Это не все. Христос должен был также подумать: "Природа Петра, вся его конституция таковы, что в нем живет сила, еще не запятнанная всем тем, что проникла в сознание действием в нем враждебного духа, и она настолько могущественна, эта человеческая подсознательная сила, что, положившись на нее, он может строить на ней. Эта сила преобладает в нем. Та же сила живет и во всяком человеке, но живет бессознательно и разовьется лишь в будущем. Если то, что Я могу дать человечеству, если Мой импульс должен распространяться и овладевать человеком, он должен строиться на том, что только что высказал Петр: "Ты Христос, Ты - Сын Бога живого". На этой скале души человеческой, которую еще не загрязнили и не затронули разнузданные силы прибоя - уже сформировавшегося сознания, - на том, что выражено в этих словах как сила Отца, Я построю все то, что постепенно разовьется как дарованный Мною человечеству импульс". Лишь бы только люди развивали в себе это начало, и тогда человечество воплотит импульс Христа. Все это заключено в словах: "Ты камень, и на этом камне Я воздвигну то, что станет человеческой общностью, объединением людей, приверженных импульсу Христа".

30

Не следует относиться поверхностно к этим словам Евангелия от Матфея, ставшим предметом дискуссий почти всего мира. Их нужно только понимать, воссоздавая их смысл со всей мудростью, которая и есть мудрость мистерий.

31

И тотчас же вслед за этим нам провозглашается недвусмысленно и точно: Христос действительно собирается и будет строить на глубоких и неосознанных силах, живущих в Петре. Христос переходит к рассказу о грядущих событиях. Он начинает говорить об истории Голгофы. Тот миг, когда Петр выразил в словах самые сокровенные силы души, - уже позади; теперь его слова подсказаны сознанием. И с этого мига он утрачивает понимание Христовых слов; он не в состоянии поверить в неизбежность страданий и смерти Христа. И Христос вынужден призвать его к порядку, говоря: "Теперь уже не Бог говорит в тебе, теперь в тебе говорит человеческое, - то, чему не подобает расти, что исходит от иллюзорных учений, от Аримана, что принадлежит Сатане! Ты позоришь Меня, ибо желания твои - не божеские, но человеческие" (Мф. 16, 23). Христос приравнивает Петра к Сатане; он намеренно дает Ариману имя Сатаны, тогда как в Библии все люциферическое именуется "Дьявол". Но для того заблуждения, в которое впал Петр и в котором он упорствует, Христос применяет совершенно правильное имя.

32

Вот как в этом месте действительно обстоит дело. А что из всего этого сделала современная критика? Она считает, что невозможно, чтобы Христос в один прекрасный день сказал Петру: "Ты один понял, что перед тобой Бог", - а вслед за тем тотчас же обозвал его Сатаной. И тогда критики заключают, что имя "Сатана", якобы адресованное Петру, было впоследствии вставлено в текст и текст таким образом подвергся фальсификации. Но дело в том, что все филологические домыслы, на которые критики пускаются по поводу этих слов, уже ровно ничего не стоят. И только беспристрастное понимание Библии позволит действительно выявить исторические корни подобных памятников.

33

Но между двумя процитированными мною текстами есть еще и третий. И мы сможем его понять, только если припомним очень древнее учение мистерий (древнее, хотя и вечно новое); согласно этому учению, человек, каким он существует на Земле, представляет собой не только человеческую единицу, но и всю общность человечества, своего рода образ того, что пребывает во Вселенной, во всем макрокосме.

34

Мы говорили уже о генеалогии Иисуса из Назарета. Мы видели, что слова, обращенные к Аврааму, в действительности означают: "В твоих потомках отобразится ход светил небесных". Положение в небе двенадцати созвездий и ход планет по знакам Зодиака должны повториться в двенадцати коленах и в событиях истории еврейского народа через трижды четырнадцать поколений. В смене поколений, в особом наследии, передаваемом через кровь двенадцати поколениям, должны отобразиться макрокосмические соотношения. Вот что было сказано Аврааму.

35

В ту минуту, когда Иисус Христос стоит перед Петром, сокровенная природа которого только что признала в Нем Сына Бога живого, - в эту самую минуту Христос понимает, что Он может возвестить всем окружающим Его, что отныне на Земле должен установиться новый порядок, новый строй. Если для Авраама космический строй отражался в кровных связях, теперь новый моральный строй должен отразиться в том, чем станет человек благодаря своему "я". Когда люди поймут существо Христа, создадутся общины, ассоциации, построенные не на общности крови, но от души к душе протянутся нити, связующие людей в любви. В еврейской крови, передававшейся через поколения, отражались макрокосмические структуры, - точно так же, как и то, что развязывало, разъединяло род человеческий, имело свой прообраз в том, что господствовало на Небе. Отныне же то, что соединяет людей, - и что соединяет их в любви, - должно исходить из импульсов сознательного "я".

36

Именно это и значат слова, которые говорит Христос Петру после слов о камне: "И то, что ты свяжешь на Земле (что будет связано силами сокровенной природы), будет отвечать тому, что связано на Небе, а что та же природа развяжет здесь, на Земле, будет также развязано на Небе". В древние времена весь смысл человеческих отношений строился на общности крови; но с тех пор люди все больше и больше должны объединяться связями духовными и моральными. Так, если какой-либо человек создаст общество, оно приобретет в его глазах огромную значимость. С точки зрения антропософской мы сказали бы, что карма этого человека соединилась с кармой общества.

37