Сегодня, господа, мне хотелось бы для начала рассказать вам очень интересную историю, которая разыгралась при свидетелях, так что в ее научной достоверности вы можете не сомневаться. Один рыбак забросил удочку и некоторое время злился на то, что абсолютно нет клёва, как вдруг почувствовал сильный рывок. Клюнуло что-то весьма увесистое. Он потащил удочку, радуясь, что поймал, наконец, крупную рыбу. Но что же он вытащил? Очень крупную черепаху.

1

Однако эту черепаху нельзя было снять с удочки, так как она заглотила крючок. Он был внутри, в животе, и рыбак не мог извлечь его оттуда. К тому же черепаха спрятала голову. Сначала он пытался уговорить черепаху по-хорошему, но она не поддавалась и не выпускала крючок. Тогда ему не оставалось ничего иного; он подвесил ее на сучок на дереве и отрезал ей голову острым ножом, так что она свалилась вниз.

2

Вы все согласитесь с тем, что случись такое с человеком, скажем во время французской революции или в иное время, когда одни рубили головы другим – человек бы умер, стал трупом. Но что же делала черепаха? Черепаха поднялась, спокойно дошла до воды и исчезла. На нее совсем не повлияло, что ей отрезали голову.

3

Итак, вы видите, господа, для поддержания жизни черепахе голова вообще не нужна. Как долго жила эта черепаха после, зафиксировать тогда, конечно, не удалось, но, несмотря на это вы видите: чтобы бегать черепахе голова не нужна. Она может бегать без головы. (Бегать без головы может и курица, хотя недолго – прим. перев.)

4

Я рассказывал вам много историй о том, что животные совершают весьма разумные поступки. Из этой истории с черепахой вы можете заключить, что животные делают это без посредства головы, ведь черепахе отрезали голову, но она и продолжала выполнять движения вполне целенаправленно. Черепаха побежала не вслепую, но напрямик к воде, куда она могла уйти. Будь она с головой, она вряд ли делала бы все это иначе, она не могла бы проделать все это лучше.

5

Вы могли бы сказать: это единичный, исключительный случай. Но это не единичный случай, так как подобные эксперименты ставились, и ставятся до сих пор. Тот, кто может видеть все эти вещи духовно в подобных экспериментах не нуждается. Но эти эксперименты проводятся постоянно, причем для того, чтобы опровергнуть эти факты. Однако опыты не противоречат этим фактам, но лишь подтверждают их. Опыты, о которых я сейчас рассказываю, проводились неоднократно, множество раз. Берут лягушку и отрезают ей голову скальпелем. Теперь лягушка без головы. Снова сажают ее на стол. Прежде всего, она, хотя и без головы, но ведет себя довольно беззастенчиво; она пытается наклониться то вперед, то назад, проявляет активность задней частью тела, высоко приподнимается и прыгает с места. Если вы теперь возьмете едкой кислоты и прыснете на лягушку с этой стороны (изображается на рисунке -- рисунок в тексте отсутствует) – здесь находится безголовая лягушка, лапки у нее есть, только головы нет – итак, если вы прыснете на нее едкой кислотой, ей будет больно и лягушка своей задней лапкой начинает чесаться, скрестись, хотя у нее нет головы. Если вы добавите больше кислоты, она начнет помогать себе еще и передней лапкой. Если вы добавите еще, она будет защищаться с помощью лапок другой стороны. Затем она, конечно, потеряет равновесие, опрокинется. Итак, вы видите, лягушка без головы делает все то, что она делала бы в ином случае и при этом совершенно безразлично, есть ли у нее голова или нет (Автор описывает опыты, проводимые учеными материалистами. Антропософия как духовная наука решительно избегает вивисекции, кроме всего прочего еще и потому, что в Кама-локе каждый неизбежно испытает ту боль, которую он причинил другому существу – прим. перев.)

6

Не правда ли, отсюда вы видите: если от млекопитающих мы переходим к более низшим животным, то эти низшие животные и без головы правильно выполняют все то, что человек и высшие млекопитающие выполняют, имея голову.

7

Мы должны, однако, полностью уяснить себе, что тут происходит. Ведь факты на что-то указывают. Они указывают, что нам не нужна голова, если, испытывая где-либо боль, мы поднимаем руку и потираем это место: ведь лягушка может это делать вообще без головы. Итак, голова нужна нам не для того, чтобы чесаться; голова нужна не для того, чтобы ходить, бегать. Ведь черепаха или лягушка бегают без головы. Итак, для ходьбы голова нам не нужна. Мы, однако, не можем реализовать на практике сюжет басни про ленивого гуся, вы ее, должно быть знаете. Гусь ленился ходить, но ел весьма усердно. Ему дали совет ходить с помощью клюва, а есть ногами, чтобы изменить вредную привычку. Так, конечно, не бывает, но, тем не менее, нам для ходьбы голова абсолютно не нужна. Чтобы двигались руки, наша голова нам тоже не нужна. Так для чего же человеку и высшим животным нужна голова? В чем разница – сейчас речь идет о голове – между человеком и высшими животными с одной стороны и низшими животными с другой? Разница в том, что человек и высшие животные умирают если у них нет головы, а лягушки, черепахи и все низшие животные остаются живыми. Если вы возьмете низших животных, например, червей, - вы можете разрезать их пополам – и каждая половинка животного начинает жить сама по себе и перемещаться. Итак, вы видите, голова, собственно, совсем не нужна для того, что совершает тело. Однако, к сожалению, как высшим животным, так и человеку голова необходима для жизни. Она необходима человеку для жизни. И поскольку она необходима ему для жизни, он умирает, если у него ее больше нет. Если обезглавленного человека помазать кислотой, он не почешется, но не потому, что у него нет головы, а потому, что он, не имея головы, умирает. Человек не стирает с себя кислоту, если у него нет головы. Человек, проглотивший крючок с наживкой, после отрезания у него головы вел бы себя иначе (чем черепаха). Еще раньше с ним произошло бы совсем иное, нежели с черепахой.

8

Итак, мы можем сказать: у высших животных и у человека все связанное с головой не является причиной движений нашего тела; но голове мы в полной мере обязаны тем, что мы живем. Следовательно, у высших животных жизнь «сидит» в голове. Тогда как у низших животных жизнь располагается во всех отдельных членах тела.

9