Вы видите, что здесь, хотя и весьма закрыто, но понятно для того, кто вообще умеет разгадывать подобный сокровенный способ (выражения), дается описание посвящения. Индивидуальность Лазаря должна была быть посвященной таким образом, дабы сей Лазарь мог стать свидетелем о духовных мирах. И здесь нам сказано слово, полное значения для языка мистерии, именно говорится, что «Господь любил Лазаря». Что значит — «любить» на языке мистерии? Это слово выражает собой отношение ученика к Учителю. «Любимый Господом» есть интимнейший, наиболее посвященный ученик. Господь сам посвятил Лазаря, и Лазарь восстал из гроба, т.е. из места своего посвящения, как посвященный. И это самое выражение: «которого любил Господь», позднее постоянно применяется к Иоанну, или, правильнее, к автору Евангелия от Иоанна, так как имя Иоанн не произносится. Он именно и есть любимый ученик и от него исходит Евангелие от Иоанна. И он не кто иной, как сам воскресший Лазарь. И, передавая это событие, автор Евангелия от Иоанна хотел сказать следующее: «То, что я говорю, говорю я в силу посвящения, полученного мною непосредственно от самого Господа».

12

Поэтому автор Евангелия от Иоанна ясно различает то, что происходит до воскрешения Лазаря, и то, что происходит после его воскрешения. До воскрешения Лазаря выводится древний посвященный, пришедший к познанию духа, и подчеркивается истинность его свидетельства. «То же, что может быть сказано о глубочайших вещах, о Мистерии в Палестине, о том поведаю я сам, я, воскресший; но я могу поведать о том только после воскрешения». Поэтому в первой части Евангелия от Иоанна нам дано свидетельство Иоанна древнего, во второй части — свидетельство Иоанна нового, посвященного самим Господом. И это и есть воскресший Лазарь. Только таким образом мы верно поймем эту главу. Иоанн хотел сказать ею: «Я ссылаюсь на свидетельство моих сверхчувственных органов восприятия, моих духовных познавательных сил. То, о чем я повествую, я видел не в обыкновенном физическом мире, но в мире духовном, где я был благодаря посвящению самим Господом».

13

Таким образом, характеристику Христа Иисуса, какой она является нам в первых главах Евангелия от Иоанна вплоть до конца главы 10-ой, мы должны отнести к познанию, которым мог также обладать человек, еще не посвященный в глубочайшем смысле через самого Христа Иисуса.

14

Вы можете сказать на это: «да, но ведь уже в этих лекциях мы слышали глубокие-глубокие слова о Христе Иисусе как о воплотившемся Логосе, как о свете мира и т.д.» Но в том, что эти глубокие слова о Христе Иисусе были высказаны уже в первых главах, нет ничего удивительного. Ибо в древних мистериях Христос Иисус, т.е. тот Христос, который должен был прийти в мир, отнюдь не был незнакомым существом. И все в мистерии указывают на долженствующего прийти Единого. Потому-то древние посвященные и именуются «пророками», что они должны были пророчествовать о будущем. Поэтому все посвящения имели целью провидеть будущее явление Христа человечеству. И для Крестителя, на основании того, что он уже мог знать, стало очевидным, что стоящий перед ним в образе Христа Иисуса есть тот, о котором говорилось в мистериях. Связь всего этого и отношение самого Крестителя к Христу Иисусу выяснится нам после того, как мы ответим на два следующих вопроса. Первый — как стоит к своему времени сам Креститель? Второй же ведет нас назад, к истолкованию различных вещей в начале Евангелия от Иоанна.

15

Какое место занимает в своей эпохе Креститель? И кто же, собственно, он сам? Он один из тех, которые в посвящениях слышали, получили указание о грядущем Христе, который, однако, предстает нам как единственный, открывающий тайну явления Христа в предстоящем перед ним Иисусе.

16

Фарисеи и др. видели во Христе Иисусе противника их древнего принципа посвящения, поступающего в их глазах не согласно их консервативному настроению. В силу своего консерватизма они утверждали, что должно оставаться при древней форме посвящения. В основе такого консерватизма лежит противоречие: постоянно говорить о грядущем Христе, но никогда не допускать момента Его истинного пришествия. Поэтому в факте посвящения Христом Лазаря они должны были увидеть разрыв с древними традициями мистерий. «Этот человек много чудес творит, мы не можем иметь с ним ничего общего». По их воззрениям Иисус предал древние мистерии, открыто совершив то, что должно было быть сокровенным в их недрах. Понятно теперь, что такой поступок явился для них предательством и достаточной причиной выступления против него. И с этого места начинается поворотный пункт преследования Христа Иисуса.

17

Чем является Креститель в первых главах Евангелия от Иоанна? Прежде всего хорошо знающим тайну грядущего Христа; настолько хорошо, что сам автор Евангелия от Иоанна может повторить его сведения. Мы узнаем в дальнейшем, откуда эта убежденность Крестителя.

18

Значение самых первых слов Евангелия от Иоанна было уже разобрано нами. Теперь посмотрим, что сказано о самом Крестителе.

19

Для этого мы должны иметь возможно верный перевод. До сих пор мы слышали только первые слова.

      «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога.
       Все через Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть.
       В нем была Жизнь, и Жизнь была Свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не поняла его.

      Был человек, посланный от Бога, имя ему — Иоанн. Он пришел для свидетельства о Свете, дабы все уверовали через него. Он не был свет, но свидетель о Свете. Ибо истинный Свет, просвещающий всякого человека, должен был прийти в мир.
      В мире был, и мир через Него начал быть, и мир Его не познал.
      Он пришел с единичных человеков (вплоть до человеческого “Я” вошел Он), но единичные люди (человеческое “Я”) не поняли Его.
     Принявшие же Его могли открыться через это, как чада Божии.
     Верующие во Имя Его, не от крови, не от хотения плоти, не от человеческого хотения, но от Бога родились.
     И Слово стало плотью и обитало с нами, и мы слышали его учение, учение об Единородном Сыне Отчем, исполненном благодати и истины.
     Иоанн свидетельствует о Нем и, восклицая, говорит: Сей был Тот, о Котором я сказал, что Идущий за мною стал впереди меня, потому что был прежде меня. И от полноты Его мы все приняли и благодать на благодать.   Ибо закон дан через Моисея, благодать же и истина произошли через Иисуса Христа.
    Бога не видал никто никогда. Единородный Сын, сущий в недре Отца мира, стал вождем в этом видении».

20