О том, откуда возникает опасность при имагинативном познании, уже было сказано в моей книге «Как достигнуть познания высших миров?». Она возникает в связи с тем, что при вступлении в этот мир человек некоторым образом теряет почву под ногами. То, благодаря чему он сохранял устойчивость в материальном мире, сначала им, как кажется, совершенно утрачивается. Воспринимая что-нибудь в этом материальном мире, задаешься вопросом: откуда это восприятие происходит? Большей частью это происходит бессознательно. И все же и на «бессознательном» уровне нам ясно, что причиной восприятий являются предметы «в пространстве вне нас». Цвета, звуки, запахи исходят от этих предметов. Не приходится наблюдать свободно парящих цветов, слышать звуков, не сознавая при этом к каким именно предметам относятся эти цвета, каковы их свойства, от каких предметов исходят звуки. Это сознание, что их причиной являются предметы и существа, дает материальным восприятиям и вместе с тем и самому человеку устойчивость и твердую основу. Если у кого-то возникают восприятия без внешней причины, заговаривают о анормальных, болезненных состояниях. Такие беспричинные восприятия именуют иллюзиями, галлюцинациями, видениями.

7

Так вот, если смотреть на имагинативныи мир со стороны, весь он поначалу представляется состоящим из таких галлюцинаций, видений и иллюзий. На стр. 68 книги «Как достигнуть познания высших миров?» (стр. 45 в русском переводе Фил., Антр. Изд., Дорнах, 1928) было показано, как через посвящение в тайную науку такие видения и пр. вызываются искусственно. Направляя сознание на зерно или на умирающее растение, мы вызываем в душе известные образы, которые поначалу не более, чем галлюцинации. «Пламенное образование», о котором там говорится, что оно может возникнуть в душе при наблюдении растения или чего-то подобного, а через некоторое время совершенно отделяется от растения, постороннему взгляду также представляется галлюцинацией. И то же самое, когда вступаешь в имагинативныи мир, имеет место при посвящении в тайную науку и дальше. То, что, как ты привык, исходит от вещей «в пространстве вне нас» или прилагается к ним как свойства, то есть цвета, звуки, запахи и т. д., теперь наполняет пространство, свободно в нем витая. Восприятия отделяются от всех внешних вещей и свободно висят в пространстве или парят в нем. Но при этом тебе совершенно определенно известно, что вещи, которые находятся перед тобой, не порождали этих восприятий, а их причина — скорее, ты сам. Так вот и получается, что ты неизбежно приходишь к выводу, что «утратил под ногами почву». В обыкновенной жизни в материальном мире надо остерегаться иметь как раз такие представления, что не происходят от вещей и которые, так сказать, «лишены почвы». Но чтобы вызвать к жизни имагинативное познание, дело в том-то и заключается, чтобы первым делом обрести краски, звуки, запахи и т. д., «свободно парящие в воздухе» в полной обособленности от всех вещей.

8

Но следующей ступенью имагинативного познания должно стать приискание новой «почвы» для ставших безродными представлений. Это-то как раз и должно произойти в другом мире, откровение которого должно свершиться теперь. Этими представлениями завладевают новые вещи и существа. Так, например, в материальном мире синий цвет «связан» с васильком. В мире имагинативном он также не может продолжать «свободное парение». Он как бы притекает к некоему существу, и прежде безродный, отныне он является выражением этого существа. Через него наблюдатель узнает нечто такое, что может быть им воспринято лишь в имагинативном мире. Таким образом, «парящие свободно» представления группируются вокруг определенных центров. Ты замечаешь, что через них существа говорят с нами. И подобно тому, как в материальном мире имеются телесные вещи и сущности, к которым «прицеплены» цвета, запахи и звуки или от которых они происходят, так теперь через них выражают себя «духовные существа». Фактически эти «духовные существа» все время здесь: они постоянно реют вокруг человека. Но они не могут ему открываться, если он не дает им такой возможности. А возможность такая дается лишь тем, что он формирует в себе способность воссоздавать в своей душе звуки, цвета и т. д. даже тогда, когда никакой материальный предмет не дает для этого повода.

9

«Духовные факты и существа» совершенно несхожи с предметами и существами материального мира. Вовсе нелегко подобрать на обычном языке выражение, которое могло бы хоть отчасти описать это различие. Возможно, мы подойдем к правде ближе всего, если скажем: в имагинативном мире все обращается к человеку так, словно являет собой непосредственную разумность, между тем как в мире материальном даже разумность может обнаружиться лишь косвенно, через материальную телесность. В том-то и заключаются свобода и динамизм имагинативного мира, что отсутствует посредующий орган внешних вещей, что духовное полностью и непосредственно проявляется в свободно парящих звуках, цветах и т. д.

10

Так что опасность, угрожающая человеку со стороны этого мира, заключается в том, что он воспринимает проявления «духовных существ», но не самих этих существ. И происходит это, до тех пор пока он остается в имагинативном мире и не поднимается в еще более высокий. Только инспирация и интуиция постепенно подводят его к самим этим существам. Но если бы тайноучитель пожелал с излишней поспешностью пробудить эти существа, не введя основательно ученика в имагинативную область, тогда бы высший мир обрел лишь призрачное и схематичное бытие. Поблекло бы все великолепие полноты образов, в каких должен раскрываться этот мир, когда ты в него действительно вступаешь. В этом причина, почему посвящаемый в тайное учение нуждается в «руководителе», или «гуру», как называют такого руководителя в тайной науке.

11