Итак, мы видим, что вифлеемский Иисус, родители которого ранее постоянно жили в Вифлееме, совершенно верно описан евангелистом Матфеем. Лука же рассказывает, что родители его Иисуса, постоянно проживавшие в Назарете, отправились в Вифлеем на перепись и что в это короткое время там родился Иисус, после чего родители возвратились снова в Назарет. В Евангелии от Матфея только указывается на то, что Иисус родился в Вифлееме и что Он должен был быть приведен в Египет, и лишь после возвращения из Египта родители его поселились в Назарете для того, чтобы Иисус, являвшийся перевоплощенным Заратустрой, был вблизи другого духовного течения, представлявшего буддизм. Так фактически были сведены эти два мировоззрения. Там, где Евангелия становятся особенно глубокими, они раскрывают нам факты во всей их сложности и глубине. Посвященные в тайны бытия люди знали, что все то, что зависит от воли и силы, от "царственного" элемента - употребляя это выражение в техническом смысле, - передается во внешнем наследовании через отцовский элемент. То же, что связано с внутренним элементом, с мудростью и внутренней живостью духа, - это передается через материнский элемент. Эту истину вы найдете часто подтвержденной в мире. Гете, глубоко заглядывавший в тайны бытия, указует на эти связи в таких словах:

В отца пошел суровый мой

Уклад, телосложенье;

В мамашу - нрав всегда живой

И к россказням влеченье.*

* "Кроткие Ксении" VI, 32. (Пер. Д. Недовича).

15

Это истина, которая столь часто подтверждается в мире. Стан, внешний облик и то, что непосредственно выражается во внешнем облике, серьезное отношение к жизни, все то, что связано с характером, - все это наследует человек от отцовского элемента. Соломонов Иисус должен был прежде всего наследовать от отцовского элемента силу, ибо его извечной миссией было низведение в мир того, что озаряет мир в пространстве божественными силами. Это чудесно выражено в Евангелии от Матфея. И факт воплощения в мир особенной индивидуальности был возвещен из духовных миров именно отцу Иосифу, а не Марии (Мф. 1, 20 - 21). За всем этим скрыты величайшие истины; эти вещи не следует воспринимать как нечто случайное. К Иисусу же натановской линии перешли внутренние качества, передаваемые по наследству от матери. Поэтому Иисус Евангелия от Луки должен был быть возвещен матери, что мы и находим в Евангелии от Луки (Лк. 1, 26 - 38). Так глубоко запечатлены события в религиозных источниках.

16

Но и во всех остальных описаниях в евангельских событиях выражены совершенно особые вещи. Человечеству должен был явиться предтеча Иисуса из Назарета - Иоанн Креститель. Приблизиться к индивидуальности Крестителя мы сможем только в ходе времени. Возьмем его сперва таким, каким он описан в Евангелиях: как возвещающий Того, Кто должен прийти в Иисусе. Он возвещает это, когда с беспредельной мощью возвещает то, что заключено во внешнем законе, в старых провозвестиях. Иоанн Креститель стремится внушить человечеству, чтобы оно держалось закона, т. е. того, что существует издревле, и что люди уже забыли, того, что уже созрело, и на что люди уже не обращают более внимания. Поэтому он должен был, прежде всего, обладать силой, свойственной зрелой, даже перезрелой душе, родившейся в мире. Он рождается от старой родительской четы, и так как у подобных родителей страсти и вожделения не играют роли, то его астральное тело с самого начала, наперекор всем силам, влекущим человека вниз, было совершенно чисто и просветлено. Это еще одна глубокая истина, явленная нам в Евангелии от Луки (Лк. 1, 18). Об этой индивидуальности заботились в великой Материнской Ложе человечества. А там, где духовными процессами руководит великий Ману, там духовные потоки направляются всегда туда, где в них нуждаются. Я, подобное Я Иоанна Крестителя, рождается в человеческом теле под руководством великой Материнской Ложи человечества - центра земной духовной жизни. Я Иоанна происходило из того же центра, из которого изошло душевное существо Младенца Иисуса Евангелия от Луки, но Иисусу было передано больше свойств, еще не пронизанных сделавшимся эгоистичным Я, т. е. молодая душа была направлена туда, где должен был воплотиться возрожденный Адам.

