Возвращаясь назад во времени, мы приходим к тому, чего достигли однажды люциферические существа, что они оставили после себя. Обращаясь к перспективе, ведущей к концу земли, мы встречаемся с угрозой для человека: ариманические существа, даже если они и не смогут растворить человека в земле, приведут, по меньшей мере, к тому, что он станет застывшим, косным, слишком материализованным, не сможет больше ничего мыслить, ничего чувствовать, только то, что автоматически мыслит и чувствует в нем вещество.

22

Люциферические существа оказывали свое, сказал бы я, естественно-освобождающее (Имеется в виду эмансипация зачатия и рождения от времени года. - Прим. пер.) воздействие на описанные мной вещи тогда, когда человек еще не был свободен. Свобода не возникает благодаря решению человека или каким-нибудь абстрактным образом, как это принято теперь писать, но возникает благодаря тому, что такие природные процессы, как распределение рождений, становятся свободными в человеческой жизни. Из этих природных процессов тогда возникает господство свободы. Уже в древности очень хорошо воспринимали то, что человек на земле может в любое время производить своих потомков, что тогда они душевно и духовно пронизывались чувством свободы. Вот как обстоит дело. Это чувство связано с космосом гораздо больше, чем обычно думают.

23

Но сейчас, когда человек подвинут в свободе, он должен под влиянием этой свободы искоренить в мире угрозу того, что Ариман прикует его к земному. Эта угроза стоит перед человеком как перспектива будущего. И здесь мы встречаемся с тем, что объективно произошло в земном развитии: с Мистерией Голгофы.

24

Мистерия Голгофы произошла не только как единичное событие. Можно было бы представлять это как единичное событие в происходящем на земле, однако для человека это событие, эта Мистерия Голгофы, ежегодно обновляется. Кто развивает ощущение того, как наверху люциферические существа хотят удушить физического человека в испарении углекислоты, как снизу ариманическое хочет благодаря астральному дождю оживить землю в ее известковых массах, чтобы человек, сначала склеротизируясь, растворился в ней, кто прозревает это, для того между люциферическим и ариманическим возникает образ Христа, образ освобожденного от материи Христа, у ног Которого - Ариман, Христа, вырвавшегося из ариманического, не подчиняющегося ариманическому, преодолевшего ариманическое, как Он художественно и пластически изображен здесь. Видят Христа, как Он по другую сторону преодолевает то, что, действуя сверху, хочет оторвать человека от земли. Появляется голова того образа, который побеждает Аримана, появляется голова Христа с такими чертами, взглядом и выражением лица, которые отвоеваны у стремящихся ускользнуть сил Люцифера. Вовлекающим люциферические силы в земное, впрягающим их в земное предстает образ Христа, появляющийся весной каждого года. Мы должны представлять Его так: Стоящий на земном, которое становится ариманическим, Победивший смерть, Воскресающий из могилы и, наконец, Воскресший, просветленно Преобразившийся. Это просветление возникает здесь от привнесения люциферического элемента в земную красоту Христова лика.

25

Вот так между ариманическим и люциферическим является перед оком в своем воскресшем подвижном образе Христос, является как пасхальная имагинация, явление Пасхи, которое возникает перед человеком так: Воскресший Христос, сверху овеваемый люциферическими силами, а внизу имеющий в основании ариманические силы.

26

Эта мировая имагинация является Пасхальной имагинацией, подобно тому как Дева с Младенцем выступает в кругообороте года в качестве Рождественской имагинации, имагинации середины зимы, а имагинация Михаила, которую я описывал вам позавчера, выступает как имагинация конца сентября. Наряду с этим вы видите, насколько правомерно было сформировать образ Христа именно так, как сформирован Он у нас, - ведь этот образ рождается из космического становления в кругообороте года. В этом нет ничего произвольного. Именно этот взгляд, именно это выражение лица, именно так очерченные складки одежды необходимо помыслить себе, чтобы между образом Аримана и образом Люцифера возник образ Христа; возник как то, что в процессе земного развития должно действовать в человеке, чтобы именно тогда, когда человек наиболее подвержен действию ариманических и люциферических сил, - в пасхальное, весеннее время - вырвать человека у этих сил.

27