Путь к высшему познанию прослежен в книге «Как достигнуть познания высших миров?» вплоть до встречи с обоими Стражами Порога. Теперь следует изобразить еще и отношение души к различным мирам при ее последовательном прохождении по ступеням познания. Тем самым будет получено то, что можно назвать «Учением о познании тайной науки».

1

Пока человек не вступил на путь высшего познания, он знает только первую из четырех ступеней познания. Это та ступень, которая свойственна ему в обыкновенной жизни в чувственном мире. Также и в том, что по преимуществу называется «наукой», мы имеет дело только с этой первой ступенью познания. Ибо эта наука ведь только тоньше разрабатывает обыкновенное познавание, делает его более упорядоченным. Она вооружает внешние чувства инструментами: микроскопом, телескопом и т. д., — чтобы точнее видеть то, чего не видят невооруженные внешние чувства. Но ступень познания остается все-таки той же — видим ли мы вещи простым глазом в их естественную величину или исследуем мельчайшие предметы и процессы через увеличительные стекла. Также и в применении мышления к вещам и фактам эта наука остается при том, что уже свершается в повседневной жизни. Предметы классифицируют, их описывают и сравнивают между собой, пытаются воспроизвести картину их изменений и т. д. Самый скрупулезный естествоиспытатель, в сущности, занят здесь не чем иным, как дальнейшим совершенствованием по всем правилам искусства способа наблюдения повседневной жизни. Его познание расширяет свой охват, усложняется и подчиняется законам логики; но он не переходит к иному роду познаний.

2

Эта первая ступень познания называется в тайной науке «материальным родом познания». За ним следуют далее три высших ступени. Затем к ним присоединяются еще и другие. Их следует здесь описать, прежде чем следовать дальше в изображении «пути познания». Приняв обыкновенное — и вместе с ним чувственно-научное — познание за первую ступень, мы должны на первых порах различать следующие четыре ступени:
I. Материальное познание.
II. Имагинативное познание.
III. Инспирированное познание, называемое также «волевым» — «willensartige».
IV. Интуитивное познание.

3

В дальнейшем будут рассматриваться перечисленные ступени. Сначала надо уяснить, с чем имеем мы дело в этих различных родах познания.

4

При обыкновенном чувственном познании во внимание принимаются четыре элемента: 1) предмет, производящий впечатление на внешние чувства; 2) образ, который человек составляет себе об этом предмете; 3) понятие, благодаря которому человек приходит к духовному постижению вещи или процесса; 4) «Я», которое составляет образ и понятие на основе впечатления от предмета. Прежде чем человек составил себе образ - «представление», — предмет, побуждающий его к этому, уже существует. Человек не создает этого предмета, он его воспринимает. И благодаря этому предмету возникает образ. Пока мы смотрим на вещь, мы имеем дело с самой этой вещью. Отойдя от вещи, мы располагаем лишь образом. Предмет мы покидаем, образ остается, «задерживается» в воспоминании. Но нельзя остановиться только на составлении «образов». Нужно перейти к «понятиям». Если мы хотим достичь ясности, безусловно необходимо различать «образ» и «понятие». Представим, что мы видим предмет, имеющий вид круга. Затем мы отворачиваемся и удерживаем образ круга в памяти. «Понятия» круга здесь у нас еще нет. Оно появляется лишь тогда, когда мы говорим себе: «Круг есть фигура, все точки которой равноудаленны от центра». Только составив себе «понятие» о какой-нибудь вещи, мы приходим к ее пониманию. Существует много кругов: маленькие, большие, красные, синие и т. д.; но есть только одно понятие «круг». В дальнейшем обо всем этом будет сказано подробнее; пока что вкратце наметим лишь то, что необходимо для характеристики первых четырех ступеней познания. Четвертый момент, принимаемый во внимание при материальном познании, есть «Я». В нем реализуется единство образов и понятий. Это «Я» сохраняет образы в своей памяти. Не будь этого, непрерывной внутренней жизни не возникало бы. Образы вещей сохраняются, лишь пока сами эти вещи действуют на душу. Но внутренняя жизнь зависит от того, что восприятие следует за восприятием. «Сегодня» «Я» как-то ориентируется в мире, потому что в связи с определенными предметами в нем заявляют о себе образы таких же предметов из его «вчера». Душевная жизнь была бы абсолютно невозможна, если бы располагала образом вещи, лишь пока сама эта вещь перед нами. «Я» выстраивает единство также и по отношению к понятиям. Оно связует свои понятия и таким образом создает себе общее воззрение, то есть понимание мира. Эта связь понятий происходит в «суждениях». Существо, обладающее лишь бессвязными понятиями, не могло бы ориентироваться в мире. Вся деятельность человека основывается на его способности связывать понятия, то есть на его «суждениях».

