Благодаря нашим исследованиям нам уже должно быть понятно, что "за" или "под" физическим миром, находящимся перед нами, начинаются другие миры. И сегодня, в качестве введения, мне хотелось бы рассказать о некоторых особенностях этих духовных миров, о которых мы уже частично знаем, к которым хотелось бы кое-что добавить, а иное также оживить в душе.

1

Вы знаете, что ближайший, граничащий с нашим мир – это так называемый имагинативный мир. Этот мир значительно подвижнее, чем наш физический мир. Наш физический мир представляет из себя мир чётких контуров, чётких очертаний, мир чётко очерченных предметов. Мир же, в который мы вступаем, когда разрываем покров, образуемый физическим миром, как бы текучий, подвижный. Мы знаем также, что по отношению к этому первому духовному миру начинает возникать чувство, ощущение, что мы находимся вне нашего физического тела. В тот момент, когда мы поднимаемся в этот духовный мир, мы получаем к этому физическому телу новое отношение, отношение, подобное тому, как мы, находясь в физическом теле, относимся к нашим глазам или к нашим ушам. Физическое тело действует по большей мере как бы в целом, как своего рода воспринимающий орган; однако мы вскоре замечаем, что когда мы начинаем ощущать это физическое тело как своего рода орган восприятия, дело, собственно, уже не в физическом теле; здесь речь надо вести об эфирном теле. Физическое тело составляет для нас как бы каркас, который удерживает эфирное тело. Мы глядим извне на наше эфирное тело, а также ощущаем его, ощущаем как орган чувств, который воспринимает мир ткущих, парящих образов и звуков. Каково наше отношение к уху и глазу, таким же будет наше отношение к эфирному телу, которое удерживается физическим телом.

2

Если мы теперь чувствуем себя находящимися вне нашего физического тела, то такое переживание подобно переживанию сновидческого состояния. Сновидческое состояние состоит в том, что духовно-душевное нашей человечности находится вне нашего физического и эфирного тел, однако при этом сновидческом состоянии наше сознание снижается, и мы не знаем о том, что, собственно, происходит с нами и вокруг нас. Таким образом, можно сказать, что здесь имеет место совсем иное отношение человека к своему физическому телу, нежели обычно. К нему человечество будет приближаться всё больше и больше в ходе своей будущей эволюции, и духовная наука должна указывать на это.

3

С самых разных точек зрения я подчёркивал, что мы занимаемся сегодня духовной наукой не по какому-то своеволию, нет, этих занятий духовной наукой требует от нас эволюция человечества, то, что подготавливается в нынешний момент эволюции человечества. Именно такое чувство самоотделённости, отделения своей человеческой сущности от своего физического тела будет всё больше и больше обнаруживаться в людях как неясное переживание, и в будущем это будет проявляться всё сильнее. Придёт время, когда у всё большего количества людей будет возникать ощущение: что же это такое, я чувствую себя так, как будто я расщепился, будто около меня присутствует некто второй. – И это ощущение, это чувство, которое возникает естественным образом, точно так же как возникают голод, жажда и другие чувства, это чувство не должно остаться непонятым для современных людей и людей будущего. Оно станет понятно, если люди благодаря духовной науке сумеют понять, что же, в сущности, означает это расщепление. На это, по мере его наступления, особенно должны быть ориентированы педагогика, воспитание. Надо будет научиться с большим вниманием относиться к подобного рода переживаниям ребёнка, нежели это делалось до сих пор, когда эти переживания были редкостью.

4

Конечно, позднее, при нормальной здоровой жизни, будучи пригашены впечатлениями физического мира, эти чувства и ощущения, охарактеризованные мною, не будут проявляться слишком сильно в ближайшем будущем, однако в отдалённом будущем они станут всё сильнее и сильнее. Прежде всего они будут проявляться у детей в подростковом возрасте. Взрослые будут слышать от детей нечто такое, что они должны будут понимать, нечто такое, на что могут вообще не обратить внимания; однако это не следует упускать из виду, так как это связано с глубочайшими тайнами мировой эволюции.

5

Дети будут рассказывать: вот тут или там я видел какое-то существо, оно сказало мне то-то и то-то, что я должен сделать. – Материалистически настроенный человек скажет: ты глупый мальчик, или глупая девочка, так не бывает. – Однако тот, кто хочет понимать духовную науку, должен будет знать, что здесь речь идёт об одном значительном явлении. Если ребёнок скажет: я вижу здесь кого-то, он исчезает, но потом приходит всё снова и снова; он говорит мне то-то и то-то, я не могу ослушаться его, – человек, который понимает духовную науку, будет знать, что здесь у ребёнка возвещает о себе нечто такое, что всё яснее будет заявлять о себе в процессе человеческой эволюции. Что же это такое, что возвещает о себе таким образом?

6

Мы поймём это, если обратим внимание на два основных переживания человека. Первое из них было особенно важно в четвёртую послеатлантическую греко-римскую эпоху, а второе важно для нашей эпохи, в которую оно, собственно, лишь постепенно подготавливается. В то время как первое основное переживание подошло к своему завершению в греко-римскую эпоху, навстречу второму мы ещё медленно движемся. В жизни человека всегда играют роль переживания, ведущие своё происхождение от Люцифера или от Аримана. По отношению к основному переживанию четвёртого послеатлантического периода особую роль играл Люцифер; в нашу эпоху роль играет Ариман, обусловливая основное переживание. Люцифер связан с тем, что ещё не прояснилось в частностях, что непонятным, недифференцированным образом подступает к человеку. Иными словами, Люцифер связан с переживанием дыхательного процесса, с переживанием вдоха и выдоха. Дыхание человека представляет из себя нечто такое, что должно совершенно определенным, закономерным образом соотноситься с его целостной организацией. В тот момент, когда дыхание каким-либо образом нарушается, дыхание превращается из того, чем оно обычно является, а, именно, из бессознательного процесса, на который не обращают внимания, в процесс осознанный, в более или менее сновидчески-сознательный процесс. Если же, говоря тривиально, процесс дыхания становится чересчур энергичным, если он предъявляет организму требования большие, чем этот организм может вынести, тогда Люцифер получает возможность с дыханием проникать в человеческий организм. Впрочем, не он сам это делает, а его свита, которая принадлежит ему.

7