17

Вам покажется странным, что из великой Материнской Ложи человечества могла быть, из некоего центра направлена душа без настоящего выработанного Я. Ибо то самое Я, которого, в сущности, был лишен Иисус Евангелия от Луки, осеняет тело Иоанна Крестителя; и эти обе сущности - то, что живет как душевное существо в Иисусе Еванегелия от Луки, и то, что как Я живет в Иоанне Крестителе, - с самого начала имеют некую внутреннюю связь. При развитии человеческого зародыша в теле матери Я обычно соединяется с остальными членами человеческого существа на третьей неделе, но деятельность свою оно начинает лишь в последние месяцы перед рождением. Лишь тогда впервые Я делается внутренней движущей силой. И в обыкновенном случае, когда Я, приводя в движение человеческий зародыш, действует обычным образом, мы имеем дело с Я, происходящим из прежних воплощений. В рассматриваемом же случае с Иоанном Крестителем мы имеем дело с Я, находящимся в связи с душевным существом натановского Иисуса. Поэтому-то в Евангелии от Луки мать Иисуса направляется к матери Иоанна, находящейся на шестом месяце беременности, ибо то, что стимулируется обычно посредством собственного Я в собственной личности здесь совершается посредством другого человеческого зародыша. Ребенок Елизаветы пришел в движение при приближении к нему женщины, несшей в себе Иисуса, ибо в этом последнем было Я, которое должно было возбудить его (Лк. 1, 39 - 44). Так глубока была связь между Тем, Кто должен был осуществить слияние обоих духовных потоков, и тем, кто должен был возвестить Его миру.

18

В начале нашей эры действительно произошло нечто чрезвычайно величественное. Люди, стремясь к известному умственному удобству, не желая обременять себя многочисленными понятиями, предпочитают обычно совершенно "простые" истины; но величайшие истины доступны лишь ценою величайшего напряжения духовных сил. Если для того, чтобы описать какую-либо машину, человек должен делать значительные усилия, то нельзя требовать, чтобы величайшие истины были в то же время простейшими. Истина велика и потому она бесконечно сложна. Мы должны напрягать все наши духовные силы, чтобы постигнуть те истины, которые связаны с палестинским событием. Не следует возражать против сложности всех этих вещей; они изображены такими, каковы они в действительности, а таковы они потому, что здесь мы имеем дело с величайшим событием земного развития.

19

Таким образом, мы видим подрастающими двух детей Иисусов: один из них - сын натановских родителей; он был рожден от молодой матери (на древне-еврейском употребляют слово "альма"), ибо Тот, Который должен был действовать как юная душа, должен был родиться от совершенно юной матери. По возвращении из Вифлеема в Назарет эти родители жили вместе с сыном, других детей у них не было. Эта мать была предназначена быть матерью лишь одного Иисуса. Затем мы имеем чету других родителей из Соломоновой линии. Они после возвращения из Египта поселились в Назарете, где у них родилось еще несколько детей, упоминаемых в Евангелии от Марка: Симеон, Иуда, Иосия, Иаков и две сестры (Мф. 6, 3). Мальчики Иисусы подрастали. Ребенок, таивший в себе индивидуальность Заратустры, развивал в себе, чрезвычайно быстро созревая, те силы, которые могли быть развиты такой могучей индивидуальностью. В теле другого Иисуса действовала индивидуальность иного рода, и важнейшей в ней была Нирманакайя Будды, покоившаяся на этом ребенке. Поэтому сказано: когда родители возвратились из Вифлеема, "Младенец возрастал и укреплялся духом, исполняясь мудрости" (Лк. 2, 40), т. е. его эфирное тело пронизывалось мудростью, и "благодать Божья была на Нем". Но этот ребенок рос так, что обыкновенные человеческие способности, касательно понимания и познания внешнего мира, развивались в нем чрезвычайно медленно. Филистер назвал бы такого ребенка "отстающим", если бы обратил внимание лишь на силы понимания и познания внешнего мира. В этом ребенке развивалось именно то, что струилось из осенявшего его Нирманакайя Будды. В нем развивалась такая глубина внутреннего чувства, какая несравнима ни с чем в мире. В этом мальчике, развивалась особенная глубина чувства, необычайно действовавшая на все окружение. Итак, в натановском Иисусе возрастало глубоко чувствующее существо, в соломоновском же - существо чрезвычайной зрелости, с глубоким миропониманием.

20