На том ложном пути, о котором шла речь вчера, исходным пунктом берется именно то, что было человеку прежде всего дано как личное содержание. Но что, если это содержание вообще еще должно быть доказано посредством оккультного по знания, если оно не установлено заранее как данное? - Как раз эту точку зрения должен принять тот, кто исходит из розенкрейцерских принципов. Мы должны принять, что, например, в том, что свершилось как Мистерия Голгофы, мы вообще не в состоянии выводить что-либо заранее, если опираемся только на внешние материальные документы; потому что эти факты мы должны познать сна чала оккультным путем, а не предполагать их заранее. Поэтому здесь исходят из общечеловеческого начала, из того, что может быть оправдано душой.

28

Скажем, обращенный к величественному миру взор, любующийся откровением солнечного света и чувствующий, что то, что глазом воспринимается как свет, является лишь внешним покровом этого света, внешним откровением или, как говорится в христианской эзотерике, великолепием, славой света, и затем самоотдача мысли, что за внешним физическим светом должно таится нечто совсем иное это будет общечеловеческий подход. Представить себе, созерцать разлитый в пространстве вселенной свет, а затем уяснить себе, что в этом разлитом элементе света должно жить духовное начало, ткущее через пространство эту световую ткань, кон центрироваться на этой мысли, жить в этой мысли - здесь мы имеем нечто, что является всецело общечеловеческим, что вызвано не догмой, а общечеловеческим ощущением.

29

Или дальше: почувствовать тепло в природе, почувствовать, как с теплотой в мире вершит нечто, что содержит в себе дух; и затем с определенным, родственным этому в нашем собственном организме ощущением любви сконцентрироваться на мысли о том, что пульсирующее через мир тепло может быть духовным - затем углубиться в то, что мы можем узнать об этом из тех интуиции, которые нам даются современным тайноведением, и затем при слушаться к тому, что нам могут сказать по этому поводу сведущие в этой области: как следует правильно концентрироваться на мыслях, которые являются мировыми, космическими мыслями. Затем облагораживание, очищение моральных ощущений -тем самым мы приходим к пониманию, что то, что мы ощущаем как моральное начало, является реальностью, и этим мы избавляемся от предрассудка, что наши моральные ощущения могли бы быть лишь чем-то преходящим. Нам становится ясно: то, что мы сейчас ощущаем, это живет как моральное начало, как моральная сущность дальше. - Здесь человек научается чувствовать ответственность перед сознанием своей включенности в мир со всем тем, чем являются его моральные чувства. В сущности, вся эзотерическая жизнь направлена на такое общечеловеческое начало.

30

Сегодня должно быть изложено то, чего мы достигаем, упражняясь в том смысле, как это доступно самой нашей человеческой природе, когда мы исходим из нее в разумном самосозерцании. Та кой путь приводит нас к тому, что нам удается ослабить связь между физическим телом и телом эфирным и достичь другого познания, нежели то, которого мы достигаем обычно. Мы как бы рождаем в самом себе второго человека, и становясь более свободными от физического тела, чем это бывает обычно, в возвышенные мгновения жизни переживаем в нем как бы во внешней оболочке эфирное тело и тело астральное, этим самым сознавая себя освобожденными от организма физического тела. Вот чего мы таким образом достигаем. Мы тогда приходим, конечно, к тому, чтобы увидеть физическое тело в его истинном существе и познать, чем мы ему обязаны, когда находимся внутри него. Все влияние, которое имеет на нас физическое тело, мы замечаем лишь тогда, когда в некотором отношении выходим из него. Как змея, сбросившая кожу, может рассматривать ее извне, тогда как в противном случае она ее ощущает как часть своего существа, так лишь на этой первой ступени инициации мы учимся переживать себя свободными от нашего физического тела и тем самым начинаем познавать его. В эти мгновения нас охватывают совсем особые ощущения, которые пока можно описать следующим образом.

