Таким же образом мы можем задать себе вопрос о воле. Для обычного сознания воля представляет собой нечто совершенно загадочное; она — крест психологов просто потому, что психологам воля представляется чем-то вполне реальным, хотя в сущности она не имеет действительного содержания. Исследуйте, какое содержание психологи вкладывают в понятие воли, и вы увидите, что это содержание заимствовано у представления. Сама по себе воля не имеет содержания, поэтому ей так трудно дать определение. Но что она есть в действительности? Она — не что иное, как то, что заложено в нас подобно семени, того, что после смерти станет в нас духовно-душевной реальностью. Итак, представьте себе нечто, сущее в нас подобно зачатку, что после смерти станет духовно-душевной реальностью, — и вы получите волю. На нашем рисунке жизненный путь кончается в момент смерти, а воля продолжается дальше.

6

Представим себе следующее. На одной стороне — представление, которое мы постигаем как образ жизни до рождения, на другой стороне — воля как росток будущей жизни. Я прошу вас обратить внимание на различие между образом и ростком, зачатком. Ибо зачаток есть нечто сверхреальное, а образ — подреальное; зачаток потом станет реальностью, т.е. он несет в себе задатки будущей реальности, — так что воля в действительности имеет духовную природу. Это чувствовал Шопенгауэр; однако ему, разумеется, было недоступно знание о том, что воля — это зародыш духовно-душевного, которое после смерти развернется в духовном мире.

7

Итак, душевную жизнь человека мы разделяем на две области: область образных представлений и область зародышевой воли; между ними проходит граница. Эта граница — жизнь физического человека, который постоянно отбрасывает прошлое (отчего и возникают образы—представления) и не допускает изживаться воле, вследствие чего постоянно содержит ее в себе в виде ростка. Посредством каких сил мы это осуществляем?

8

Мы должны уяснить себе, что в человеке присутствуют силы, посредством которых мы отражаем реальность нашего бытия до рождения и вмещаем зачаток нашей посмертной реальности; и здесь мы приходим к важным психологическим понятиям, известным нам из книги «Теософия»: симпатии и антипатии. Как уже говорилось в первой лекции, когда мы больше не можем находиться в духовном мире, мы нисходим в физический мир. Нисходя в него, мы развиваем антипатию в отношении всего, что духовно, так что впоследствии духовную реальность, в которой мы жили до рождения, мы отбрасываем посредством несознаваемой антипатии. Мы несем в себе силы антипатии и благодаря им превращаем элемент жизни до рождения в образы представлений. А с тем, что как реальность воли за порогом смерти преображается в наше бытие, мы связываем себя в симпатии. Мы не можем непосредственно сознавать эти симпатии и антипатии, но они бессознательно присутствуют в нас и представляют собой наши чувства, складывающиеся из ритмического элемента, переливов симпатии и антипатии.

рис.2

9

Мы развиваем в себе мир чувств, постоянную игру — систола, диастола — симпатии и антипатии. Это взаимодействие всегда присутствует в нас. Антипатия, идущая в одном направлении, постоянно преобразует нашу душевную жизнь в жизнь представлений; противоположно направленная симпатия преобразует нашу душевную жизнь в то, что мы знаем как нашу волю к действию, в которой, подобно семени, покоится то, что после смерти станет духовной реальностью. Здесь мы подошли к действительному пониманию душевно-духовной жизни: мы создаем зародыш душевной жизни как ритм симпатий и антипатий.

10

Что отражаем мы в антипатии? Мы отражаем всю жизнь, все, что мы пережили, весь мир, в котором мы жили до рождения. Антипатии присущ познавательный характер. Итак, познанием мы обязаны отблеску, свету нашей жизни до рождения. Познание, которое до рождения обладало более высокой степенью реальности, посредством антипатии ослаблено до образа. Можно сказать: познание встречается с антипатией и тем самым ослабляется до представления.

11

Когда антипатия достаточно сильна, происходит нечто совершенно особенное. Мы в обычной жизни после рождения не могли бы представлять, если бы не действовали с помощью той силы, которую получаем из бытия до рождения; ведь, как физический человек, вы образуете представления не посредством земных сил, но с помощью той силы, которую получаете из бытия до рождения, которая еще действует в вас. Ошибаются те, кто думает, что ее действие прекращается с зачатием, — она продолжает в нас действовать. Вы всегда имеете в себе жившее в вас до рождения, и вы имеете в себе также силу, которая его отбрасывает. Оно наталкивается на вашу антипатию. В тот момент, когда вы представляете, представление наталкивается на вашу антипатию, и если антипатия достаточно сильна, то возникает воспоминание, в памяти появляется образ; так что воспоминание — это не что иное, как следствие действующей в нас антипатии. Здесь вы имеете связь между присущим антипатии элементом чувства, который отражает еще неопределенно, и определенным отражением — образной деятельностью восприятия в памяти. Воспоминание — это усиленная антипатия. Вы не можете иметь воспоминаний, если к вашим представлениям вы испытываете такую симпатию, что как бы их «проглатываете»; вы имеете воспоминания только потому, что испытываете к представлениям своего рода отвращение, отталкиваете их — и благодаря этому даете им возможность проявиться. Это — их реальность.

12

Если вы проделали всю эту процедуру: представили себе образно, и это прошло через отталкивание в памяти, и образное удержалось, — тогда образуется понятие. Такова одна сторона душевной деятельности: антипатия, связанная с нашей жизнью до рождения.

13

Теперь рассмотрим другую сторону — то, что в нас является волевым, зародышевым, ориентированным на жизнь после смерти. Воля живет в нас постольку, поскольку мы имеем в себе симпатии, поскольку с этим зародышем, который разовьется только после смерти, мы связываем симпатии. Так же, как представление основано на антипатии, воля основана на симпатии. Если симпатия достаточно сильна, — как сильна бывает антипатия, когда из представления образуется воспоминание, — то из симпатии образуется воображение. И если оно, в свою очередь, достаточно сильно, что в обычной жизни не осознается, если оно будет настолько сильным, что пронижет всего человека, вплоть до чувственного восприятия, вы получите обычные имагинации, посредством которых вы представляете себе внешние вещи. Как понятие образуется из воспоминания, так из воображения образуется имагинация, которая дает чувственные созерцания. Они исходят из воли.

14

Психологи пребывают в величайшем заблуждении, считая, что мы сначала рассматриваем вещи, затем абстрагируем и в итоге получаем представление. На самом деле это не так. То, что мы воспринимаем мел белым, обусловлено действием воли, которая через симпатию и воображение становится имагинацией. Совсем другое происхождение имеет понятие, оно образуется из воспоминания.

15

Невозможно познать человеческое существо, если не проводить различия между симпатическим и антипатическим элементами в человеке. Они вполне выражают себя, как я уже описывал, в душевном мире после смерти. Там господствуют симпатии и антипатии без покрова.

16