Мы уже коснулись вчера брака в Кане Галилейской (Ин 2, 1-10), который часто называют «первым чудом», — лучше сказать — «первым знамением», сотворенным Иисусом. Чтобы постичь все значение данного места, надо охватить многое из того, что мы слышали в последних лекциях. Прежде всего, здесь идет речь о браке, но почему же о браке в Галилее? Мы поймем это, если еще раз представим себе, в чем заключается миссия Христа. Его миссия в том, чтобы сообщить душе человека полную силу внутренней самостоятельности. Единичное “Я” должно было до конца почувствовать свою самостоятельность и отдельность, опереться лишь на самое себя, и человек должен был начать подходить к другому в любви, принятой им как свободный дар. Через Христа должна была прийти на Землю любовь, которая все выше поднимает над материей и все больше переходит в духовную область. Любовь эта возникла из своего низшего вида, из чувственной любви. В первоначальные эпохи человечества, связанные узами крови, любили друг друга и придавали огромную важность именно тому, чтобы любовь опиралась на этот материальный базис кровного родства. Христос пришел, чтобы одухотворить эту любовь, чтобы, с одной стороны, освободить ее от поглотивших ее уз кровного родства, а с другой стороны — для того, чтобы дать силу, импульс к духовной любви. Среди последователей Ветхого Завета мы видим еще полное выражение принадлежности к групповой душе, обоснования отдельных “Я” в “Я” общем. Мы видели, что слова «Я и Отец Авраам — одно» — для последователя Ветхого Завета означает включение в сознание, что кровь, которая текла в жилах Отца Авраама, продолжает течь и в нем, последователе. Он чувствовал себя включенным в одно целое и близкими считали лишь тех, которые произошли из такого человеческого рода, в котором строго соблюдалось это кровное родство. В самом начале земного человеческого развития браки заключались только в узких кругах, между семьями, связанными кровным родством. Этих «близких браков» придерживались в начале человеческого развития. Постепенно узкие родственные круги все больше расширялись. Браки начинают совершаться вне рода, но еще не в чужом народе. Древние законы определенно требовали народной цельности. «Иудей» — это тот, кто Иудей по крови. Христос же обращается не к этому началу, но к тем, кто разбивал этот принцип чисто кровного родства, и потому то важное, что Он хочет явить, — Он являет, прежде всего, не в Иудее, а вне ее, в Галилее, стране наиболее смешанной крови различных народов. Название «Галилеянин» обозначало человека смешанной крови, «гоя». И к этому смешанной крови народу, к этим галилеянам, идет Христос Иисус. И именно из лежащего в основе таких смешанных браков должно произойти то новое, что не опирается на материальный базис любви. Поэтому то, что Он имеет сказать, Христос говорит на браке. Почему именно на браке? Ибо брак указывает на размножение человечества. И то, что Он хочет явить, Он являет не в узких пределах брака в кровном родстве, но там, где брак освободился от уз крови. Потому-то это говорится на браке, на браке в Галилее. Чтобы понять смысл сказанных им при этом слов, нужно бросить взгляд на предыдущее развитие человечества.

