Позвольте мне представить ещё одну идею. Представьте, до какой степени жизнь станет более глубокой, если общее понимание нами кармы обогатится деталями такими как эта - о том, что тот, кто умирает относительно рано, встречается во время смерти с принципом Отца. Тогда может стать понятным, что ранняя смерть была необходимой частью кармы этого человека, поскольку она послужила тому, чтобы необычным образом состоялась встреча с принципом Отца. Что же происходит при такой необычной встрече? В данном случае смерть к человеку приходит извне, его физическая природа разрушается снаружи. Это верно также и в случае болезни. Местом встречи с принципом Отца по-прежнему является физический мир. Поскольку в данном случае внешний физический мир губит человека, встреча с принципом Отца открывается ему прямо на месте гибели, и, оглядываясь назад, он может наблюдать её снова и снова. Это даёт ему возможность в его жизни после прохождения порога смерти, смотря сверху с высоты небес, удерживать мысль об этом месте, т.е. о Земле, где произошла встреча с принципом Отца. И это позволяет человеку из мира духа иметь значительное влияние на физической Земле.

28

Давайте рассмотрим с этой точки зрения наше настоящее время, стараясь, чтобы то, что мы сегодня услышали о встрече с принципом Отца, стало частью нашего внутреннего опыта, а не осталось абстрактной идеей. Давайте воспримем эту идею сердцем и разумом, и попробуем взглянуть на множество ранних смертей [имеющих место в наше время]. Теперь мы можем увидеть в них предопределение, приготовление для того, чтобы оказаться способным иметь значительное влияние на физической Земле из мира духа. Это ещё один аспект того, о чём я говорил, в свете тех печальных событий, которые мы переживаем уже несколько лет: те, кто теперь так рано уходит из жизни, подготавливаются для того, чтобы быть особыми помощниками в будущей эволюции человечества, когда придётся приложить большие усилия для того, чтобы преодолеть материализм. Следует осознавать эти вещи; это не должно оставаться на подсознательном или бессознательном уровне. Души здесь на Земле должны быть восприимчивы к этому (я говорил об этом раньше), иначе силы, даваемые миром духа, пойдут в другом направлении. Чтобы эти силы могли помочь Земле, здесь на Земле, должны быть души, обладающие реальным знанием о мире духа. И их должно быть больше и больше. Поэтому давайте постараемся, чтобы содержание нашей науки о духе принесло плод. Это содержание должно быть представлено словами и затем должно ожить в нас. Давайте постараемся, используя терминологию науки о духе (я говорил об этом в предпоследней лекции), дать новую жизнь старым идеям, которые не зря ведь снова возникают в нынешнее время. Давайте постараемся, например, дать новую жизнь словам Плутарха: о том, что внутри физического человека живёт духовный человек, а, кроме того, над его головой находится более высокий аспект, являющийся обычно частью духовного человека, т.е. Гений, за которым мудрец идёт по своей воле. Давайте постараемся вовлечь наши душевные чувства, чтобы не пропустить без внимания эти явления жизни.

29

В заключение, давайте сконцентрируемся на одном особенно полезном душевном чувстве. К сожалению, многим людям в наш материалистический век трудно почувствовать то, что может облегчить испытания и трудности нынешнего времени, хотя речь должна идти не только об облегчении (на что вряд ли приходится надеяться, если материализм будет продолжать оставаться на том же уровне, что и сейчас, ибо тогда он станет ещё хуже, гораздо хуже). Многим людям сегодня трудно осознать для себя то, что я хотел бы назвать священной природой сна. Мы видим, что интеллект, управляющий нашим миром и являющийся главным элементом нашей цивилизации, совершенно не признаёт священной природы сна. Я не пытаюсь критиковать, и, конечно, не прошу никого стать аскетиком. Мы должны жить в этом мире, но мы должны делать это с открытыми глазами. Только это позволит оторвать нашу физическую природу ... [здесь пропуск в записи -ред.]. Только подумайте сколько людей занимают своё вечернее время делами, которые целиком связаны с материальными вещами, а затем отдаются сну без всякого чувства - такое чувство попросту не может возникнуть из материалистического образа жизни - чувства о том, что во сне мы объединяемся с миром духа, вступаем в этот мир.

30

Люди должны, хотя бы, постепенно развить такое чувство, которое позволит им сказать: Я засыпаю, и до того момента, когда я проснусь, моя душа будет находиться в мире духа и подвергнется там воздействию того, кто, по существу, направляет мою жизнь на Земле, и чьё присутствие заметно вокруг моей головы - моего Гения. И когда я проснусь, я буду знать, что у меня была встреча с моим Гением, и что крылья моего Гения коснулись моей души.

31

Многое в нашей способности преодолеть материализм в жизни будет зависеть от того, сможем мы или нет живо ощутить такое чувство, думая о своём состоянии во время сна. Только тогда возможно будет преодолеть материалистическую жизнь, когда мы сможем зародить в себе душевные чувства, которые находятся в гармонии с реальностями мира духа. Мы должны суметь ощутить эти чувства очень живо, и тогда наша жизнь во время сна будет такой интенсивной, что соприкосновение с миром духа станет достаточно сильным, чтобы прибавить нам сил и в нашей бодрствующей жизни. Тогда в бодрствующей жизни вокруг нас будет не только мир, воспринимаемый в ощущениях, но и мир духа, т.е. по-настоящему истинный и реальный мир. Тот мир, который мы по привычке называем реальным миром, есть только образ реального мира, как я показал в последней лекции. Реальный мир - это мир духа. И небольшая группа людей, которые сегодня посвящают себя антропософски направленной науке о духе, получат правильное и наилучшее понимание серьёзных симптомов нашего времени, ужасных страданий нашего времени, если в глубине души они будут знать, что вдобавок ко всем остальным испытаниям сегодняшнего дня, это также время, когда человек испытывается на наличие в его сердце достаточной внутренней стойкости и мужества, которые требуются, чтобы науку о духе, которую он должен воспринимать интеллектом и рациональным сознанием, сделать поистине частью себя как цельного человека.

32

Сегодня моим намерением было ещё раз подтвердить то, о чём я уже говорил ранее: наука о духе только тогда займёт подобающее ей место в человеческих сердцах, когда она станет больше чем просто теорией или знанием, когда, говоря символически, она заполнит нас целиком и оживит нас теплом душевной жизни, так же как физическая кровь должна присутствовать во всём теле, чтобы дать ему жизнь.

33