5

«Материальное познание» стоит на том, что через свои внешние чувства человек получает впечатления от вещей и представлений внешнего мира. Он обладает способностью ощущать, или «чувствительностью». Получаемое «извне» впечатление называется также ощущением. Поэтому при «материальном познании» в соображение принимаются четыре элемента: ощущение, образ, понятие, «Я». На следующей, более высокой ступени познания впечатление внешних чувств, «ощущение», отпадает. Внешнего чувственного предмета больше нет. Таким образом, из элементов, привычных человеку при обыкновенном познании, остаются только три: образ, понятие и «Я».

6

Если нет внешнего чувственного предмета, обыкновенное познание не создает у здорового человека ни образа, ни понятия. «Я» остается здесь бездеятельным. Кто создает образы, которым должны соответствовать чувственные предметы, когда в действительности их нет, тот живет в фантастике. Но ученик тайного знания приобретает способность создавать образы даже тогда, когда никаких чувственных предметов не существует. Место «внешнего предмета» у него должен занять другой. Он должен быть в состоянии располагать образами, хотя бы даже никакой внешний предмет не затрагивал его чувства. На место «ощущения» должно заступить нечто другое. Это имагинация. На этой ступени у ученика тайного знания образы появляются совершенно так же, как если бы на него воздействовал какой-нибудь чувственный предмет; они столь же жизненны и достоверны, как и образы чувственные, только происходят не от «материального», а от «душевного» и «духовного». При этом внешние чувства остаются в полном бездействии. Ясно, что способность получать полновесные образы без чувственных впечатлений надо еще приобрести. Это происходит через медитацию, через упражнения, описанные в книге «Как достигнуть познания высших миров?». Человек, ограниченный чувственным миром, живет исключительно в круге образов, которые нашли к нему доступ лишь через внешние чувства. Имагинативный человек обладает таким миром образов, который питается из высшего мира. Необходима тщательная подготовка, чтобы в этом высшем мире образов различать заблуждение от действительности. Когда такие образы начинают вставать перед душой, человек слишком уж легко говорит себе: «Ах, это только воображение, сплошь порождения моей жизни в представлениях». Это очень даже понятно. Ибо человек привык называть «действительным» прежде всего лишь то, что без всякого содействия с его стороны дано ему благодаря прочной основе его чувственного восприятия. И ему следует еще свыкнуться с тем, чтобы принимать как «действительное» вещи, повод для которых является ему с совершенно другой стороны. И никакие меры предосторожности не будут здесь излишними, если не хочет стать фантазером. Решение относительно того, что из высшей области «действительно», а что только «иллюзия», может исходить лишь от опыта. И опыт этот приобретается в ходе мирной, исполненной терпения внутренней жизни. Прежде всего следует быть готовым к тому, что «иллюзия» играет с нами злые шутки. Везде нас подстерегает возможность появления образов, которые основываются лишь на обмане внешних чувств, на имеющих место в жизни отклонениях от нормы. Прежде всего все такие возможности следует устранить. В первую очередь нужно полностью перекрыть источники фантастического, и лишь тогда можно подойти к имагинации. И когда мы достигли этого, становится совершенно ясно, что мир, в который вступаешь таким образом, не только столь же действителен, как мир чувственный, но куда более действительный.

7