То, что мы ищем в качестве духовно-научных истин, должно быть для нас не мёртвым, а живым познанием, познанием, которое действительно может вступить в жизнь на всех этапах этой жизни и в наиболее важные моменты этой жизни. Совершенно естественно и очевидно, что духовная наука сегодня всё ещё часто воспринимается очень абстрактно, и что в этой абстрактности, в которой воспринимают духовную науку, посредством которой, возможно, даже приходят к некоему виду абстрактного знания, которое поначалу оказывается мало плодотворным для жизни, и которое, особенно на людей, ещё мало знающих о духовной науке, производит впечатление: что же, собственно, всё это значит, если теперь уже знают, что человек состоит из таких-то и таких-то нескольких членов, что человечество развивалось и будет развиваться через различные культурные эпохи и так далее. Людям, которые считают, что в соответствии с требованиями настоящего времени они должны полностью находиться в практической жизни, духовная наука часто кажется довольно бесплодной. И её также часто доводят до бесплодия те, у кого также уже сегодня в определённой степени есть для неё душа и сердце.

1

Тем не менее, сама духовная наука, как таковая, является чем-то бесконечно живым, чем-то, что может стать живым вплоть до самых внешних практических областей жизни, и также с течением времени должно стать живым. Мы хотим сегодня пояснить то, что я высказал как введение, на особом примере. Мы хотим вынести из нашей духовной науки то, что мы, по-видимому, все знаем, это хорошо нам известно, и на примере чего мы хотим показать, как только постепенно, благодаря полному жизни способу рассмотрения, оно действительно станет живым.

2

Большинство из нас часто слышали и часто позволяли проникнуть в душу тому, что нашему времени предшествовал так называемый четвёртый послеатлантический культурный период, в котором наиболее значительными народами были греки и римляне, и что последующие века вплоть до XIV, XV веков ещё находились под влиянием импульсов этого четвёртого послеатлантического культурного периода, но что, начиная с XV века, мы находимся в пятом послеатлантическом культурном периоде, в котором мы родились в нашем нынешнем воплощении, и ещё много веков люди будут жить в этом культурном периоде. Кроме того, мы знаем и часто, по крайней мере, большинство из нас, позволяли этому пройти через наши души, что в четвёртом послеатлантическом греко-римском культурном периоде в человечестве преимущественно развивали благодаря всему тому, что являлось внешней культурой и внешним трудом, так называемую душу рассудочную или характера, и что теперь стоит задача развития души сознательной.

3

Что это значит: должна быть развита душа сознательная? Правильность понимания того, что сейчас было высказано в абстрактной форме, заключается в судьбе всего нашего пятого послеатлантического культурного периода для человечества. Различные народы этого пятого послеатлантического культурного периода должны взаимодействовать, чтобы выразить душу сознательную. Это действительно выражается во всех жизненных условиях и жизненных обстоятельствах. Если мы правильно смотрим на жизнь, то она везде подтверждает нам истину, что наше время представляет собой изживание души сознательной. Вся человеческая жизнь была иной в предшествующий греко-римский период. Потому что в определённой степени на той ступени, на которой человечество как раз стояло в послеатлантическое время, этому человечеству были дарованы сила рассудка и сила характера. Рассудок(Под рассудком здесь имеется в виду способность мыслить логически. - прим пер.)– это нечто, что заключает в себе многое. Сегодня его больше не рассматривают во всех подробностях. Греки и римляне иначе зависели от своего рассудка в своей душе, чем люди сегодняшнего пятого культурного периода. Эти греки и римляне, в некотором смысле, получили рассудок, насколько они в нём нуждались, готовым в зачатке их природного развития. Это было совсем, совсем иначе. Человек взрослел, и так же, как развивались природные задатки, так определённым образом вместе с ними рос и природный рассудок. Не нужно было развивать природный рассудок тем же способом, как это необходимо сегодня и будет становиться всё более и более необходимым в пятом послеатлантическом периоде; он развивался как природная способность. И получалось так, что человек в воплощении, если он просто развивался под влиянием природных условий, либо обладал рассудком, либо у него его не было. Тогда это было чем-то нездоровым. Но это было даже действительно чем-то ненормальным, это было необычно.

4