Теперь давайте вернемся назад к тому времени, когда были такие гигантские устрицы. Едва лишь та­ких устриц освещало Солнце, как они теряли внутрен­ние силы и могли использовать только те, которые поднимались к ним от Земли. Эти силы устрицы еще могли использовать, поскольку устрицы были откры­ты для доступа снизу. Устрицы были размером с совре­менную Францию, причем внизу они были открыты и могли вбирать земные, хотя и пришедшие от Солнца, силы. Когда же эти животные изменили свою форму и стали мегатериями, ихтиозаврами, когда освещав­шее их Солнце стало приходить со всех сторон, и они перестали быть открытыми снизу; тогда-то и стали они приспособленными к использованию только тех сил воспроизведения, которые они имели в самих се­бе и которые, в лучшем случае, оживлялись, освежа­лись посредством внешнего Солнца.

47

Какое положение было когда-то, господа, для того чтобы животные могли получить такие силы воспро­изведения, какие они не смогли бы получить, если бы Солнце светило извне? Должно было быть такое время, когда и Солнце находилось внутри Земли; когда, следо­вательно, в Землю поступали не только те незначитель­ные силы Солнца, которые зимой остаются, например, для картофеля; нет, когда-то было такое время, когда все Солнце составляло одно целое с Землей.

48

Вы скажете: но ведь физики говорят, что Солнце страшно горячее, и если бы Солнце составляло одно целое с Землей, то Земля бы сгорела. Да, господа, вы знаете это, но только от физиков. Однако физики были бы крайне удивлены, если бы они могли видеть, как в действительности выглядит Солнце. Если бы они построили такой воздушный шар, на котором можно было бы подняться туда, то они обнаружили бы не то, что Солнце горячее, а то, что Солнце внутри наполне­но жизненными силами, а жар оно развивает тогда, ко­гда солнечные лучи проходят сквозь воздух или что-то еще. Только при этом развивается жар. Итак, когда Солнце было в Земле, составляло одно целое с Землей, оно было полно жизненных сил. Тогда оно могло дать не только то незначительное количество жизненных сил, которое оно может дать в настоящее время. Ко­гда Солнце было внутри Земли, тогда живые сущест­ва, животные и растения, бывшие тогда, получали достаточное количество этих сил потому, что им их давало Солнце. Ведь Солнце было тогда именно в са­мой Земле. Тогда развивались и эти устрицы, но без оболочки, без скорлупы, они вообще состояли тогда из одной только слизи.

49

Представьте себе: когда здесь была Земля и на­ходившаяся в ней Луна — Солнце тоже находилось внутри Земли, — развивались устрицы, которые не имели оболочки, но состояли из слизи. Возникала слизь; она разбивалась на куски, разделялась, и при этом возникала то одна устрица, то другая, и так про­должалось все дальше. Однако они были настолько чудовищно огромны, что даже отделить их друг от друга было нельзя. Они граничили друг с другом. Как же должна была тогда выглядеть эта Земля? Она была похожа на наш мозг, где клетки тоже распола­гаются рядом друг с другом. Тут тоже одна клетка находится рядом с другой; только они отмирают, в случае же, когда Солнце еще было в Земле, клетки-устрицы, гигантские клетки, находились рядом друг с другом, и Солнце развивало их силы, оно развивало их постоянно, так как оно находилось внутри Земли. Представьте себе, господа, следующее: здесь была Земля (см. рисунок 19), здесь — гигантская устрица, здесь — снова гигантская устрица, еще одна; только одни такие гигантские комки слизи рядом друг с дру­гом, и они постоянно размножаются. Современные устрицы тоже размножаются, причем так быстро, что за короткое время они могут дать

Рисунок 19

миллион потом­ков; тогдашние устрицы размножались еще более бы­стро. Черт возьми, устрица не успевала постареть, как появлялись все новые и новые молодые устрицы, от них — еще, и так далее. Старая же должна была рас­твориться. Если кто-нибудь наблюдал бы со стороны, как существовал этот огромный земной ком, подоб­ный большому мозгу, хотя он был, конечно, более мягким, более слизеобразным, чем современный мозг, наблюдал, как быстро тут размножаются гигантские устрицы, причем каждая может снова дать миллион потомков, — если бы кто-то наблюдал это, он увидел бы: здесь каждый должен был защищаться от других, поскольку они наталкивались друг на друга. Если бы сюда попал кто-нибудь особенно любопытный, если бы он мог наблюдать за этим с какой-нибудь иной, чу­жой звезды, он мог бы увидеть следующее: тут внизу плыло в мировом пространстве некое огромное тело, оно было полно жизни, оно постоянно производило живое, миллионы живых, сдвинутых друг с другом устриц, они не только составляли его, но их число по­стоянно увеличивалось. Что бы он увидел? Совершенно то же самое — лишь в гигантских размерах, — что видят сегодня, если рассматривают на первой стадии развития маленькое, возникшее из человека зароды­шевое яйцо! Тут тоже все это происходит, но в ни­чтожно малых масштабах. Здесь тоже находятся эти маленькие, слизистые пузырьки клеток, они быстро умножаются, ибо иначе человек не смог бы в первые недели беременности достичь положенных размеров. Клетки так малы, они должны размножаться очень быстро. Если же кто-нибудь посмотрел бы тогда на Землю, то и от Земли он получил бы такое же впечат­ление. Это — огромное животное, внутри него силы Солнца и Луны, составляющие одно целое с Землей.

50