В  этой книге  мы  укажем  на  новые  возможности  врачебного знания  и врачебного  мастерства.  Правильно  оценить  изложенное  здесь   можно  лишь поднявшись  до  тех  точек зрения,  из  которых  эти  медицинские  воззрения возникли.

1

При этом речь идет не об оппозиции к современной медицине, работающей с помощью признанных ею научных методов. Мы  полностью признаем принципы    этой медицины. И мы считаем, что применять изложенное нами во врачебном искусстве должен  только тот,  кто способен  быть полноценным врачом в соответствии  с этими принципами.

2

Однако,  к тому, что можно узнать о человеке с  помощью ныне признанных научных  методов, мы прибавляем  дальнейшие  познания,  обретенные с помощью других  методов. Поэтому -  исходя из  этой более  обширной области познания мира и  человека  -  мы считаем необходимым трудиться  также и ради развития
врачебного искусства.

3

В принципе, сегодняшней медицине нечего возразить против того,  что  мы здесь излагаем, поскольку мы, со своей стороны,  эту медицину никоим образом не  отвергаем. И лишь тот  станет заранее оспаривать  попытку,  предпринятую нами  в этой работе, кто  требует не  только  безоговорочного согласия с его
собственным знанием, но притязает  к тому  же и  на невозможность  изложения каких-либо новых знаний, превосходящих его собственные.

4

Расширение познания мира и человека мы видим в антропософии, основанной Рудольфом Штейнером.

5

К знаниям о  физическом человеке, которые могут быть получены с помощью одних только современных естественнонаучных методов, антропософия прибавляет
знания о духовном человеке. Но она переходит к  духовному не  путем простого размышления над знаниями  о физическом. Ибо на таком пути  оказываешься лишь
перед более или менее продуманными гипотезами, и никто не способен доказать, соответствуют ли им какая-либо действительность.

6

Антропософия  же,  прежде  всякого  высказывания  о  духовном,  сначала вырабатывает методы, которые дают ей право делать такие высказывания.  Чтобы получить  некоторое  представление  об   этих   методах,  необходимо  учесть следующее:  все результаты  ныне признанной  естественной  науки получены, в принципе, исходя из впечатлений внешних органов чувств человека. Ибо, если в эксперименте или научном наблюдении человек и расширяет возможности внешнего восприятия  с   помощью  какого-либо  инструмента  или  прибора,  -  это  не прибавляет ничего существенно  нового  к  познанию того  мира, в  котором он живет посредством этих своих внешних органов чувств.

7

Но и мышление, пока его  используют для исследования физического  мира, не прибавляет к данности внешних чувств ничего нового. Мышление комбинирует, анализирует  и т. д. внешние  впечатления,  чтобы подойти к законам (законам природы).  Однако, всякий  исследователь  мира  внешних  восприятии вынужден сказать себе: проистекающее из меня самого мышление ничего действительного к действительности мира внешних чувств не добавляет.

8

Все это  тотчас изменится, если не  останавливаться на  таком мышлении, которое   дано  человеку  благодаря  обыденной  жизни  и  воспитанию.  Можно укрепить, усилить это мышление в себе самом. Для этого в средоточие сознания ставят  простые,  легко обозримые  мысли  и,  устранив любые  другие  мысли, удерживают  всю силу  души  на  таких  простых  представлениях.  Как  мускул крепнет, если он многократно совершает одно и то же  усилие, так укрепляется сила души по отношению к той области, которая тогда впредь царит в мышлении, если душевную силу  упражнять указанным образом.  Следует подчеркнуть, что в основе этих упражнений  должны лежать простые, легко обозримые мысли. Ибо во время таких упражнений душа не должна  подвергаться какому-либо  воздействию со стороны полусознательного или  бессознательного.  (Здесь мы можем указать лишь  принцип  таких  упражнений;  исчерпывающее  же  описание  и  подробное руководство, как  проделывать такие упражнения,  находятся в книгах Рудольфа Штейнера "Как достигнуть  познания  высших миров?",  "Очерк тайноведения"  и других антропософских работах).

9

Может возникнуть возражение,  что тот, кто  таким способом  всей  своею силой  предается определенным  мыслям, поставленным  в  средоточие сознания, подвержен всяческому самовнушению и  т.п.,  и  что  он  попросту  попадает в область   собственной   фантазии.   Однако   антропософия   ведь   указывает одновременно, как  именно  должны  протекать  эти  упражнения, поэтому такой упрек вовсе не оправдан.

10

В антропософии  говорится,  что  во  время  такого  упражнения  следует двигаться внутри своего сознания совершенно здраво  и осмотрительно, как при решении арифметической или геометрической задачи. И  как там сознание никоим образом  не  может  соскользнуть  в  бессознательное,  так  этого  не  может произойти   и   при   указанных упражнениях, если  правильно следовать антропософскому руководству к ним.

