Эта грандиозная идея о становлении Земли некогда жила в человечестве. В том, что от этого доходит до Средневековья, лишь в малой мере еще узнается эта грандиозность. Для того чтобы достигнуть этого познания, нужно обратить взор созерцательного познания на весьма древние времена. Ибо также из имеющихся физических документов только тот может понять, что существовало в душах людей, кто может прозреть это духовно.

15

Но человек не в состоянии так далеко держаться от земли, как животное царство. Высказывая это, подходят к мистерии человечества, а равным образом и к мистерии животного царства. Эти мистерии отражаются в культе животных у древних народов, прежде всего, у египтян. В животных видели существ, которые являются гостями Земли, в которых можно узреть существ и деятельность духовного мира, граничащего с земным. И в соединении человеческого облика с животным, переданном в образах, представляли себе облики тех элементарных промежуточных существ, которые в ходе мирового становления хотя и находятся на пути к человечеству, но не вступают в земное бытие и не становятся людьми. Такие элементарные промежуточные существа есть. Египтяне, изображая их, лишь передавали свои видения. Но такие существа не обладают полным самосознанием человека. Чтобы этого достичь, человек должен был настолько полным образом вступить в земной мир, чтобы он в свое существо воспринял нечто от существа Земли.

16

Он должен был быть поставлен перед тем фактом, что в этом земном мире имеется творение связанных с ним божественно-духовных Существ, но уже только как произведенное ими. И так как существует лишь оторвавшееся от своего первоисточника сотворенное, то в него имеют доступ люциферические и ариманические существа. Вместе с тем для человека появляется необходимость сделать это проникнутое Люцифером и Ариманом творение тем местом, где пребывает одна часть - а именно земная - его жизненного формирования.

17

Это лишь до тех пор возможно без окончательного отрыва человеческого от его изначального божественно-духовного, пока человек еще не продвинулся до развертывания своей души рассудочной, или души характера. И тогда в человеке осуществляется порча его физического, эфирного и астрального тел. Древнее знание знакомо с этой порчей как с чем-то таким, что живет в человеческом существе. Знают, что она необходима для того, чтобы сознание в человеке могло продвинуться к самосознанию. В культивировании познания, которое происходило в местах, дарованных Александром Великим науке, жил аристотелизм, несущий в себе (если его верно понять) эту порчу как определяющий элемент аристотелевской науки о душе. Позднее подобные идеи больше не постигались в их внутренней сущности.

18

Во времена, предшествовавшие развитию души рассудочной, или души характера, человек все же так был сплетен с силами своего божественно-духовного происхождения, что эти силы из своего места в Космосе могли удерживать в равновесии люциферические и ариманические силы, наступающие на человека на Земле. С человеческой стороны тогда достаточно делалось для содействия этому равновесию, когда в культовых и в мистериальных служениях раскрывался образ погружающегося в царство Люцифера и Аримана и снова победоносно восстающего божественно-духовного Существа. Поэтому можно видеть в народных культах во времена, предшествовавшие Мистерии Голгофы, образные представления того, что в мистерии Голгофы стало действительностью.

19

Когда развернулась душа рассудочная, или душа характера, то лишь благодаря самой реальности человеческое существо могло оставаться защищенным перед фактом отрыва от своих божественно-духовных существ. Во время земного существования в живущей земным организации души рассудочной, или души характера должно было также и в земном бытии внутренне выступить Божественное как сущность. Это произошло благодаря тому, что божественно-духовный Логос, Христос ради человечества связал Свою космическую судьбу с Землей.

20

Персефона погрузилась в земное, чтобы освободить растительный мир от необходимости образовываться лишь от земного. Это есть нисхождение некоего божественно-духовного Существа в природу Земли. И Персефона имеет, ведь, своего рода "воскресение", но происходящее ежегодно в ритмической последовательности.

21

Этому событию, совершающемуся на Земле как космическое противостоит нисхождение Логоса ради человечества. Персефона нисходит для того, чтобы придать природе ее изначальную ориентировку. Тут в основе должен лежать ритм; ведь природные события осуществляются ритмично. Логос нисходит в человечество. Это происходит единственный раз во время развития человечества. Ибо это развито есть лишь одно звено в гигантском мировом ритме, в ходе которого человечество до своего человеческого бытия как человечество было совсем иным и затем тоже будет чем-то совсем иным, тогда как растительная жизнь как таковая повторяется в коротких ритмах.

22

Увидеть Мистерию Голгофы в этом свете необходимо человечеству с наступлением эпохи сознания. Дело в том, что уже в эпоху души рассудочной, или души характера была бы опасность отрыва человека, если бы не последовала Мистерия Голгофы. В эпоху души сознательной для человека в его сознании должно было бы наступить полное помрачение духовного мира, если бы душа сознательная не смогла бы настолько укрепить себя, чтобы с пониманием обратиться к своему божественно-духовному происхождению. А если она может это совершить, то она обретает Мировой Логос как Сущность, которая может повести ее обратно в духовный мир. И она проникается могущественной картиной, открывающей ей то, что произошло на Голгофе.

23

Началом этого понимания является исполненное любви постижение ночи мирового Рождества, о котором празднично вспоминают каждый год. Ибо укрепление души сознательной происходит, ведь, благодаря тому, что она, сперва воспринимая в себя интеллектуальность, вносит в этот самый холодный душевный элемент тепло любви. Тепло той любви, которая всего возвышеннее струится тогда, когда она направлена на младенца Иисуса, появляющегося на Земле в ночь мирового Рождества. Тем самым человеку дано для воздействия на его душу высочайшее земное духовное событие, которое в то же время было физическим; он может встать на путь принятия в себя Христа.

24

Природа должна быть познана так, что в Персефоне (или в том существе, которое еще лицезрели в раннем Средневековье, когда говорили о "Натуре") она являет божественно-духовную изначальную и вечную силу, из которой она возникла и непрестанно возникает как основа земного существования человека.

25

Человеческий мир должен быть познан так, что он являет в Христе изначальный и вечный Логос, который в области изначально связанной с человеком божественно-духовной Сущности действует в направлении развертывания Духо-существа человека.

26

Склонить в любви человеческое сердце к этим великим космическим связям - таково истинное содержание того праздничного воспоминания, что ввиду ночи мирового Рождества каждый год подступает к человеку. Если такая любовь живет в человеческом сердце, то она пронизывает своим пламенем холодный элемент света души сознательной. А если бы душа сознательная осталась без этого пронизания пламенем, человек никогда бы не пришел к ее проодухотворению. Он угас бы в холоде интеллектуального сознания или ему бы пришлось остаться в некоей духовной жизни, не достигающей развертывания души сознательной. Он остановился бы тогда на ступени развертывания души рассудочной, или души характера.

27

Но по своей сущности душа сознательная не холодна. Она лишь кажется такой в начале своего развертывания, ибо тогда она может явить полноту света своего содержания, но еще не космическое тепло, из которого она все же происходит.

28

Чтобы в настоящее время ощутить и пережить Рождество можно воспроизвести в душе, как человеку возвещается слава божественно-духовных Существ, являющих свои отображения в звездных далях, и как совершается на земле освобождение человека от тех сил, которые хотят удалить его от его истока.

Гетеанум, на Рождество 1924.

29