31

Путь к инициации настолько богат переживаниями, что еще не все может быть описано. В "Познании высших миров" вы найдете многое, но далеко не все. То, что мы сначала можем пережить, и что может пережить почти всякий, кто из внешней жизни вступает на путь познания, это ощущение, которое можно выразить в следующих словах: это физическое тело, как оно существует, каким оно мне является - я его не строил сам. Я действительно не создавал его сам, это физическое тело, силой которого я притянут к тому, чем стал в мире. Если бы его у меня не было, то это "я", к которому я сейчас взираю как к моему великому идеалу, не было бы связано со мной. Тем, кто «я есмь», я стал лишь благодаря тому, что получил это физическое тело как необходимую часть моего существа.

32

Из такого переживания, что ты стал тем, кем ты стал, поднимается словно бы неприязнь, горечь по отношению к силам вселенной. Легко сказать: я, мол, не хочу ощущать этой неприязни! Но когда перед нашим взором подымается все величие - хотя и грустное - того, чем мы стали благодаря всему характеру нашей связи с физическим телом, то это действует настолько подавляюще, что мы испытываем чувство неприязни, ненависти, горечи по отношению к силам вселенной, что мы стали такими. Здесь наше оккультное воспитание должно быть уже настолько продвинуто, чтобы мы были в состоянии преодолеть эту горечь и, находясь уже на более высокой ступени развития, сказать себе, что всем нашим существом, нашей индивидуальностью, которая уже прошла путем перевоплощений, мы все же ответственны за то, чем стало наше физическое тело.

33

Когда мы преодолели эту горечь, то нам остается ощущение, которое уже часто описывалось: теперь я знаю, что я сам есмь тот, кто выступает в измененном облике моего физического бытия. Это я сам! Только прежде, когда это меня подавляло, я не знал своей физической сущности.

34

Здесь нам предстоит значительнейшая встреча со Стражем Порога. Если мы продвинулись до этой ступени, если мы достигли путем наших строгих упражнений только что указанного переживания, то из сил всей нашей общей человеческой природы мы достигаем того, что мы узнаем самих себя, узнаем наш современный облик как результат предшествовавших инкарнаций. Но мы узнаем также, что мы способны ощутить глубочайшее страдание и должны пробиться через него к преодолению наше го современного бытия. И перед всяким, кто уже достаточно продвинулся и кто со всей интенсивностью прошел через эти ощущения, кто увидел Стража Порога, неизбежно предстает один имагинативный образ - образ, который он не вызывает по собственной воле, как это происходит в иезуитизме, силой того, что изложено в Евангелиях, но который является результатом его общечеловеческого переживания самого себя. Ему сам собой предстает в образе божественный идеал Человека, подобно нам живший в физическом теле, но и ощущавший подобно нам в этом физическом теле все то, на что способно это физическое тело. К нам подступают искушения и перед нами встает картина искушения, которая нам описывается в синоптических Евангелиях - о возведении Христа Иисуса на гору, о предложении ему всех внешних благ мира; желание удержаться  при  внешних  реальностях,  искушение остаться связанным с материей, словом, искушение остаться при Страже Порога и не пойти дальше все это предстает нам в великом идеальном образе, который выступил бы перед нами и в том случае, если бы мы даже никогда не слышали об Евангелиях: в образе Христа Иисуса на вершине горы и искусителя рядом с ним. И в этот момент мы знаем, что тот, кто описывал сцену искушения, описывал свой собственный опыт; что он в духе видел Христа Иисуса и искусителя. Мы узнаем, что это истина, истина в духе; что тот, кто писал Евангелия, изложил нечто, что мы сами можем пережить, даже ничего не зная об Евангелиях.

35

Так наш путь подводит нас к образу, тождественному с евангельским; мы сами завоевываем себе содержание Евангелий. Здесь ничего не навязывается, но извлекается из глубин нашей природы. Мы исходим из общечеловеческого и нашей оккультной жизнью заново рождаем Евангелия, чувствуя себя едиными с евангелистами.

36