В заключение да позволит читатель прозвучать здесь одному из самых близких автору изречений Рудольфа Штейнера, служившему медитативным вступлением к работе над его лекциями на еженедельных встречах работающей группы антропософов "второго поколения", возникшей в Петербурге в начале 70-х годов.³ Подобно медитации Камня Основы, в нём также "крестообразно" соотносятся составляющие члены нашего душевно-телесного существа, - если следовать привычной уже нам картине последовательного их доминирования в годообороте. Здесь, однако, они представлены в лице осеняющих их начал и в обратной последовательности их пар:

Мудрость в Духе,
Любовь в душе,
Сила в воле -
Они ведут меня
И поддерживают меня.
Я доверяю им,
Я предаюсь им.

12

Итак, Вы проделали, читатель, знаменательный и не такой уж легкий путь сообразно отраженному в Календаре души ходу годичной жизни. Круговой путь этот был пройден здесь неоднократно, следуя каждый раз новым аспектам взаимоотношений Великого и  Малого  Космоса.

13

И хочется надеяться, что при этом потребовалось и было действительно реализовано не одно лишь мыслительное участие, но проявилась целостная активность души, без которой ведь немыслима уже и обычная, регулярная и последовательная, работа с изречениями Календаря. К этой душевной активности взывает сам действующий в движении годооборота и, собственно, реально обусловливающий это движение Мировой Дух.

14

Об особой роли такой активности души для самого природного процесса прекрасно сказал Герберт Витценман (1905-1988), автор исключительно интересных и глубоких исследований о работе духовного ученика работе, реально преображающей его самого и незримо влияющей на жизнь мира: "Ритм года увлекает за собой творения природы так, что они не в состоянии ни противиться ему, ни его изменить. Гак и человеческая душа и в счастье, и в горе предоставляет себя свету лета и зимней мгле. Но она может ощутить, как события года стремятся в ней преобразиться, возвыситься до процесса, выходящего за рамки природы".⁴    (Выделено нами - А .К.).

15

Мы можем однажды задаться вопросом: какова же главная ценность, в чем "окончательный смысл" этого все вновь повторяемого душой пути вместе с годооборотом? Тот же вопрос может быть, собственно, отнесен и к самому этому "круглолетью" в природе. Есть ли смысл в этом как будто бы постоянно возвращающемся к своей исходной точке движении?

16

А само продвижение вперед, развитие имеет ли оно место при этом вечном возвращении на круги своя?

17

Подобные, так называемые "последние" вопросы возникают, похоже, лишь когда человек в той или иной степени утрачивает непосредственное ощущение своей органической включенности, так сказать, в рабочий ритм жизни мира. Тогда уже и чередование собственных состояний сна и бодрствования (а разве в нем не повторяется годичная "история" души?), или же - как и происходит это, например, в буддизме -- сама бесконечная цепь сменяющихся земных жизней может предстать неким бессмысленным круговращеньем, достойным лишь усилий как-то прервать его, остановить...

18

Своеобразие и исключительность таких "последних" вопросов - в том, что извне нет никакой возможности получить на них ответ. Душа прежде должна сама перестать ощущать себя пребывающей якобы вне событий мировой жизни. "Последние вопросы" попросту утратят свою актуальность, ибо их место займут и обретут тогда в душе актуальность духовные ее приобретения, собственный ее рост и расцвет. Вот как говорит об этом Г. Витценман буквально сразу же вслед за приведенными выше словами: "...Путь превращения, который душа под руководством духа может пройти в закономерной последовательности шагов, не возвращается к своему началу (хотя для внутренней работы необходимо повторение). Наоборот, душа все живее и совершеннее осваивает идеалы добродетелей, на которые ей указывает дух и к которым она внутренне призвана. В своем развитии она описывает не замкнутую окружность, а поднимающуюся вверх спираль. Иными словами, осиянная духом почка души распускается в цветок, а тот приносит плод, в зрелости которого душа и дух сливаются. Толкуя душе звездные письмена идеалов, дух превращает её в творца собственного подлинного существа".⁵

19

А вот свидетельство из иного, так сказать, культурно-временного европейского региона спиритуальных исканий человечества. Знаменитый хасидский "учитель жизни", раби Шнеур Залман из Ляд ("старый ребе", ум. 1813) вообще отрицал самостоятельное, обособленное существование чего бы то ни было в этом мире. Весь материальный мир существует лишь условно и постоянно видоизменяется в непрерывном процессе миротворения. Миротворение - непрекращающийся акт, поскольку ничто не отделено от Бога и после своего сотворения.

20

Ну а как же быть с упомянутым вечным возвращением и кажущимся бессмысленным круговращеньем времени? Так ведь согласно той же хасидской мудрости "проходит" не время, а человек. Как непрерывно творится - а значит, движется - мир, так движется и человек - не время...

21

Автор надеется, что к недостаткам этой работы не будет отнесено то, что избегалось, но большей части, погружаться в рассудочно-логическое обоснование прослеживавшихся по изречениям Календаря фактов и соотношений. Было, скорее, стремление дать их, можно сказать, динамические образы - в соответствии с назначением этих изречений как формул для медитации. Тем более что эти факты и соотношения открыто и доступно для каждого гласят о себе в самом тексте изречений, и их остается только интенсивно "констатировать" и лицезреть.

22

Вообще же, постоянное сознание того, что приоткры­вающееся и переживаемое при этом является прежде всего даром именно самого Календаря - самая надежная путеводная нить для любой работы с ним.

Автор глубоко убежден в обширной возможности дальнейших открытий здесь, с надеждой ждет их от других и всем сердцем желает успеха на этом пути.

Харьков 1986 - Дорнах 1996

23