Человек испытывал влияние Христа прежде, чем Христос явился на Землю. Уже когда Заратустра указывал на Аура-Маздао, уже тогда излучалась вниз сила Христа. А с другой стороны излучалась сила Люцифера. Потом они меняются местами. В грядущем, извне будет излучаться сила Люцифера, во внутреннем будет жить Христос. Человеческая организация снова должна испытывать влияние с двух сторон. Древний индус ощущал с одной стороны «Атму», с другой стороны «Брахму», и ощущал также, что видимое во внешнем есть тот самый мир, что и внутренний. Это ощущали в древней Индии как абстрактную истину, как конкретное душевное переживание это будут иметь на Земле, когда время исполнится, когда в обновленном образе, благодаря соответствующему подготовлению, снова оживет то, что, как бы заранее возвещая о себе, явилось в Древней Индии. Таков ход человеческого развития в послеатлантическую эпоху.

8

Теперь, отсюда вы видите, что существует некоторое развитие, что оно не прямолинейно, что оно протекает так же, как и развитие во вне, во внешней природе. Я привел вам в пример растение, вырастающее, но не могущее дать плода, пока развитие не получит нового вклада. Здесь вы имеете образ, показывающий вам, что должны прийти другие влияния со стороны. Прямолинейного развития не существует. Так и принципы Христа и Люцифера должны были, так сказать, пройти через друг друга. Кто ищет развития только по прямой линии, никогда не поймет мирового развития, лишь охвативший отдельные течения и видящий потом время, где эти течения взаимно оплодотворяют друг друга, может действительно понять развитие человечества. Так как в древнеиндийской культуре люди были еще иначе организованы, чем впоследствии, их человеческое видение было также другим. В наше время только тот может определенно знать, каково было в то время это человеческое видение, кто методами ясновидческого исследования сообразно нашему времени снова приобретает себе нечто подобное. Теперь это можно приобрести лишь искусственно, — тогда же было естественно, что приобреталось нечто подобное. Даже для хорошо подготовленного теософа трудно понять, чем отличались душевные переживания древней Индии от позднейших времен, и можно только постараться приблизительным образом облечь в слова это различие. Видите ли, когда в наше время человек смотрит на мир, он воспринимает его своими разнородными органами чувств. Сегодня мы не можем касаться всего, что можно было бы сказать о чувственных ощущениях в духе современной науки, — это и не должно нас интересовать, — мы можем остановиться на простом представлении, что человек воспринимает внешний мир своими различными чувствами и объединяет отдельные впечатления духовной силой, связанной с физическим мозгом. Немного поразмыслив над этим, вы, без сомнения, уясните себе, что в чувственных ощущениях есть огромная разница по отношению ко всей вашей сущности. Сравните, например, слух, ощущение слуха, с чувственным ощущением зрения. Не правда ли, для слуха довольно очевидно, что когда мы ищем во внешнем мире факты, соответствующие тому, что мы слышим, то там существует известная форма движения материи, правильно-подвижный воздух. Это мы находим во внешнем; выставляя орган нашего слуха навстречу этому правильно-подвижному воздуху, мы переживаем, так называемое, ощущение слуха. Это суть две совершенно разные вещи: внутреннее переживание слуха и то, что можно констатировать во внешнем. Взяв чувство зрения, вы увидите, что здесь вещи не лежат так просто, как при слухе. Современная физика сделала это для себя простым. Она рассуждала примерно следующим образом: возьмем, — сказала она, — более тонкое вещество, такое же подвижное во внешнем, как и воздух. Большая разница для реалистически мыслящего, что легко можно убедиться в том, что колеблется во внешнем в отношении уха. Можно легко констатировать, что во внешнем действительно что-то колеблется, там где речь идет о процессе слуха, положив на страницу бумажного человечка и проведя по струне. Но в том, что колеблется в эфире, в его бытии не может убедиться ни один человек. Это гипотеза, существующая для фантастических физических теорий, для реального мышления этого не существует. Чувственное ощущение зрения есть нечто совершенно иное. Когда мы говорим об ощущении света, тогда то, что мы воспринимаем, лежит для нас, так сказать, гораздо объективнее, чем то, что мы воспринимаем в чувстве слуха. Мы воспринимаем свет как окраску (цвета), воспринимаем его распространенным в пространстве и не можем таким же образом, как при звуке, отправляться во внешнее и искать объективных процессов, я говорю ясно: мы не можем искать соответствующих внешних процессов. Таковы различия, мимо которых легко проходит современный человек.

9

Со своим более тонким сознанием всего внешнего мира древний индус не мог бы проглядеть нечто подобное. Он воспринимал все эти тонкие внешние различия. Я хотел бы только указать, что между отдельными чувственными областями вашего существа есть характерные различия. Обратившись к немецкому языку, вы поразитесь, что одним и тем же словом обозначается внутреннее душевное переживание и, — я, правда, согласен, что это происходит лишь в неточной речи, — и впечатление, приходящее, известным образом, извне. Это слово «чувство», «Gefuhl». Вы знаете, что обычно, говоря о пяти чувствах, говорят о зрении, слухе, обонянии, вкусе и осязании, в тривиальном смысле о Sinn, подразумевая под этим Gefuhl, и причисляют переживаемое этим чувством к внешним чувственным переживаниям — Sinn, называя это «Gefuhl». Но внутреннее душевное переживание называют опять-таки «чувством» (Gefuhl), повинуясь гению языка, гораздо более духовному, чем это обычно думают. Испытывая радость, ощущая боль, вы также называете это «чувством». Это чувство, о котором сейчас идет речь, есть интимное переживание души, при другом, посредником которого является чувство осязания (Tastsinn), всегда существует внешний предмет, дающий побуждение. Так же и первое чувство может быть связано с внешним предметом, но вы можете видеть, что это побуждение не единственное уже из того, что у одного оно может выступить иначе, чем у другого. Гений языка, — сказал я, — действует здесь поистине гениально. Мы имеем два переживания: одно переживание есть нечто, связанное с внешним чувством (Sinn), а другое — связанное с внутренним. Оба они стоят, по-видимому, далеко друг от друга в современной жизни. Но не всегда это было так.

10