3

Уже неоднократно подчеркивалось, что для оккультиста не существует ничего исключительно внешнего или материального. Во всем он видит откровение душевно-духовного и, подобно тому, как ваше лицо служит выражением души и духа, так и свет солнца является выражением душевно-духовного света; и все, что является исключительно материей, представляет собой в то же время проявление более глубоко духовных процессов. Оккультизм не отрицает материального бытия, но для него и все самое грубо материальное является выражением душевно-духовного. Явлениям духовного развития в мире всегда соответствуют параллельно идущие материальные факты. Бросим духовный взгляд назад, на развитие человечества, когда он обитал еще на старом континенте между Европой и Америкой, — в древней Атлантиде, и затем, перейдя к послеатлантической эпохе, через ряды поколений, развитие дошло, наконец, до нас. Весь смысл этого развития от четвертой расы к пятой, беря с точки зрения рас, представится нам как постепенное развитие, медленное созревание из совершенно погруженного в групповую душу человечества Атлантиды, единичного “Я”, человеческой личности в послеатлантическую эпоху. И то духовное, что принес в Своем могучем Импульсе Христос, должно было медленно подготовляться другими импульсами. Дело Иеговы заключается в том, что он заложил в астральное тело групповое “Я” и таким образом подготовил его к медленному созреванию для принятия вполне самостоятельного «Я есмь». Но «Я есмь» не могло бы быть понято человеком, если бы его физическое тело не стало его орудием. Можно легко представить себе астральное тело способным к принятию в себя “Я”, но если физическое тело еще не приспособлено к действительному восприятию «Я есмь» в своем дневном сознании, то воплощение «Я есмь» невозможно. Поэтому, когда астральное тело созрело, то и физическое тело должно было подготовиться к тому, чтобы стать орудием для «Я есмь». И это тоже произошло в физическом развитии. Мы можем проследить все, что должно было подготовить физическое тело, дабы сделать его носителем самосознающего и одаренного «Я есмь» человека. Даже в Библии указывается нам на тот факт, что Ной, в известном смысле родоначальник послеатлантической эпохи, первый пьет вино, первый переживает действие алкоголя. Здесь мы касаемся места, которое многих может шокировать. Как особый культ, в послеатлантическую эпоху появляется культ Диониса, имеющий, как вы все знаете, отношение к вину. Это удивительное вещество дается человеку, во всяком случае, лишь в послеатлантическую эпоху, и сколь странным это не кажется, оно определенно воздействует на человечество. Вы знаете, что каждое вещество так или иначе действует на человека, и алкоголь имеет на организм совершенно определенное действие. У него была своя миссия в течение человеческого развития: он должен был таким образом приготовить человеческое тело, чтобы последнее уже отделилось от связи с божественным, дабы могло развиться личное «Я есмь». Действие алкоголя отрезает человека от связи с духовным миром, в котором он жил прежде. Это действие таково еще и сейчас. Алкоголь был дан людям не напрасно. В будущем они смогут сказать в полном смысле этого слова, что алкоголь имел своей задачей втянуть человека так глубоко в материю, дабы человек стал эгоистичным и потребовал свое отдельное “Я”, и не отдавал бы его больше на служение всему народу. Таким образом, действие алкоголя было как раз обратным действию групповой души человечества. Он отнял у людей способность чувствовать в высших мирах свое единство с целым. Отсюда в культе Диониса — общение людей в состоянии внешнего опьянения. Растворение в целом, без прозревания этого целого. Поэтому развитие послеатлантической эпохи связано с культом Диониса, ибо этот культ был символом миссии и функций алкоголя. Теперь, когда человечество вновь стремится найти дорогу назад, теперь, когда “Я” развито настолько, что человек опять находит возможность соединиться с божественно-духовными силами, теперь уже настало время, хотя еще и из бессознательного, известной реакции против алкоголя. Причина ее та, что уже многие люди чувствуют преходящесть того, что некогда имело особое значение. Сказанное здесь о миссии алкоголя вовсе не надо принимать как его защиту. Мы хотели пояснить, что его назначение уже выполнено, и что всякая вещь имеет свое время. Но в ту эпоху, когда человечество через алкоголь спустилось наиболее низко, появилась также и та могучая сила, которая может дать человеку сильнейший импульс, чтобы снова найти связь с целым. С одной стороны, человек должен был спуститься до самой низкой ступени, чтобы стать самостоятельным, с другой стороны, — должна была явиться могучая сила, способная дать импульс к соединению его с духовным целым. И на это должен был указать Христос, как на свою миссию, в первом данном Им знамении. Прежде всего, Он должен был указать на то, что “Я” должно было стать самостоятельным и что следом за тем Он сам обращается к тем, которые уже освободились от кровной связи. Он должен был обратиться к браку, где тела находились под влиянием алкоголя, ибо на этом браке пили вино. И Христос показывает, как относится Его миссия к различным земным периодам. Претворение воды в вино на этом браке часто толкуют весьма странным образом. Даже с церковной кафедры можно услышать, что здесь мыслится не что иное, как то, что пресная вода Ветхого Завета должна уступить место крепкому вину Завета Нового. (Подобное объяснение, по всей вероятности, всегда было излюбленным для любителей вина). Но символы эти не так просты. Нужно твердо помнить, что Христос сказал: «Миссия моя ведет в далекое будущее. Людям, достигшим самостоятельности, она даст связь с Божеством, — любовь к Божеству как свободный дар самостоятельного “Я”. Эта любовь должна воссоединить человека с Божеством, как прежде его вводил в это Божество внутренний, принудительный импульс групповой души. Попробуем представить себе как настроение то, что таким образом переживало человечество. Представим себе, прежде всего, мысли того времени. Тогда говорили: «Некогда человек был связан с групповой душой, ощущал свою связь с Божеством. Затем он спустился вниз в своем развитии. Это нисхождение рассматривалось как сплетение с материей, как дегенерация, как некий вид отпадения от божественного начала, и вставал вопрос: откуда же произошло впервые то, чем человек обладает ныне? От чего он отпал? Чем дальше мы отступаем, следя за развитием Земли, тем более находим, что твердое вещество под влиянием теплоты переходит в жидкое состояние. Мы знаем, что человек существовал уже и тогда, когда Земля была еще текучей планетой, и что тогда он был ближе к Божеству, чем после. По мере уплотнения Земли, материализовался и человек. На жидкой Земле человек уже был в воде, но он мог передвигаться только по такой Земле, которая выделила из себя твердь. Потому уплотнение человека определяли словами: человек родился из Земли, которая была водой; в этот период он еще вполне связан с божественным началом; все, что привело его в материю, запятнало его. И те, кто должны были вспомнить об этом древнем единении, получали крещение водой. Последнее должно было быть символом: «Осознайте вашу древнюю связь с Божеством, и то, что вы стали нечистыми, что опустились до вашего настоящего положения». Так крестил Креститель, дабы таким образом приблизить людей к связи с Божеством. И всякое крещение в древнее время имело эту цель, оно было средством довести вышесказанное до сознания человека. Христос же должен был крестить иначе, указывая людям не на прошлое, а на будущее, до которого они дойдут во внутреннем развитии своей духовности. Духовное начало человека должно соединиться с Божеством через «Святого», чистого Духа. Крещение водой было крещением воспоминания; крещение Святым Духом есть пророческое крещение, указывающее в будущее. Смысл вина, смысл жертвенного вина был окончательно утрачен! Дионис — растерзанный Бог, вошедший в отдельные души таким образом, что его отъединенные части ничего не знают друг о друге. Раздробленным на множество кусков, вброшенным в материю, оказался человек благодаря данному ему алкоголю — символу Диониса. Великий принцип утверждается на браке в Кане, имеющий воспитательное значение, принцип эволюции.

4