Когда в нашей душе пробуждаются силы так, что мы уже не можем иначе, как из любви произвести то, что мы сделать должны, тогда мы в себе самих открываем нечто, что должно всё более и более распространяться в шестой культуре. А этим мы для человеческой природы раскрываем совершенно особенные силы также эфирного тела.

75

Если мы хотим понять, что там всё более и более будет вступать, то мы должны это рассмотреть с двух сторон. Одной стороной является такая, что придёт нечто, что сегодня только именно лучшими духами может мечтаться, но пока не имеется, это совершенно определенное отношение к моральности, нравственности, этике и интеллектуальности, понятливости.

76

Сегодня некто может ещё быть относительно великим мошенником и сравнительно умным, смышленым человеком, и он может свой ум и сообразительность использовать для того, чтобы как можно больше и лучше совершить жульничеств.

77

Сегодня ещё нет необходимости, чтобы в душе мера ума соответствовала такой же мере моральности. Со всеми вещами, которые описываются, как для будущего предстоящие, будет связано ещё иное, что, когда мы в это будущее вживёмся, эти обе вещи в человеческой душе не смогут больше быть раздельными, не смогут состоять в различной мере, а так, что человек, который через свою предыдущую инкарнацию собрал нечто на свой жизненный счёт, что его может сделать особенно умным человеком, но, если он был аморальным в своём жизненном счёте, когда он войдёт в новую инкарнацию, его разумность сохранится ослабленной.

78

Так что в той самой мере, в какой он мог бы быть разумным будучи моральным для следующей инкарнации, при врастании в эту инкарнацию через общие мировые законы он будет сделан глупым, так что глупость и аморальность всё более и более должны будут наступать вместе.

79

Аморальность будет действовать на разумность ослабляющим, уничтожающим образом. Другими словами, мы приближаемся к периоду времени, когда моральность и то, что сейчас характеризуется для шестого послеатлантического периода, как проникновение внутрь света сил любви эфирного тела в «Я-душу», в сущности означает такие силы, которые имеют дело с гармонизацией сил разумности и моральных сил.

80

Это одна сторона, на которую мы обратили внимание. Другой является то, что только через такую гармонию между моральностью, нравственностью и умом может быть понята Мистерия Голгофы в её полно-глубоком смысле. И это будет происходить благодаря тому, что всё более тот учитель, который уже людей подготавливал к событию Мистерии Голгофы прежде явления Христа на Землю, развил себя в своих следовавших друг за другом инкарнациях до великого учителя величайшего земного события.

81

Эта индивидуальность, которую мы называем преемником Гаутамы-Будды в отношении достоинства Бодхисатвы, была инкарнирована в личности, которая жила примерно за сотню лет до начала нашего летоисчисления и имела имя Йешуа бен Пандира.

82

Этот Йешуа бен Пандира имел некоторое количество учеников, среди которых также одного, который уже в то время пророчески записал в определенном смысле Евангелие от Матфея. Его нужно было затем только обновить, когда разыгралась Мистерия Голгофы. И всё снова эта индивидуальность воплощалась и всё снова вступала. И она будет всё снова вступать так долго, пока не возвысится от достоинства Бодхисатвы к достоинству Будды.

83

Это произойдёт примерно в пятом тысячелетии от начала нашего летоисчисления. Тогда будет достаточно большое число людей с теми способностями, о которых говорилось. И тогда будет в ходе примечательной инкарнации, которую будет проделывать та индивидуальность, которая однажды была Йешуа бен Пандира, этот великий учитель человечества, Бодхисатва придёт к тому, что сможет совершенно иным образом действовать интерпретатором Мистерии Голгофы, чем это возможно сегодня.

84