Предмет, о котором сегодня пойдет речь, повсюду возбудил в наши дни всеобщий интерес; поэтому представляется совершенно оправданным рассматривать эту тему и с антропософской точки зрения, с которой я сам уже не раз имел возможность в этом городе обсуждать эту и другие темы. Конечно, та форма, в которой эта тема сегодня повсюду в наши дни понимается и становится популярной, далека от антропософской точки зрения. С одной стороны можно сказать, что антропософия как таковая является сегодня еще мало понятым и мало популярным делом, тогда как с другой стороны, следует, видимо, обратить внимание на то, что именно антропософское рассмотрение предмета, который нас сегодня занимает, является необычайно трудным. Человеку современности трудно настроить свое сердце и свою душу так, чтобы могли быть полностью поняты и по заслугам оценены антропософские истины об относительно близких вещах духовной жизни; тем более, что современное сознание оказывает внутреннее сопротивление, когда с точки зрения антропософии или духовной науки рассматривается тема, которая действительно требует от использовать эту духовную науку или антропософию, тончайшим образом направив её на труднейшие и в то же время священнейшие предметы человеческого размышления. К последним принадлежит то, что мы сегодня должны обсудить.

1

Исходить же можно из того, что сущность, которая должна встать в центре наших рассмотрений, уже многие столетия является центром всего чувствования и мышления человека; к тому же в душевной жизни человека она вызвала разнообразнейшие суждения, ощущения и воззрения. Ибо сколь непоколебимым в течение столетий предстает для неисчислимого множества людей нечто, что сопряжено с именем Христа или также с именем Иисуса, столь же разносторонен образ Христа и также образ Иисуса, волновавший души, занимавший мыслителей в ходе столетий со времени событий в Палестине. Всегда было так, что образ Христа модифицировался в соответствие с общим мировоззрением, с тем, что в определенное время чувствовалось, ощущалось и рассматривалось как истинное. Это привело к тому, что в течение 19 столетия - уже подготовленное многими мыслями и духовными устремлениями восемнадцатого столетия, то, что могло быть охвачено в духе как Христос, отступило перед тем, что в девятнадцатом и двадцатом столетиях называют историческим Иисусом. Но если брать исторического Иисуса, вокруг которого сегодня возникли далеко простирающиеся споры, то именно в этом городе, в Карлсруэ^* , у него есть значительнейшие представители, неутомимые поборники. Поэтому будет правильно в нескольких словах указать на то, как обстоит дело с этими спорами прежде, чем перейти к Христу Иисусу.

^* исторического Иисуса... именно в этом городе, в Карлсруэ...Речь идет главным образом об Артуре Древсе (1865-1935), профессоре Высшей Технической Школы в Карлсруэ, его книге "Мифы о Христе", 2т, 1910 и 1911, и его докладе "Историческая ли личность Иисус?", опубликованном в 1910г. под названием "Жил ли Иисус?". Об актуальности вопроса историчности Иисуса свидетельствует также статья Давида Хоффмана "Жил ли Иисус? - Заметки исследователя жизни Иисуса" и др. - перечень можно найти в библиотеке Р. Штайнера.

2

Можно сказать: под впечатлением того духовного течения, которое все, что относится к духовной жизни, рассматривает чисто внешне, в зависимости от того, что может считаться незыблемым из внешних документов - под впечатлением этого духовного течения пришли к тому, что девятнадцатое столетие обозначало как исторического Иисуса. Что же должно рассматриваться в качестве этого исторического Иисуса? Здесь принимают в расчет то, что как таковое позволяет определить себя в силу внешних исторических источников: что соответствующая личность, о которой сообщает начало нашего летоисчисления, находилась в Палестине, затем умерла и снова воскресла для верующих. В полном соответствие с характером и природой нашей завершающейся эпохи, религия при теологическом исследовании всегда ограничивается тем, что считают возможным установить из исторических источников подобно тому, как из прочих исторических источников устанавливается какое-либо событие мировой истории.

3

Какие же исторические источники прежде всего берутся во внимание? Мне не нужно подробно объяснять - так как именно здесь, в Карлсруэ, берет начало историческое исследование Иисуса - что можно, согласно суждению одного из значительнейших знатоков^*, уместить на четверти листа все исторические предания, не содержащиеся в Новом Завете. А то, что содержится об историческом Иисусе в каких-либо источниках - у Иосифа Флавия^** или у Тацита^*** — это легко опровергнуть; ведь с точки зрения общепризнанной сегодня исторической науки, использовать эти сведения нельзя. Таким образом, для исследования Иисуса остаются лишь Евангелия Нового Завета, и то, что стоит в Посланиях Павла.

^* согласно суждению одного из значительнейших знатоков... Выражение о "четверти листа" употребил Адольф фон Харнак (1851-1930) в книге "Существо христианства", Лейпциг 1901.

^** Иосиф Флавий 37-95гг., греческий историк иудейского происхождения.

^*** Тацит Публий Корнелий, ок. 55-120гг., римский историк, см. "Анналы".

4