Что же происходит при сосредоточении элементов посвящения различных народов в одном центре? Мы еще увидим, почему это происходит. Но если взять все драматическое развитие Ветхого Завета, то можно заметить, как через это приятие элементов посвящения различных народов мало-помалу в развитии Ветхого Завета вырабатывается идея бессмертия, которая достигает своей вершины как раз в истории сынов Маккавеев. Теперь мы должны дать этой идее, во всем ее первоначальном значении, подействовать на нашу душу, - так дать ей действовать, чтобы мы при этом имели в виду сознание человека в его отношении к духовному миру.

15

Обращаю ваше внимание на следующее. Попытайтесь найти в Ветхом Завете те места, где идет речь о том, как вступает в человеческую жизнь божественный элемент. Как часто рассказывается, например, про Товия: вот Товий посылает своего сына по делу, - и тогда перед ним является как бы в человеческом образе Архангел Рафаил (Тов. 5). В другом месте появляются другие сверхчувственные существа высших иерархий. Это есть вмешательство божественно-духовного элемента в мир людей, - вмешательство, которое происходит так, что человеку божественно-духовный элемент является ясно, как нечто внешнее, встречающееся ему во внешнем мире. Рафаил в книге Товия подходит, как человек к человеку, к Товию, которого он должен вести. Мы находим во многих местах Ветхого Завета, что отношения к духовному миру устанавливаются именно так. Таких мест в Ветхом Завете, где речь идет о подобных вещах, очень много. Но мы видим в его ходе весьма драматическое нарастание, и высшая его точка совпадает с мученической смертью семерых сыновей Маккавеев, которые говорят от всего сердца о соединении, о пробуждении их душ в божественном элементе. Внутренняя уверенность душ во внутреннем бессмертии выступает перед нами в сыновьях Маккавея, а также в братьях Иуды Маккавейского, которые до конца защищают свой народ от царя Антиоха Сирийского. Все более внутренним образом схватывается спиритуальный элемент. А драматическое нарастание впервые предстает в своем подлинном масштабе, если мы проследим Ветхий Завет с первого явления Божества в горящем терновом кусте при Моисее (там Богоявление оказывается чем-то специфически внешним) до вырывающейся у Маккавеев внутренней уверенности в том, что если они здесь умрут, то будут пробуждены в Царстве своего Бога благодаря тому, что живет в них.

16

Это мощное нарастание обнаруживает внутреннее единство Ветхого Завета. О представлении о том, чтобы быть принятым Богом, быть как бы взятым Богом с Земли и сделаться членом Божества, - в начале Ветхого Завета не сказано ничего: будет ли эта часть человеческой души, которая принята Богом и введена в божественный мир, потом действительно пробуждена? Все развитие ведется так, что постепенно вырастает сознание, что человеческая душа тем, что она есть, все-таки врастает в духовный элемент. Из пассивного отношения к Богу Яхве постепенно возникает внутренне активное сознание души о своем существе. Это лавинообразное нарастание идет от страницы к странице Ветхого Завета. Рождается мысль о бессмертии, - но она рождается постепенно, в ходе всего Ветхого Завета.

17

И такое же движение вперед замечательным образом является и среди пророков. Посмотрите, как история и предсказания каждого следующего пророка становятся все более внутренними, душевными: снова налицо драматический элемент удивительного нарастания. Чем дальше мы идем в прошлое, тем больше там встречается историй, которые имеют чисто внешнюю канву. И чем дальше мы движемся вперед во времени, тем больше говорится также и пророками о внутренней силе, о внутренней уверенности и о чувстве взаимосвязи с духовно-божественным.

18

Так совершается это постепенное возрастание, пока Ветхий Завет не приводит нас к началу Нового Завета; Евангелие от Марка примыкает как раз ко всем этим обстоятельствам. Потому что Маркове) Евангелие сразу говорит в своем начале, что оно хочет принимать событие Христа Иисуса в смысле старых пророчеств, что можно понять Явление Христа, если принять во внимание слова пророка Малахии и, соответственно, пророка Исайи: "Вот, Я посылаю Ангела Моего перед Тобою, который приготовит путь Твой перед Тобою. Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте стези Ему" (1, 2-3). Тем самым, как в основном тоне, проходящем через историю Ветхого Завета, указывается на явление Иисуса Христа. И дальше в Евангелии от Марка сказано следующее, - это ясно слышно в словах, если только хотят правильно читать: да, так, как говорили пророки, теперь, по сути дела, говорит один - Креститель. И каким завершенным, каким величественным предстает образ Крестителя, о котором древние пророки говорили как о посланнике Божьем, который в одиночестве покажет путь, каким должен пройти Христос Иисус в мировом развитии.

19

Евангелие от Марка продолжает: "Так выступил Иоанн Креститель в одиночестве и проповедовал крещение для познания человеческой греховности" (1, 4). Именно так надо переводить эти слова, если хотят правильно их передать. Итак, сказано: "Направьте взор на древних пророков, которые вжились в новое отношение к Божеству, в новую веру в бессмертие, и посмотрите на образ Иоанна Крестителя, как он выступил и сказал о том роде развития, через которое познается греховность человека". Этим сразу указывается на величие образа Крестителя.

20

А затем - удивительный образ самого Христа Иисуса: он дан нам в Евангелии от Марка, с такой простотой и в то же время с таким грандиозным драматическим подъемом, как нигде больше в мире! Я прошу вас направить на это душевный взор. Что там сказано? Примерно так: направьте взор на фигуру Крестителя. Вы его поймете только тогда, когда вспомните образы древних еврейских пророков, чьи голоса ожили в нем. К нему шел весь еврейский народ, чтобы креститься у него. Это значит, что многие признавали, что из Иоанна говорят древние пророки. Это говорится сразу же в начале Евангелия от Марка. Мы видим перед собой Иоанна Крестителя, видим, как в нем оживают голоса древних пророков, видим идущий к нему народ и то как его (останемся поначалу в рамках Евангелия от Марка) признают за восставшего пророка. Это - первое. И вот появляется образ Самого Христа Иисуса. Мы не будем сейчас касаться самого крещения на Иордане и того, что было сразу после крещения, а также искушения, - мы рассмотрим грандиозный драматический подъем, который мы встречаем в Евангелии от Марка.

21