Когда я принялся за книгу «Мировоззрения и жизненные принципы в девятнадцатом веке», увидевшую свет в 1901г., мне не хотелось писать книгу, приуроченную к началу столетия. Приглашение принять участие в таком сборнике явилось для меня лишь внешним стимулом подытожить материал о философском развитии со времени Канта, который я долго готовил и хотел бы опубликовать. Когда стало необходимым новое издание книги, и я снова провел ее содержание перед своей душой, я понял, что только благодаря существенному расширению прежнего изложения могло бы стать полностью наглядным то, ради чего она была написана. Тогда я ограничился характеристикой последних 130 лет философского развития. Подобное ограничение правомерно, поскольку это развитие действительно представляло собой законченное целое, достойное описания и в том случае, если это не была книга, приуроченная к началу столетия. Однако в моей душе философские взгляды этого последнего периода жили таким образом, что при описании философских вопросов подобно сопровождающим унтертонам звучали и попытки разрешения этих вопросов, предпринимаемые в развитии мировоззрений от его начала. Это переживание значительно окрепло, когда я приступил к работе над новым изданием. Это послужило причиной, почему возникло не новое издание старой книги, но новая книга. Хотя существенное содержание старой книги буквально сохранено, ему предпослано краткое описание философского развития, начиная с шестого века до Р.Х, а во втором томе характеристика философии будет продолжена вплоть до современности. Кроме того, краткие замечания в конце второго тома, ранее озаглавленные словом «Обзор», будет преобразованы в подробное изложение перспективы философского познания современности. Композиция книги может быть подвергнута критике, поскольку объем прежнего изложения не был сокращен, тогда как характеристика философий от шестого века до Р.Х. вплоть до XIX столетия по Р.Х. представлена лишь весьма кратким очерком. И все же, поскольку моей целью было не только дать краткий очерк истории философских вопросов, но и говорить об этих вопросах, как и о попытках их разрешения, рассматривая их с точки зрения их истории, я посчитал правильным дать более подробное изложение последней эпохи.

1

То, как эти вопросы рассматривались и излагались философами девятнадцатого столетия, близко обычным направлениям мышления и философским нуждам современности. Предшествующее обладает для современной душевной жизни равным значением лишь постольку, поскольку оно проливает свет на последний период. – Из этого же стремления – на основе истории философии развить саму философию – возник «Обзор», в конце второго тома.

2

В этой книге порой недостает того, что можно было бы искать в «Истории философии», так например, учения Гоббса и многих других. Однако для меня было важно не приведение всех философских мнений, а изложение хода развития вопросов философии. В таком изложении было бы неуместно приводить исторически зафиксированное философское мнение, если сущность этого мнения характеризуется в иной связи.

3

Желающего обнаружить в этой книге новые доказательства того, что я в течение времени «изменил» мои собственные воззрения, я вряд ли смогу убедить расстаться с этим «мнением», если укажу, что изложение философских взглядов, данное мною в первом издании книги «Мировоззрения и жизненные принципы…», хотя и было существенно расширено и дополнено, но, тем не менее, содержание старой книги было перенесено в новую по существу без изменений, буквально. Незначительные изменения, встречающиеся в отдельных местах, казались мне необходимыми не потому, что мне понадобилось, спустя пятнадцать лет, то или иное изложить иначе, но потому, что я считал необходимым, по мере увеличения связей, изменить и форму выражения той или иной мысли в новой книге, тогда как в старой книге не было и речи о таких связях. – Конечно, всегда найдутся люди, которые охотно конструируют противоречия в следующих одно за другим произведениях автора, так как не могут, или не хотят уделить должного внимания несомненно допустимому расширению познавательных стремлений такого автора. То, что в позднейшие годы в связи с таким расширением кое-что говорится иначе, чем прежде, наверное, не означает противоречия, если под согласованностью одного с другим подразумевают не списывание последующего с предыдущего, но учитывают живое развитие личности. Чтобы избегнуть упреков в изменении своих воззрений со стороны людей, которые упускают вышесказанное из виду, пришлось бы, когда речь идет о мыслях, постоянно повторять одно и то же.

апрель 1914г.
Рудольф Штайнер

4