно само) до сих пор. То, что благодаря Христу возникло в качестве первого импульса и существовало до сих пор как представление о нём, причём даже у лучших представителей принципа Христа, – было лишь подготовкой к действительному познанию Христа. Было бы чрезвычайно странно, однако всё же можно представить, что тех людей на Западе, которые пожелали бы выразить идею Христа в таком смысле, примутся упрекать, что они оставили почву западной христианской традиции. Ведь этой западной христианской традиции совершенно недостаточно для того, чтобы постигнуть Христа на ближайшее будущее.

40

Базовые предпосылки западной эзотерики позволяют нам наблюдать, как духовное руководство человечества постепенно перетекает в такое, которое в подлинном и настоящем смысле можно было бы назвать руководством, происходящим из импульса Христа. То, что выступает теперь в качестве новой эзотерики, будет неспешно втекать в человеческие сердца; и духовное руководство человеком и человечеством будет осознанно всё в большей степени представать именно в таком свете. Нужно как следует уразуметь, как вообще-то изначально влился в человеческие сердца принцип Христа, а именно благодаря тому, что Христос странствовал по Палестине в материальном теле Иисуса из Назарета. Люди, которые тогда постепенно всецело исполнились доверия в отношении материального мира, смогли воспринять здесь импульс, соответствовавший их понятиям. Затем благодаря инспирации новой эзотерики тот же самый импульс действовал так, что смог инспирировать такие умы, как Николай Кузанский, Коперник, Галилей, так что, например, Копернику удалось выступить с утверждением: «Чувственная кажимость не в состоянии дать нам истину относительно Солнечной системы; если мы желаем отыскать истину, нам следует искать позади чувственной кажимости». Тогдашние люди, причём это относится даже и к таким умам, как Джордано Бруно, ещё недостаточно созрели для того, чтобы сознательно влиться в новое эзотерическое течение. Джордано Бруно возвестил торжественно и энергично^*: «Когда человек через рождение вступает в существование, перед нами макрокосмическое начало, сконцентрировавшееся в качестве монады; а когда человек проходит через смерть, монада вновь распространяется вширь; то, что оказалось соединено воедино в теле, распространяется по мирозданию, чтобы вновь собраться воедино на иных ступенях бытия – и снова распространиться». Тогда из Джордано Бруно, совершенно в духе новой эзотерики, заявляли о себе грандиозные представления, пускай даже это делалось робко и нечётко.

^* Джордано Бруно возвестил торжественно и энергично : относительно монадологии Бруно и его учения о перевоплощении см. лат. трактаты «De monade», «De minimo» и ит. «De la causa, principio, et uno», 2-й диалог (ук. соч., Bd. 4, S. 44-46, прежде всего S. 60 ff.), «Spaccio della bestia trionfante», пояснительный трактат Ноланца (ук. соч., Bd. 2, S. 22 f.), «Cabala del cavallo Pegaseo», 2-й диалог (ук. соч., Bd. 6, S. 46 f.), и документы процесса инквизиции против Бруно (ук. соч., Bd. 6, S. 184 f. и 230 f.).

41

Не обязательно, чтобы духовные влияния, руководящие человеком, делали это непременно так, чтобы человек постоянно давал себе относительно них отчёт. Поместим, например, человека Галилея в Пизанский собор^*. Тысячи и тысячи людей видели там старинное паникадило, однако они не увидели его так, как Галилей. А вот он заметил, как раскачивается паникадило, и сравнил частоту качаний с ритмом своего пульса. Так он установил, что паникадило раскачивается с упорядоченным ритмом, подобным ритму сердечного пульса. На этом основании он открыл «законы маятника» – в смысле уже новой физики. Тот, кто знаком с современной физикой, знает, что без принципов Галилея она была бы невозможна. Такое воздействие оказывало тогда то, что заявляет о себе в духовной науке теперь; Галилей установил это в Пизанском соборе перед качающимся паникадилом, и современная физика обрела свои принципы. Так, таинственным образом, оказывают своё действие руководящие силы человечества.

^* Галилея в Пизанский собор : ученик и первый биограф Галилея Винченцо Вивиани описывает в своём сочинении «Racconto istorica della vita di Galileo» (1654) это наблюдение раскачивающейся люстры, свисавшей с купола, сделанное Галиеем во времена учения (ок. 1583) в Пизанском соборе.

42

Теперь мы входим в эпоху, когда люди должны также осознать эти руководящие силы. Мы будем всё яснее и яснее понимать, что должно произойти в будущем, если верно усвоим, что именно оказывает своё инспирирующее действие в качестве новой эзотерики, и что указывает на то, что те же самые духовные существа, на которых указывали древние египтяне, когда греки спрашивали их об учителях, что эти же самые существа, которые правили тогда как боги, теперь вновь приходят к власти, однако на сей раз желают подчиниться руководству Христа. Люди будут всё с большей силой ощущать, что они в состоянии восстановить то, что являлось дохристианским – с большим блеском и размахом, на более высокой ступени. Современности необходимо сознание, причём сознание укреплённое, ей потребны высочайшая ответственность и долг в отношении познания духовного мира. Но всё это может овладеть нашими душами лишь в том случае, если мы постигнем задачи духовной науки в указанном смысле.

43