11

По ходу  этих  упражнений достигают такого укрепления  силы мышления, о котором прежде и не подозревали. Чувствуют в  себе  правящую силу  мышления, как  новое содержание  человеческого существа. А вместе с  этим  содержанием собственного  существа открывается и новое содержание  мира, которое  прежде может быть и предчувствовали, но не  знали из  собственного  познавательного опыта. Если однажды, в минуту самонаблюдения  взглянуть  на свое  обыденное мышление,  то  видишь  мысли  тенеподобными, бледными по  сравнению  с мощью впечатлений органов чувств.

12

А то,  что воспринимаешь теперь  своим укрепленным мышлением, отнюдь не тенеподобно и не бледно;  оно  исполнено  содержания, конкретно-образно; оно обладает  многим   более   интенсивной   действительностью  по  сравнению  с содержанием  впечатлений органов  чувств. Новый мир  открывается человеку по мере  того,  как  он расширяет  указанным  образом  силу  своей  способности восприятия.

13

Научаясь   восприятию  в  этом   новом  мире  так,  как  ранее  он  мог воспринимать  только  внутри чувственного мира,  человек  уясняет, что  все прежде известные ему законы природы значимы только в физическом мире; и  что сущность мира, в который он  вступил теперь, состоит в том, что его законы иные и даже противоположны  законам  физического  мира. В этом  мире не действует  закон земного  притяжения,  напротив, там появляется сила, которая действует не из центра  земли,  но  наоборот,  направлена  из окружности  вселенной к центру земли. Соответственно обстоит дело и с другими силами физического мира.

14

Развитая благодаря упражнениям способность  человека созерцать этот мир именуется  в антропософии имагинативной  познавательной силой. Имагинативной не  на  том  основании,  что тут имеют  дело с "фантазиями",  но  потому что содержание сознания наполнено  не теневыми  мыслями, но  образами. И подобно тому  как при восприятии  внешними органами чувств ощущают  непосредственное переживание некоторой действительности,  так же  происходит  и при  душевной деятельности  имагинативного познавания.  Мир,  к  которому  относится  это познание, именуется в антропософии эфирным  миром. При  этом речь идет не  о гипотетическом  эфире   современной  физики,  но  о  действительном  духовно созерцаемом  мире.  Имя  ему  дано  в  созвучии  с  древними  инстинктивными представлениями  об этом  мире. Сами по себе  эти представления не имеют уже никакой познавательной ценности по сравнению с тем,  что может быть  сегодня ясно  и четко познано  в  этом  мире; однако,  когда нужно  что-то  назвать, приходится употреблять то или иное имя.

15

Внутри   этого   эфирного  мира   наряду   с   физической   телесностью воспринимается пребывающая эфирная телесность человека.

16

Эта  эфирная  телесность  есть нечто, что по своему существу обнаружимо также и в растительном мире.  У растений имеется эфирное тело. Физические же законы значимы, на самом деле, только для безжизненного минерального мира.

17

Растительный мир  возможен на земле благодаря  тому, что в земном  есть субстанции, которые не замкнуты на  действии физических законов, но  которые способны  отстранять  всякую  физическую  и  принимать противоположную  ей закономерность.  Физические законы действуют  из  земли,  как  бы излучаясь, истекая из нее; эфирные законы действуют,  наоборот, со  всех сторон мировой окружности (Weltumfanges) притекая на землю. Можно понять рост и становление в растительном мире, лишь  увидев  в  нем взаимодействие физически-земного и эфирно-космического.

18

И  так же обстоит с  эфирным телом  человека. Благодаря эфирному телу в человеке  происходит  не  продолжение  действия  сил  физического  тела,  но процесс,  основанный  на том,  что  физические вещества,  втекая в  эфирное, прежде всего, избавляются от присущих им физических сил.

19

В  самом  начале  земной  жизни  человека  -  а  наиболее  отчетливо  в эмбриональном периоде,  - эти  деятельные в  эфирном теле силы трудятся  как силы формирования и  силы роста. В дальнейшем часть  этих сил эмансипируется от задач  формирования и роста и превращается  в силы мышления, то есть в те силы, которые порождают тенеподобный мир мыслей обыденного сознания.

20

Величайшую  важность  имеет знание  о том,  что обычные  силы  мышления человека суть утонченные силы формирования и силы роста. В образовании  форм человеческого организма и в его росте  являет себя духовное. Это же духовное предстает затем в течение жизни как духовная сила мышления.

21

И  эта  сила  мышления  есть  лишь  часть ткущей (webenden)  в  эфирном человеческой силы формирования  и  роста.  Другая часть  так и  остается при исполнении задачи, вверенной ей в начале человеческой жизни. И только потому что человек продолжает развиваться и после того, как его формирование и рост уже достаточно продвинулись,  то есть до  определенной  степени закончены, - эфирно-духовное,  которое ткет (webt) и живет в организме, может выступить в дальнейшей жизни как сила мышления.

22

Итак,  эта  образующая (пластическая)  сила  открывается имагинативному духовному созерцанию,  с одной  стороны,  как  эфирно-духовное,  а  с другой стороны - как душевное содержание мышления.

23