+
 

GA 320

Духовнонаучные импульсы для развития физики. Первый естественнонаучный курс. Свет, цвет, звук — масса, электричество, магнетизм

Третий доклад, Штутгарт, 25 декабря 1919 года

13-16

← назадв началовперед →

Есть еще и другая особенность. Она состоит в том, что сетчатка — это, в сущности, широко распространившийся зрительный нерв. И место, где зрительный нерв входит в глаз, оказывается нечувствительным (завтра я попытаюсь показать эксперимент, подтверждающий это). В этом месте глаз слеп. Затем зрительный нерв разветвляется; в другом месте, которое для правого глаза лежит несколько правее места вхождения зрительного нерва, сетчатка наиболее чувствительна. Итак, можно сказать: именно нерв ощущает свет.
Но он ощущает свет как раз не в месте своего вхождения. Можно было бы думать, что если свет в самом деле ощущается нервом, то нерв должен был бы ощущать его наиболее интенсивно в месте своего вхождения. Но этого не происходит. И это я прошу прежде всего иметь в виду.

13

Из следующего наблюдения вы можете заключить, что устройство глаза исполнено необычайной мудростью природы. Если вы днем рассматриваете окружающие вас предметы, то вы находите — поскольку ваши глаза видят хорошо, — что эти предметы имеют более или менее четкие контуры, и эта четкость и ясность достаточны для вашей ориентации.
Но если вы пробуждаетесь утром, то вы порой очень неясно видите края предметов, вы видите их как бы в легкой дымке.
Если это круг, то вы, пробуждаясь утром, видите его в смутных очертаниях. От чего это зависит? Это зависит от того, что в нашем глазу заключено троякое; прежде всего, стекловидное тело, мы даже хотим обратить внимание только на две части — стекловидное тело и хрусталик. Они имеют, как мы видели, совсем разное происхождение. Хрусталик образован больше извне, стекловидное тело — больше изнутри; хрусталик в большей степени лишен жизни, стекловидное тело пронизано жизненной силой. В тот момент, когда мы пробуждаемся, они еще не приспособились друг к другу. Стекловидное тело хочет еще так отображать нам предметы, как оно может, а хрусталик — так, как может он. И мы должны выжидать, пока они приноровятся друг к другу. В этом факте вы видите внутреннюю подвижность органического начала. Действие органического основано на том, что прежде всего происходит дифференциация между хрусталиком и стекловидным телом, а затем из этой дифференциации следует новое объединение. Ибо одно должно приспособиться к другому.

14

Исходя из всех этих фактов, попытаемся постепенно приблизиться к тому, как из взаимоотношения глаза и внешнего мира получается пестрый мир цвета. С этой целью, чтобы завтра иметь возможность начать с рассмотрения связи глаза с внешним миром, проведем еще один эксперимент.

15

Взгляните, здесь у меня диск, окрашенный красками, которые прежде являлись нам в цветах радуги, — фиолетовый, индиго, голубой, зеленый, желтый, оранжевый, красный. Если вы посмотрите на диск, вы увидите семь цветов; я нанес их наилучшим образом, насколько это вообще возможно с данными красками. Теперь начнем вращать диск. Хотя и в движении, но вы все еще различаете семь цветов. Я могу вращать довольно сильно, и вы видите все семь цветов в движении. Но вот я привожу диск в очень быстрое вращение. Когда все вращается достаточно быстро, вы больше не различаете цветов, а видите, я думаю, однотонный серый цвет. Не так ли? Или вы увидели что-то другое? ("Лиловый", "красноватый"). Да, это так по той причине, что красное выступает несколько сильнее, чем другие цвета. Правда, я пытался силу цвета выровнять в пространстве, но если бы расположение было совсем правильным, вы увидели бы в сущности однотонный серый цвет. Тогда мы, наверное, спросим себя: почему эти семь цветов кажутся нам однотонным серым цветом?
На этот вопрос мы ответим завтра. А сегодня мы выясним только, что говорит об этом физика. Физика говорит то, что она говорила во времена Гёте: "У меня имеются цвета радуги — красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, индиго, фиолетовый. Теперь я привожу диск во вращение. Вследствии этого вращения впечатление от цвета не проявляется в глазу, ибо если я увидел красный цвет, то из-за быстрого вращения здесь уже оранжевый, а когда я увидел оранжевый, здесь уже желтый и так далее. И в то время, как я еще сохраняю впечатление от остальных цветов, снова появляется красный. В результате я получаю впечатление от всех цветов в одно и то же время. Еще не прошло впечатление от красного, как приходит фиолетовый. Глаз видит семь цветов вместе, и благодаря этому создается впечатление белого цвета". — Такова была теория во времена Гёте. И Гёте воспринял это как теорию: если сделать цветной волчок и заставить его быстро вращаться, то семь цветов, которые были такими послушными, что разделялись, выходя из светового цилиндра, снова сами соединятся в глазу. Но Гёте так и не увидел белого цвета, и он сказал: никогда ничего не получается, кроме одного серого цвета. Конечно, в новых книгах по физике признают, что получается только серый цвет. Но для того, чтобы этот цвет все же стал белым, они советуют сделать в центре черный круг, и тогда серый цвет по контрасту будет казаться белым. Итак, вы видите, каким милым образом это делается. Многие люди проделывают это с судьбой (fortune),физики проделывают это с природой (nature). Так исправляется природа. Вообще, это происходит с целым рядом фундаментальных фактов, когда природа исправляется.
Вы видите, я стараюсь так продвигаться вперед, чтобы иметь основу. Если мы создадим правильную основу, то получим возможность преуспеть и во всех других областях физики.

16

← назадв началовперед →