Итак, уже было сказано, что тепло обладает своей собственной жизнью на буддхи- или шушупти-плане. Так существуют определенные связи между всеми вещами. Очевидна, например, связь между ухом и речью. Эволюционно ухо появилось гораздо раньше речи. Ухо является воспринимающим органом, а речь звукопроизводящим органом. Эти две вещи, ухо и речь, существенно дополняют друг друга. Звук, как мы его воспринимаем, является воспроизведением колебаний в воздухе; каждому тону соответствует особое колебание. Пифагорейцы говорили: изучая то, что снаружи, вне вас, является в звуке, вы изучаете арифметику воздуха. Равномерно заполненное пространство было бы беззвучным; звучащее пространство всегда организовано арифметически. Здесь мы имеем пример того, как можно заглянуть в Акаша-хронику. Возвысившись до восприятия внутренней арифметики, которая остается от звука в пространстве, можно в любое время услышать то, что когда-то кем-то было сказано. Например, можно услышать, что сказал Цезарь, переходя Рубикон. Внутренняя арифметика звука остается в Акаша-хронике. Звуку соответствует нечто от того, что называют Манасом. То, что для уха является как звук, представляет собой мудрость мира. Слыша звук, человек воспринимает мировую мудрость; и эта мудрость является миру, когда человек говорит сам. Все арифметическое в нашей речи остается в Акаша-хронике. Когда человек слушает или говорит, он выражает себя непосредственно в мудрости. Мышление это форма, в которой человек может в настоящее время выразить свою волю в речи. Мы можем сейчас проявлять свою волю только в мышлении. И только в будущем человек сможет проявлять свою волю через мышление в слове.

13

Следующая ступень связана с теплом. Активность человека мы должны искать в том, что он излучает как внутреннее тепло. Из того, что является следствием проявления тепла — из увлечений, побуждений, инстинктов, вожделений, желаний — возникает карма. Далее, как орган речи является параллельным органом по отношению к уху, так органом, параллельным сердечному теплу, является слизистое тело, гипофиз. Сердце воспринимает внешнее тепло, как ухо воспринимает звук. Так оно воспринимает тепло мира. Дополняющим органом, который мы должны иметь для того, чтобы сознательно производить тепло, является слизистое тело в голове, стоящее теперь лишь в самом начале своего развития. Как звук воспринимают ухом и воспроизводят гортанью, так тепло мира воспринимают сердцем и снова изливают его посредством находящегося в мозгу слизистого тела. Когда будет развита эта способность, производить тепло, тогда сердце станет тем, чем оно, собственно, должно быть. В этом смысл сказанного в тексте "Свет на пути": "Прежде чем душа сможет предстать перед Мастерами, её сердце должно омыть стопы кровью". Тогда будет источаться кровь нашего сердца, как теперь наши слова переполняют мир. Позднее человека будет переполнять душевное тепло.

14

Несколько позже в эволюции, по сравнению с органом тепла, стоит орган зрения. В порядке возникновения друг за другом следуют: орган слуха, орган тепла и орган зрения. Орган зрения еще находится на стадии только принятия. Ухо уже воспринимает глубинную сущность в звуке — например, в звучании колокола. Тепло должно струиться к нам из самого существа. Глаз обладает только образом, ухо — восприятием самого существа. Восприятие тепла — это прием в себя некоего излучения. В дополнение к глазу в будущем также возникнет активный орган. Зачаток его мы имеем сегодня в шишковидной железе, эпифизе. Этот орган сможет придавать реальность тем образам, которые сегодня возникают посредством глаз. Оба этих органа, шишковидная железа и гипофиз, должны развиться в активные органы, дополняющие соответственно орган зрения (глаза) и орган тепла (сердце). Фантазия является сегодня залогом для творческого созидания в будущем. Сейчас человек получает в лучшем случае имагинации. Позже он будет обладать магической силой. Это крияшакти, сила, которая будет расти с развитием на физическом плане шишковидной железы.

15

В теперешних взаимоотношениях между ухом и гортанью мы наблюдаем образ будущего. В будущем мышление будет пронизано теплом, а затем человек сам научится создавать нечто. Сперва речь идет о создании образов; затем человек научится создавать излучение, то есть нечто, посылаемое вовне; и, наконец, существ. Масоны называют эти три силы: Мудрость, Явленное (Schein) или Красота (Schönheit), и Сила (см. "Сказку" Гете).

16

Тепло обладает жизнью на шушупти-плане. Сознательно использовать его может лишь тот, кто познал жизнь тепла и овладел им так, как теперь человек в определенной степени владеет жизнью воздуха. Уже сегодня человек должен в развитии понемногу подступаться к силам шушупти-плана (Буддхи-манаса). Задачей пятой подрасы (пятого культурного периода), по преимуществу, является развитие Кама-манаса. Манас мы находим во всем, что поставлено на службу человеческому духу. В настоящее время, однако, все это, по сути, находится на службе камы. Высшие достижения духа поставлены на службу каме. То есть высшие достижения современности стоят на службе тех потребностей, которые животные удовлетворяют и без этих достижений.

17

Теперь, однако, должен развиваться Буддхи-манас. Человек уже должен быть способен делать нечто большее, нежели просто говорить. С речью необходимо соединять теперь некую другую силу, действие которой мы обнаруживаем, например, в книгах Толстого. Речь идет не столько о том, что он говорит, сколько о том, что за сказанным стоит элементарная сила, содержащая в себе, нечто от Буддхи-манаса, который должен войти в нашу культуру. Слова Толстого и действуют на нас так сильно потому, что в сознательном противопоставлении западноевропейской культуре они содержат нечто новое, элементарное. Еще содержащееся в них своего рода варварство позднее изгладится. Толстой — просто малое орудие высокой духовной силы, которая стояла и за готским посвященным Вульфилой. Эта духовная сила использует Толстого в качестве своего орудия.

18